Все-таки кое-чему война нас научила. Операцию по зачистке территории от журналистов спецслужбы провели блестяще.
Анна Политковская, неоднократно комментировавшая для "Дела" проблемы чеченской войны, на этот раз до горячей точки вообще не добралась. Попала в больницу с острым отравлением.
Возможно, это случайность? Но в тот же день другой неоднократно досаждавший властям журналист - Андрей Бабицкий с радио "Свобода" - был задержан в аэропорту и не пропущен в Беслан. Повод? Конфликт с некими молодыми людьми, которых, как позднее выяснилось, "ответственные товарищи" специально попросили спровоцировать Бабицкого на столкновение.
Впрочем, возможности спецслужб все же невелики. История с Политковской и Бабицким, скорее, напоминает месть, нежели реальную зачистку. О том, что имеется не менее 150 трупов, всему миру стало известно уже через пару часов после начала штурма (в субботу официально объявили о 330). Ведь все западные телеканалы и газеты в Беслане присутствовали. Чтобы не допустить их, нужно политическое решение. Его должен принимать президент, но Владимиру Путину пока не хочется оказываться в компании Александра Лукашенко.
В итоге журналистская зачистка дает примерно такой же эффект, как и все прочие. Спецслужбы имитируют бурную деятельность, но боевики с каждым месяцем только крепчают. Нынешней осенью мы отмечаем скорбную дату - десятилетие чеченской войны. И, положа руку на сердце, надо признать: за десять лет жизнь на всей огромной территории от Кавказа до Москвы стала намного опаснее.
Трагедия Беслана превзошла по масштабу даже трагедию на Дубровке. А если принять во внимание весь комплекс террористических мероприятий, приуроченных к назначению Алу Алханова всенародно избранным чеченским президентом (падение двух самолетов, взрыв у столичной станции метро "Рижская", недавние налет на Ингушетию и бои в Грозном), то получается и вовсе страшная картина.
Недавно мы отмечали, что боевики теперь с легкостью совершают теракт в любой удобный для них день (в том числе в дни российских праздников). Теперь же необходимо отметить, что они способны осуществить одновременно целый комплекс взаимодополняющих друг друга мероприятий. Такого быстрого развития событий нельзя было весной даже себе представить. Страшно подумать, о чем придется писать в этой колонке через несколько месяцев.
Если, конечно, придется... В субботу Путин прямо предупредил о возможности рассматривать тех, кто поддается на некие провокации, в качестве пособников террористов. Сказано было коротко и неясно - по-бонапартовски. Кого завтра запишут в пособники, каждый может решить для себя сам. Политковскую и Бабицкого, наверное, предупреждали и раньше, но они не приняли правильного решения.
Пресса же, в основном, в этот трудный для ее выживания момент решила быть со своим президентом и со своим народом. Весьма характерно, что никаких обсуждений политической стороны усиления терроризма ни по одному из ведущих телеканалов на прошлой неделе не велось. Как будто вообще нет такой проблемы. Полностью возобладала немудреная истина о том, что с террористами переговоров не начинают. А значит, остается лишь военный аспект проблемы, для освещения которого, кстати, журналисты вообще не нужны, поскольку там все секретно.
Мысль о том, что с террористами переговоров не ведут, появилась в прошлом веке. Тогда, когда терроризм был еще совершенно иным. Когда не было шахидов. Когда террорист ценил свою жизнь и знал, что власти ценят жизни своих граждан. Логика антитеррористической деятельности была проста: два-три раза пожертвуем заложниками, докажем террористам, что они не уйдут от возмездия, и в следующий раз эти мерзавцы просто сдрейфят.
Но сегодня они не дрейфят. Они сознательно идут на смерть. Во имя религиозных идей, во имя мести за погибших родственников. Или же просто во имя своеобразно понимаемой ими свободы. Лет пять назад еще можно было, пожалуй, списывать всю их деятельность на стремление освоить некое зарубежное финансирование, однако после упавших самолетов, "Рижской" и Беслана примитивизировать суть конфликта - значит, подставлять под огонь новые сотни наших детей.
Понять психологию врага непросто. Но упорно отказываться ее понимать, упорно вести войну так, как будто у нас нет иного печального опыта, кроме террора времен Мюнхенской олимпиады, - значит, просто биться головой о стену. При всем нашем доверии к президенту Путину расколется именно голова, а не стена.
Российские антитеррористические генералы упорно готовятся к прошедшей войне с терроризмом. А политики создают идеальные условия для того, чтобы никто не смог оспорить это направление деятельности. Если вести войну подобным образом, она заведомо окажется проиграна.