Медиановости

10 февраля 2005 14:51

Куда ни кинь – всюду клин. Пьеска в пяти действиях с предисловием, послесловием и двумя приложениями

Предисловие

Пару недель назад в газете "Промышленные ведомости" и на нескольких сайтах была опубликована статья "Что ж с парикмахерской начали?" - о невышедшем в эфир интервью Первому каналу ТВ, данному мною по просьбе канала. Там все было ясно: адекватность политики власти, в частности, социальной реформы, а также ежевечерних сказок о том, что "прежние думы напринимали нереализуемых льгот" – на ТВ сомнению не подлежит. И всякие попытки альтернативного минимального просвещения пресекаются в корне. Ну а в печатной прессе ситуация иная?

Каждый пишущий припомнит, как его замечательную статью нигде не берут. Что ж, неприятно, но имеют право. Мне же, после цирка с Первым каналом ТВ, пришлось столкнуться с аналогичным поведением и двух широко известных газет, причем, казалось бы, противоположной направленности.

Итак, действие первое. В конце января ежедневная "респектабельно-либеральная" газета "И" просит написать статью в связи с юбилеем Счетной палаты. Выражаю сомнение, что они рискнут опубликовать мою точку зрения. "Нет, что Вы, политических ограничений у нас нет, а нам важно Ваше мнение!", гарантируют опубликование. Что ж, пожалуйста, статья готова. Далее – извинения, просьбы не обижаться, но "не совсем наша стилистика"…

Действие второе. Звоню в еженедельную "умеренно-патриотическую" газету "Л", рассказываю о вышеописанном, спрашиваю, подойдет ли этот материал для их издания, в котором критика вульгарно-либеральной политики – естественна. Получаю ответ: "Замечательно, идет в следующий номер".

Действие третье. В воскресенье (после субботней трансляции торжественного концерта в зале "Россия" в честь десятилетия Счетной палаты) руководитель подразделения газеты "И", заказывавший мне статью, звонит с "дурацким" (как он сам выразился) вопросом: отдал ли я не опубликованную ими статью в иное издание? Узнав, что статью публикует другое издание, расстраивается и вновь просит срочно написать на ту же тему, и, с учетом предыстории особо гарантирует опубликование. Что ж, в понедельник к обеду моя новая статья уже в редакции.

Действие четвертое. В среду девятого февраля, прочитав в "Русском курьере" о сокрытии итогов проверки учета госдолга , звоню своему "заказчику" и спрашиваю о судьбе второй статьи, которая "морозится" в "И" уже два дня. "Статья - в ожидании возможности опубликования". Обнадеживает, только время уходит, и получается, что частичные ответы на вопросы, которые я ставил, уже публикуются в другом издании раньше, чем сами вопросы. И получаю в ответ, что, да, мол, это так, только здесь все так сложно: "Я материал в полосу ставлю, но его все передвигают…"

Действие пятое. В этот же день звонит представитель еженедельника "Л", очень извиняется, но материал с полосы руководством снят…

Послесловие. Что же это за сила у нас завелась, что за всемогущий институт, что его так опасаются ненароком задеть и либералы, и патриоты? Похоже, неприкосновенность власти у нас – цветочки, по сравнению с неприкосновенностью тех, кто ее по мелочам критикует, а по крупному…

Приложение 1.

Дающий себя ослепить…

(статья была заказана газетой "И", но не опубликована, затем уже с готовой полосы снята руководством газеты "Л");

Пенсионеры и льготники протестуют. Что они требуют – льгот? Нет - реализации своих прав, неважно в натуральной или денежной форме. От кого требуют? От власти. И что власть? Частично признает ошибки, обещает уточнить, пересмотреть, выделить дополнительные средства. Пенсии будут повышены раньше и больше, чем планировали. Значит, деньги есть? Но почему же тогда пенсии не повышались раньше? И где "сэкономленное"?

А, может быть, надо было больше требовать, и больше бы дали? Но как узнать, где остановиться? Спросить власть? Но она и раньше говорила, что делает все, что может. Кого же тогда спросить, кто не обманет? Есть ли у нас кто-то, для того и созданный, чтобы давать нам достоверную информацию, независимо от того, что власть хотела бы скрыть?

Ведь, может быть, денег и вправду недостаточно, но по милости той же власти? Так щедро она раздает друзьям "курочек, несущих золотые яички"? И затем позволяет неограниченно вывозить наши невозобновляемые природные ресурсы, в результате чего бензин у нас стоит уже как в США - в стране, нефть импортирующей? Инфляция, обесценивающая еще только обещанное пенсионерам – отсюда… И позволяет не только частным, но даже и полугосударственным компаниям-монополистам закладывать в тарифы: и содержание "непрофильных активов", и абсурдную рекламу себя как "национального достояния". А руководителям этих компаний, например, РАО ЕЭС России - закладывать в тарифы свои личные доходы в миллионы (!) долларов. Да еще и платить не нормальный для таких сверхдоходов налог, как минимум, в 45%, а невиданно низкий – 13% – наравне с учителем или врачом…

Конечно, до требований изменить экономическую политику – повернуть природные ресурсы на собственное развитие, дать работоспособным квалифицированную и высокооплачиваемую работу и этим обеспечить государство средствами для достойного уровня жизни пенсионеров - митингующие не поднимаются. Но, может быть, потому и не поднимаются, что некому им объяснить элементарные вещи, да они все равно никому уже не верят?

