Пятая улица Ямского поля. Здание Всероссийской гостелерадиокомпании. 4 этаж. Именно отсюда выходит в эфир самая рейтинговая утренняя информационная программа "Доброе утро, Россия!". Двенадцать часов непрерывного вещания на все регионы страны в течение двух лет. В чем залог успеха программы, которую ежедневно смотрят 5 млн. россиян? "Доброутровцы" любезно согласились раскрыть некоторые секреты своей "кухни", рецепты которой наверняка интересны не только поклонникам передачи…
Цепочка служебных помещений начинается приемной руководителя проекта - Игоря Леонидовича Шестакова. Именно с его легкой руки 26 августа 2002 года программа впервые вышла в эфир. В приемной меня встречает помощник Шестакова - Екатерина Майорова, которая и проведет своеобразную экскурсию по кулуарам "Доброго утра".
Прямо из приемной мы попадаем в комнату группы подготовки. Рабочий день 13-ти ее сотрудников начинается с поиска новостей на лентах информагентств и в сети Интернет. Затем - обзвон корреспондентов, отсмотр подготовленных ими материалов, написание текстов, приглашение гостей в студию. К 17.00 шеф-редактор рисует полную информационную картину дня и готовит монтажный лист нового выпуска. Это точная, рассчитанная по секундам, схема передачи, в которой прописано все "от" и "до", включая рекламу, реплики ведущих, последовательность сюжетов и т.д.
Дальше подключаются "эфирники": ведущие, режиссер и его ассистенты, редакторы, операторы и звукооператоры. За пять часов до начала программы они уже в редакции. Вещание на первый дубль (Дальний Восток) начинается в 20.45 по московскому времени. Сейчас на часах - половина восьмого.
Схема работы для всех ведущих одинакова: придумать интересные подводки (вступительные слова к сюжету - прим. авт.), ознакомиться с собранными группой подготовки материалами и, конечно, запастись интересными фактами, которые можно будет использовать в экстренных случаях. Наблюдаю, как с головой погрузились в работу Артем Абрамов и Дарья Спиридонова (на этой неделе они дежурят на первом дубле).
"Часто ли происходят внештатные ситуации"? - отвлекаю я Артема.
"Да почти в каждом выпуске. Ведь работа должна строиться очень четко. Каждая фраза, каждая отбивка (рабочая картинка или заставка, разграничивающая различные сюжеты - прим. авт.) должны идти в свое время, причем с точностью до секунды. Но всем людям свойственно ошибаться, да и техника иногда дает сбои. Вот и приходится выкручиваться. Либо очень быстро договаривать текст, либо наоборот тянуть время. Можно поговорить о чем-то отвлеченном, разыграть "сцену из жизни". Можно прочитать информашку, подготовленную еще до выпуска".
Как человека, впервые попавшегося на телевизионную кухню, меня, конечно, интересуют вопросы, связанные с гримом. Пользуясь случаем, спрашиваю у дежурного визажиста:
"Долго ли держится макияж под софитами"?
"Все зависит от типа кожи, а также от того, что сегодня человек ел, как он спал, какое у него настроение. Но вообще, конечно, не долго. От тепла и яркого света макияж начинает расплываться. А если человек еще и нервничает, то кожа моментально начинает лосниться. Самое большое - это полчаса, а кого-то нужно припудривать чуть ли не каждые пять минут".
"В чем специфика макияжа ведущих"?
"Макияж ведущего - долгий и кропотливый труд. Он сложнее, чем, к примеру, вечерний макияж или макияж, который делается моделям для показа. Во-первых, нужно убрать все изъяны, которые без макияжа камера обязательно явит "во всей красе". Во-вторых, нужно тщательно прорисовать черты лица, иначе на экране оно будет совершенно невыразительным".
"Сколько времени, в среднем, затрачивается на грим ведущих"?
"На женский макияж уходит минут 40, мужское лицо требует меньше времени. Хотя бывают такие привередливые товарищи... (смеется) Один просит наложить сотый слой тонального средства на крохотный шрамик, который можно разглядеть только под микроскопом. Другому кажется, что левый глаз у него больше правого или веко слишком нависает - и мы играем светотенью чуть ли не до самого эфира".
Костюмерная поражает воображение! Длинные ряды, плотно увешанные одеждой. Отмечаю, что одежда только светлых тонов. "Да, таков стиль программы, - рассказывает мой "гид" Катя. - Темных цветов в одежде быть не должно. Ведь утро традиционно расцвечено яркими красками. У каждого ведущего пять костюмов, которые подбираются редакционным стилистом. Для женщин это может быть все, что угодно: кофточки, блузки, брючные и юбочные костюмы. Для мужчины верхняя часть - обязательно рубашка и галстук. Пиджаки мы не одеваем принципиально. У нас более демократичный стиль".
