Анализ террористических акций свидетельствует об особой заинтересованности их организаторов и исполнителей в средствах массовой информации. Не случайно одним из первых требований экстремистов, в частности при захвате заложников, является обычно немедленная доставка к месту события журналистов известных СМИ. Более того, если теракт через телевидение и прессу освещен недостаточно, преступники зачастую считают его как бы и ”несостоявшимся”.
На это обстоятельство обратил внимание в беседе с обозревателем РИА ”Новости” специальный представитель президента РФ по вопросам сотрудничества в борьбе с терроризмом и транснациональной оргпреступностью Анатолий Сафонов. Он отметил, что террористы цинично используют практически все мировые информационные ресурсы для пропаганды своих целей и идеологии: ”На ведущих телеканалах показывают отснятые ими пленки с казнями заложников, взрывами гостиниц и т.д. Террористы умело используют объективный интерес средств массовой информации к своим преступным акциям. А по сути, легально ретранслируют на весь мир ужасы и человеческие страдания, достигая тем самым своих целей ”посеять панику и дестабилизировать общество. Наконец, Интернет стал для них информационным и связующим средством”.
Глобализация мирового информационного пространства играет на руку идеологам международного терроризма, являясь эффективным инструментом в психологической войне, объявленной всему миру.
Всемирная паутина стала с момента своего создания и наиболее удобным средством для подготовки террористов. К примеру, создатели сайта ”Sacina Security” (Лондон) организовали для мусульман начальный курс по ведению священной войны против ”неверных”. Он включает заочное обучение стрельбе из автомата, рукопашному бою и так называемый ”курс молодого минера”. Интернет применяется и как средство связи между террористическими группами и организациями: передача зашифрованных сообщений стала ежедневной практикой экстремистов разных стран.
Российские журналисты прошли первый этап осознания собственной роли среди этих проблем, когда в Москве произошел теракт во время представления мюзикла ”Норд-Ост” в 2002 году. Это был первый опыт телетрансляции с места трагических событий. Именно тогда ветераны подразделения антитеррора ”Альфа” обратились к журналистам с призывом быть предельно аккуратными при освещении подобных событий, следуя принципу: ”Не навреди!” Они предостерегли прессу, чтобы она не предоставляла эфир и газетные страницы сомнительным экспертам, которые могут нанести только вред. Вскоре самими журналистами была принята антитеррористическая конвенция о правилах поведения СМИ при контртеррористической операции. Среди ее положений есть, в частности, рекомендации не брать у террористов интервью и не предоставлять им возможности выхода в прямой эфир без предварительных консультаций с Оперативным Штабом.
Полезным стало предупреждение, что прямой теле- и радиоэфир может использоваться экстремистами для передачи условных сигналов сообщникам в других местах. Было отмечено, что сообщения с места не должны содержать сведений, которые могли бы способствовать усилению позиций террористов.
Журналистское сообщество стало корпоративно договариваться, как регулировать свою работу в зоне теракции. Один из очевидных выводов: необходим полный запрет на героизацию терроризма, даже на так называемые ”объективистские” рассказы о том, что толкнуло экстремистов на их действия.
Понятно, что не писать о терроризме вообще, нельзя. Вопрос ” как? Примечательно в этом смысле интервью российской прессы с террористкой-смертницей Заремой Мужахоевой, той самой, которая не смогла подорвать себя на Тверской улице в Москве. Этот материал ” яркий пример дегероизации терроризма. Считалось, что ее муж погиб в ”справедливой борьбе с ”неверными””. Оказалось ” ложь. Его убили в бандитских разборках за перепродажу цветных металлов в Красноярске. Некоторые полагали, что ее участие в теракте ” эмоциональный порыв. И это не подтвердилось: готовя теракт ”шахидка” всего лишь пыталась отработать деньги, которые задолжала. Более того, Зарема вообще имела самые смутные представления о целях и задачах акции. В конечном итоге, женщина не захотела умирать, поэтому и не привела в действие взрывное устройство.
Кстати, в том же интервью возник и вопрос относительно расхожего в террористической среде постулата, мол, если мужчина-смертник взорвет себя, то непременно окажется в раю, где его ожидают юные гурии.
Закономерен интерес: а что ждет женщин-смертниц? А вот на этот простой вопрос, террористка ответить не смогла. Что и не удивительно, Коран писался не для террористов. Таким образом, и СМИ имеет реальную возможность вносить свой весомый вклад в борьбу с терроризмом, разоблачать мифы и срывать маски с организаторов и исполнителей терактов.