Илья Стогов, писатель:
- Хороший парень был Ян и хороший журналист - "взрачный" на общем фоне. Традиционных примет обеспеченной жизни Ян никогда не имел: хорошо одеваться не любил, а уж машина ему и на фиг была не нужна. Он был таким идеалом настоящего мужчины, хоть даже и в армии никогда не служил. Когда все ездили отдыхать в какие-нибудь теплые края, он для отпуска выбирал пешие походы по Вепсскому лесу. Я даже не знаю, где это, а Ян запросто мог пропасть там на месяц, потом возвращался, показывал фотографии... Общался там с вепсами, это такой народ малочисленный где-то в Ленинградской области. Три года назад он женился, я был у него свидетелем на свадьбе. Потом у него родилась дочка, Лариса Яновна. В последнее время мы не слишком часто общались, потому что он все время ездил на какие-нибудь выборы - надо было обеспечивать семью. Когда приезжал, рассказывал иногда про возникающие там разные проблемы, но всегда сам над этим смеялся. Разговаривать с ним было одно удовольствие - он немного заикался и поэтому никогда не перебивал собеседника. Знаете, из всех моих приятелей был только один человек, кому можно позвонить в три часа ночи, если тебе тяжело на душе, и он приедет с другого конца города. Это был Ян Травинский.
Дмитрий Жвания, шеф-редактор "Санкт-Петербургского курьера":
- Мы познакомились с Яном пятнадцать лет назад. Я тогда был активистом Анархо-коммунистического революционного союза, мы выпускали тогда газету "Черное знамя" и вот однажды получили на адрес газеты письмо (обычное, электронной почты тогда еще не было) от 15-летнего юноши. Он писал, что разделяет наши идеи и хочет бороться за справедливость и настоящий социализм. Так мы познакомились и подружились с Яном. Я хорошо знал его семью, очень интеллигентную - у него была замечательная мама, даже в самые трудные годы семья Травинских удивляла своим гостеприимством. Когда я начал работать в журналистике, Ян заканчивал геологический факультет Университета. Уже тогда он писал очень хорошо, у него было замечательно поставлено перо, студенческими рефератами можно было зачитаться. Писать четко, ясно, просто и грамотно - редкое сочетание в современной журналистике. Поэтому, когда он не смог найти работу по специальности, я порекомендовал его в отдел политики "Смены". Так началась его блестящая журналистская карьера. Что касается его нынешней работы политтехнологом... Я этого, признаться, никогда не одобрял - там другие деньги, но это работа на князей мира сего, на тех людей, против которых мы с ним боролись в молодости. Он, конечно, любил эту работу еще и потому, что она давала возможность путешествовать, пожить в других местах: он побывал на Алтае, во Владивостоке, на Кавказе... Ян всегда разделял эту работу и свои убеждения, он хорошо себе представлял тех, для кого вынужден трудиться. Ему самому всегда были дороже всего идеалы свободы и независимости. Ужасно, что он погиб, но мне еще очень жалко, что он погиб, работая на тех, кто пытается пролезть во власть, - и теперь его имя связывают со всей этой грязью. Ян был достоин большего.
Константин Осипов, спортивный обозреватель "Версии в Питере":
- Я просто шокирован гибелью Яна. В "Лениздате" на Фонтанке мы сидели одно время в одном кабинете. Он был профессионалом высшего класса, отличался всегда аналитическим подходом к любой теме. К нему постоянно приходили какие-то студенты с журфака, он делился опытом - несмотря на молодость, был очень популярен. Когда он заведовал в "Смене" отделом политики, ему удалось поднять отдел на новую высоту. Конечно, смерть Яна - огромная потеря для всей петербургской журналистики.
Владимир Федоров, корреспондент "Петровского курьера":
- С Яном я познакомился не так давно, на выборах в Законодательное собрание. Работать с ним было легко и интересно. Самое потрясающее, что, как бы он ни был занят в пиаре, всегда находил время для своего увлечения: в прошлом году записался в обычный поисковый отряд и отправился по местам боев. Я не могу понять, что произошло в Иркутске, - обычные региональные выборы в спокойном сибирском городе, никто не мог и предположить такого. Я был в Иркутске раньше, в 2001 году, мы работали против действующего губернатора, и нас еще тогда предупреждали: не ходить по одному, не говорить, что приезжие, и так далее. Но ни с кем ровно ничего не случилось, к концу кампании мы спокойно гуляли по ночному Иркутску - никто никого не трогал. Правда, двое пиарщиков одного из кандидатов разбились в самолете, и долго ходили слухи о какой-то "черной кассе", которую они якобы везли на выборы. Но это, скорее всего, неправда - во-первых, это были люди не того уровня, чтобы везти большие деньги, во-вторых, погубить ради этого целый самолет - это вряд ли.
У нас же все было спокойно, и даже когда одного из сотрудников задержали в аэропорту с перочинным ножом - разобрались и отпустили, хотя могли попытаться завести скандальное дело. Я даже на эти выборы в Иркутск собирался, ребята оттуда звонили...