О приближении часа X - времени прямого эфира - можно судить по начавшейся суматохе. Кто-то бежит с кассетой, кто-то второпях что-то дописывает, проверяют аппаратуру. Ведущие уже на местах в студии. Пока Дарье Спиридоновой крепят на одежду микрофоны, поправляют прическу и пудрят носик - все одновременно, я интересуюсь:
"Волнуетесь? Или уже нет"?
"Волнуюсь, конечно, каждый раз. Не волноваться перед эфиром, я считаю, это как раз не совсем нормально. Ведь на тебе лежит такая ответственность. Особенно волнительно в самом начале, когда подумаешь: вот сейчас я буду вещать перед многотысячной аудиторией…"
"Что самое страшное, что может случиться в эфире"?
"Многие думают, что самое ужасное - это технические неполадки. Для меня - нет. В таких случаях, кстати, предпочитаю вести себя естественно, а не делать вид, будто ничего не случилось. Больше всего я боюсь рассмеяться во время эфира. Потому как очень часто в наших текстах встречаются самые неоднозначные фразы, да и гости иногда выдают перлы… Я тогда мысленно произношу слово "боль", сосредотачиваюсь на нем – и смех проходит. Это меня Артем научил".
"Артем, а в чем заключается сложность работы ведущего"?
"Сложно одновременно читать текст, следить за выражением своего лица и при этом слушать и выполнять то, что говорит тебе "ухо" (крохотное устройство связи с аппаратной, которое вставляется непосредственно в ушную раковину - прим. авт.). По нему я каждую минуту получаю указания от режиссера и шеф-редактора".
"На съемочной площадке нередко случаются курьезные ситуации. Расскажите какой-нибудь "свежачок"?
Выполнить мою просьбу Артем уже не успевает. Мы спешно покидаем студию. Начинается эфир. "А я вот помню такой курьез, - рассказывает Катя. - Это было, когда еще Илья Легостаев у нас работал. Из-за технической неполадки на экран не вышел сюжет, и нужно было чем-то заполнить эфир. Тут наши, недолго думая, ставят плашку "Срочно". Илья хватает первую попавшуюся под руку информашку и начинает: "А сейчас новость, которая только что появилась на информационных лентах с пометкой "срочно". Сегодня утром двумя вертолетами в N-ский заповедник была переправлена колония бобров". Редакция просто умирала со смеху. Вот такие бывают новости вселенского масштаба".
За прямым эфиром наблюдаю в аппаратной. Эмоциональное напряжение всех присутствующих в комнате настолько велико, что кажется, даже воздух наэлектризован. Раскаленную атмосферу прорезают выкрики режиссера: "Даша, быстрее договаривай… Третья камера, внимание… Тележка, подъезжаем, подъезжаем… Регионы готовы? Краснодар?! Не готовы?! Ужасно… Антон, обзор прессы, быстро, у тебя минута… Первая камера, поздно, повнимательнее… Что у нас с гостем? Стоит в пробке!!! Дотягиваем еще минуту…" Периодически кто-то влетает в аппаратную, приносит кассеты и важные вести.
Наконец, любимая рубрика телезрителей - прогноз погоды. В студии появляется Дарья Сметанина. Бодро и с улыбкой она рассказывает "самые важные" новости. Шесть технических экранов показывают, как Даша уверенно водит рукой по воздуху, указывая на воображаемые Владивосток и Магадан. На самом деле за ее спиной нет карты России, которую зрители видят на экране. Позади стоит всего лишь стенд, обтянутый ярко-зеленой материей. Это, так называемый, хромакей (сhromakey). На него с помощью компьютера в режиме реального времени накладывается нужная картинка. В данном случае - метеокарта. Смотрю в телевизор - удивительно, Дарья безошибочно показывает рукой на нужные города. Вот что значит профессионализм и практика!
"Я работаю в "Добром утре" больше года, - рассказывает Даша, которую я ловлю на выходе из студии. - Как говорится, набила руку уже".
"Вы сами готовите тексты"?
"Да, а помогает мне в этом редактор".
"То есть во время эфира вы читаете тексты наизусть"?
"Нет, конечно. Я, как и все, читаю с суфлера. Он располагается как раз над камерой, а специальные зеркала передают изображение на объектив. В результате на экране получается, будто бы я смотрю в камеру".
"А что самое сложное в вашей работе"?
"Самое сложное для меня - это говорить правду (смеется). То есть добиться того, чтобы прогноз максимально соответствовал действительности".
Уже подходит к концу первый час эфира, а тут оператору вдруг приходит в голову мысль, что Артем слишком высоко сидит относительно Даши. На технических экранах мы видим, как он на четвереньках подползает к Артему, что-то рассказывающему в этот момент, и резко опускает его стул. Артем от неожиданности запинается, улыбается, сообразив в чем дело, и через секунду бойко продолжает свою речь. В аппаратной раздается хохот - небольшая разрядка как раз вовремя. Удобная возможность незаметно покинуть помещение...