А в это время в концертном зале "Россия" большой праздник – десятилетие Счетной палаты. Как раз и призванной быть "оком", но не "государевым", а общества. И которая 8-9 лет назад сыграла важную роль в сохранении самой возможности национального контроля за нашими природными ресурсами. Той самой Счетной палаты, благодаря независимости которой 5-8 лет назад удалось выявить и довести до общества информацию о ключевых преступлениях ельцинского режима.

И что же общество?

В 2000 году общество согласилось с назначением новым Председателем Палаты того (безотносительно личных качеств), чью работу Палата как раз должна была начать проверять - председателя Правительства в 1999 году. А теперь согласилось с тем, что Палата уже и юридически зависима от тех, кого в интересах общества ей надлежит контролировать.

Что ж, круг замкнулся. Мул, позволивший себя ослепить, просить или даже требовать корма может. Но есть будет лишь то, что ему сочтут нужным дать.

Приложение 2.

Счетная палата собирает друзей

(статья была заказана газетой "И", но также не опубликована).

Недавно Первый канал показал торжественный концерт в честь десятилетия Счетной палаты. Что ж, концерт - дело вкуса. И поэт со здравицами в честь нынешнего руководителя Палаты, и детский ансамбль "ДоМиСолька" с тем же – тоже еще не криминал. Но где-то этот энтузиазм мы уже видели. Где же? Вспомнил: десять лет налоговой полиции, сколько-то лет МВД, таможне, которая "дает добро"...

С чего же это в России, где еще пять-семь лет назад слово "контролер" было сугубо ругательным, такой праздник? С чего же это у власти и телевидения появилось столь обласкиваемое дитя? Понял: в мои времена, эти контролеры были некомпетентные и корыстолюбивые, а теперь совсем другие - честные профессионалы, ну совсем как в налоговой полиции и на таможне...

Откуда люди черпают обыденные - самые устойчивые представления о прошлом? Из искусства. Так, из сериала "Бригада" люди узнали, что на льготах по ввозу спиртного и сигарет подзаработали неплохие ребята, да к тому же еще и патриоты - отказывавшиеся гнать "дурь" (наркотики) в свою страну... О том же, что восемь лет назад выявила Счетная палата - что ущерб составил девять миллиардов долларов и что нанесли его стране не беззвестные ребята, а тогдашний Президент и Правительство - откуда людям теперь знать?

А "торжественные концерты" по юбилейным датам - чем хуже фильмов, чем не жанр? Там ведь тоже к слову, между хором МВД и Бабкиной, скажешь что-то - и люди запомнят. Например, чему именно посвящено мероприятие. С неподдельным ликованием ведущие сообщили стране, что десять лет назад Президент , оказывается, подписал указ о создании Счетной палаты. Что ж, понятно: все хорошее - указом Президента, если же что не так - это "парламент напринимал законов…".

Действительно, зачем людям знать о том, как сразу после переворота 93-го года тогда еще непослушный парламент создавал систему независимого контроля за властью, какая борьба разворачивалась по каждому вопросу? Например, что понимать под "бюджетом"? Только то, что власть сочтет нужным, а все остальное, включая Пенсионный фонд, долговые обязательства и т.п. - никого не касается? Или же конституционное понятие "бюджет" - это весь объем госресурсов во всех возможных формах? А "контроль за исполнением бюджета" – лишь аудит отчетных документов Правительства, что-то типа проверки представленного фальсификата на внутреннюю непротиворечивость? Или же это право и обязанность проверять всю полноту действий Правительства?

Наконец, кому передавать информацию? Президенту и Правительству для "принятия мер"? Или же, наряду с Парламентом и прокуратурой, прежде всего, обществу - чтобы уже оно принимало меры к Президенту и его Правительству?

Таких вопросов были сотни. И от их решения зависело, чем станет Счетная палата: бессмысленным придатком к власти, рядовым ведомством, которым уже несть числа, или чем-то особенным - не по отделке здания, а по осмысленности действий и полезности результатов для общества.

И не узнали телезрители о том, как Президент накладывал вето на закон, но вынужден был отступить... Впрочем, чему удивляться? И десять лет назад, в день принятия закона, закладывавшего основы того, что и есть суть демократии - независимого контроля за властью, об этом ни по одному каналу ТВ не сообщили. Зато по всем новостям демонстрировали депутата-клоуна с накладными грудями.

Первые годы Палата работала вообще без какого-либо своего здания, Правительство отказывалось не только предоставлять информацию, но даже и финансировать возникшую вопреки Президенту непокорную структуру. Дошло до того, что законодатель вынужден был ввести норму об уголовной ответственности за отказ предоставить информацию, а в законы о бюджете на протяжении ряда лет включать положение, дававшее Палате, в отличие от прочих госорганов, право самой списывать причитающиеся ей средства со счетов Правительства. Можно представить маштаб противостояния и цену вопроса?

Цена вопроса велика, а суть проста: вправе ли общество иметь независимую информацию о добросовестности власти и адекватности проводимой экономической политики.

Но это - в прошлом. Теперь же - благодать. Ни дать, ни взять: "Счетная палата принимает друзей". Может, власть стала честнее? Но среди расположившихся в зале "друзей" камера выхватывает то одно, то другое лицо ... фигурантов наших старых отчетов. В том числе, "великого немого". Помните, был у нас "швейцарский пленник", так успешно ремонтировавший Кремль, а также столь удачно, всего за какие-то триста миллионов долларов британского кредита, построивший Счетной палате здание, разумеется, с помощью все той же фирмы "Мабетекс"...

Юрий Болдырев, автор серии книг "Русское чудо – секреты экономической отсталости", в 1995-2000 гг. – заместитель Председателя Счетной палаты РФ.