Середина января – мертвый сезон. За неимением актуальных событий, журналисты занимаются написанием материалов в двух достаточно простых технологически, но любимых публикой жанрах: подведение итогов года минувшего и обсуждение новогодних телевизионных эфиров. Даже если у журналиста есть иная достойная внимания тема, он отставит ее как минимум на неделю, потому что не время разбрасывать факты. Время собирать факты.
А факты таковы. Отечественное развлекательное телевидение окончательно укрепилось в идее "думать вредно". Президент в своем скучнейшем новогоднем обращении к нации (лучше бы рекламу запустили, честное слово) сказал: "Раскрытие возможностей каждого, улучшение жизни людей – это главная задача, главная внутренняя сила развития России". Но даже несмотря на это, с раскрытием возможностей и улучшением жизни на федеральных каналах решили не заморачиваться. Практически все новогодние программы были сняты согласно завету Остапа Ибрагимовича Бендера: "Старые вещи покупаем, новые крадем". Все артисты пели не свой репертуар, все актеры играли не свои роли, а все зрители этого дорогого, но бессмысленного капустника делали вид, что они как бы отмечают традиционный российский телевизионный Новый год.
Складывается ощущение, что оскудела русская земля. Ни одной новой идеи, практически ни одной новой песни - лишь повторение пройденного когда-то давно, причем другими людьми. Вот, например, зачем было снимать новую версию "Двенадцати стульев", если есть старая? Обычно это делают только в том случае, если хотят превзойти существующий вариант. Но ведь к этому создатели капустника с несчастным Николаем Фоменко, старательно копирующим Андрея Миронова, и рядом вообще не пойми как там оказавшихся актеров явно не стремились. Иначе они бы подобрали актеров получше (относится не только к Фоменко) и музыку сообразили бы покачественнее. Или, скажем, зачем снимали очередной гоп-ца-ца мюзикл по произведениям Николая Гоголя? Я могу понять продюсеров: коктейль из Верки Сердючки, группы "Виа-Гра" и напитка "Nemiroff Медовая с перцем" кажется таким манящим, таким привлекательным на вид. Но ведь мало того, чтобы Верка Сердючка и "Виа-Гра" просто сидели весь фильм за столом и пили означенный напиток; хотелось бы, чтобы они еще что-нибудь говорили или пели! На это фантазии уже не хватило – не называть же, в самом деле, произносившееся в картине бормотание диалогами, а невнятную музыку – номерами для мюзикла.
Еще сложнее понять, что хотели сказать публике создатели шоу "Новые песни о главном" и "Золотой граммофон". Показать стране сводный парад лучших песен прошлого года? Допустим. Но почему два одинаковых парада? Я был на обоих мероприятиях в Кремле и знаю, чем они отличались. Телезрителям этого так и не суждено было узнать – режиссеры монтажа обеих программ должны быть немедленно уволены за профнепригодность. Из "Золотого граммофона" были старательно вырезаны все смешные шутки и гэги, из "Новых песен о главном" были убраны отличные номера (например, Юлии Михальчик). Конечно, создатели программ могут делать с ними все, что угодно, – это их серебро. Но при этом хотелось бы ожидать в итоге чего-нибудь отличающегося от концерта, посвященного Дню милиции.
Ну ладно, думал я, раз с песнями в стране швах, быть может, хоть программа "Вне игры", где звезды КВН будут шутить шутки, не вошедшие в игры, заставит меня подобреть. Наверное, думал я, КВН достаточно жесткий формат и самое смешное, как обычно, остается за кадром. Оказалось - нет. В играх КВН показывают действительно самые смешные шутки, которые могут создать эти переучившиеся студенты. Уровень юмора в программе "Вне игры" был раз в сто ниже уровня юмора, произносимого Евгением Вагановичем Петросяном и его уважаемой супругой. А те, кому не хватило даже и таких шуток, не мудрствуя лукаво, показали те же самые номера, которые все зрители КВН уже видели раньше в играх.
В день столетия Кровавого воскресенья директор общественных связей Первого канала Игорь Буренков в эфире радиостанции "Эхо Москвы" растолковывал слушателям, почему канал показывает именно эти программы, а не какие-нибудь другие. Игорь убедительно объяснял весьма далекой от массовой культуры аудитории "Эха Москвы", почему Первый канал показывает документальные фильмы поздно ночью, а концерты Венского симфонического оркестра не показывает вовсе. Звонившая в эфир интеллигенция никак не понимала словосочетания "рекламные сборы" и постоянно вспоминала о культуре и нравственности. Игорь праздновал моральную победу над оппонентами: действительно, его позиция была безупречна. Но никто, ни единая душа, не спросила представителя дирекции Первого канала об одной простой вещи: почему уровень качества продукции Первого столь катастрофически падает все последние годы? Почему канал стал позволять себе делать совершенно невозможный для просмотра монтаж концертных мероприятий? Почему канал после "Старых песен о главном" не придумал самостоятельно ни одного нового формата? И почему, черт возьми, везде этот Nemiroff - ведь население города Немиров голосовало за Ющенко?! (Шутка.)
Вы спросите, почему я пишу только про Первый? Да потому, что с него, как и с Аллы Пугачевой, спрос самый высокий. Денег на канале много, блесток становится все больше, перцовка льется все обильнее, а смотреть остается все меньше и меньше. И даже те самые "Старые песни о главном" смотрятся теперь как шедевр; похоже, что больше на Первом канале так делать не могут.
Сто лет назад такая культурная концепция называлась "декаданс". Закончилось все революцией.