Медиановости

4 марта 2005 18:17

"Известия"-International

С конца февраля газета "Известия" еженедельно выходит с цветной вкладкой "Нью-Йорк Таймс" на английском языке. На двенадцати полосах собраны лучшие, по версии американской газеты, статьи о мировых тенденциях, культуре, науке, стиле жизни, книгах, вышедшие в "Нью-Йорк Таймс" за неделю. В российском издательском бизнесе такой формы сотрудничества двух ежедневных газет ранее не существовало. Валерий Золотухин побеседовал с председателем совета директоров "Известий" Евгением Абовым о тех, кто хорошо читает по-английски.

- Как возникла идея вкладки "Нью-Йорк Таймс" в "Известиях" и почему она стала выходить в России на английском языке?

- Эта вкладка – международный проект "Нью-Йорк Таймс", партнерами которого выступают 22 газеты из 18 стран мира. "Известия" оказались в довольно сильной компании – "International Herald Tribune", "Le Mond", "El Pais", "Suddeutche Zeitung", "The Daily Telegraph", "La Reppublica" и др. Не говоря уже о самой "Нью-Йорк Таймс" - лидере независимой газетной прессы.

Предложение издавать вкладку в "Известиях" поступило от издателей "Нью-Йорк Таймс", которые - как выяснилось - внимательно следили за переменами на российском газетном рынке и в частности – в нашем издании.

Вкладка дополняет и закрепляет происходящие в газете радикальные перемены. На протяжении нескольких месяцев мы кардинально менялись – и внешне, и внутренне. Изменения пока особенно заметны по московскому выпуску: в нем появился "толстый" пятничный номер, добавлен цвет, изменена структура и характер подачи материалов. В ближайшее время появится еще одна новация, приближающая "Известия" к классической модели качественной газеты. Я имею в виду появление в ней ежедневного раздела "Мнения и комментарии". Будущий формат и структура предусматривают жесткое отделение позиции редакции газеты от оценочных суждений приглашенных на ее полосы авторов, общественных и государственных деятелей, рядовых читателей.

- С какой целью все это делается?

- Все это в конечном итоге нацелено на расширение аудитории "Известий" за счет новых читательских категорий. Сегодняшняя аудитория этой газеты по-своему уникальна. Ее отличает самая высокая – на фоне других ежедневок – читательская лояльность. Но около трети этих читателей либо приблизились к верхней возрастной группе "пятьдесят пять лет плюс" либо уже вошли в нее. И хотя эта группа сохраняет социальную активность и не намного уступает в доходах другим категориям, - тем не менее, стратегическая задача издателя – привлечь новые, более молодые категории читателей.

Мы пытаемся выстроить дополнительную коммуникацию обновленного газетного продукта с новыми целевыми группами. В первую очередь – с теми, кто утратил привычку или не имел потребности читать "Известия", давно не держал эту газету в руках и не может оценить происходящие в ней изменения.

Вкладка "Нью-Йорк Таймс" - способ найти общий язык с конкретными группами НЕчитателей. В данном случае – с теми, кто хорошо образован, склонен к активному потреблению информации, в том числе на английском языке, нацелен на карьерный рост, часто путешествует, достаточно много и вдумчиво читает. Сюда же мы относим студенческую молодежь и всех, кто активно использует (или хочет использовать) английский – на работе и в быту, при просмотре фильмов, "хождениях" в Интернете и т.д. Именно им адресована оригинальная английская вкладка "Нью-Йорк Таймс".

- А вы не боитесь, что вкладка на английском может отпугнуть традиционного читателя, вероятно, что в большинстве своем языками не владеющего?

- Чем же может отпугнуть английская вкладка? Те, кому она не интересна, не будут читать.

"Нью-Йорк Таймс" предоставил нам самим решать, на каком языке выпускать их приложение. На первый взгляд, в решении дирекции "Известий" действительно есть некий риск, но - не отпугнуть старых читателей, а недополучить новых. По нашим данным, английским в Москве активно пользуются не менее 150 тыс. человек из тех, кто четко подпадает под социально-демографические параметры аудитории "Известий" (не считая тех, кто изучает или преподает английский язык!).

Представьте, даже в такой стране, как Франция, где население казалось бы, весьма холодно относится к английскому, крупнейшая в стране газета "Le Mond" все же выбрала именно английский вариант вкладки. Это вызвало удивление даже в редакции "Нью-Йорк Таймс". Тогда же конкуренты из "Вашингтон Пост" ехидно заметили, что французы теперь узнают о наступлении выходных (номер с Таймс там выходит по субботам) по мусорным бачкам, ломящимся от нераспечатанных вкладок. А между тем, продажи "Le Mond" увеличились, традиционный читатель не потерял интерес к "Le Mond", и новый читатель все-таки пришел. Во Франции, Германии, Греции, ряде других стран тоже выбрали английский язык. Причины просты – им нужна строго определенная аудитория, которая, скорее всего, в их сегодняшних газетах представлена слабо.

- А какие газеты все-таки выбрали национальный язык для вкладки?

- В испаноязычных странах вкладка выходит на родном языке, что вероятно связано с совсем уж невысоким уровнем проникновения английского. В каждом отдельном случае решение обусловлено конкретными маркетинговыми задачами партнеров. В нашем случае - привлечь новую, вполне конкретную аудиторию. В Москве в нее входят, например, регулярные читатели "The Moscow Times". Известинская вкладка – не конкурент "TMT". У этих изданий абсолютно разные функции. Но вот аудитории совпадают, хотя у "New York Times" она видимо шире – в части русскоязычных читателей, способных потреблять информацию на английском языке.

- Из каких материалов составлена эта вкладка?

- Как правило, 17-22% - не больше – приходится на политику и мировые тенденции, а остальное - обычные темы для газет категории General Interest ("общего интереса"): наука, технологии, стиль жизни, книги, видео, семья, медицина, быт. Все эти разделы отличает высококлассная редакторская и журналистская работа, особенно, в разделах "Наука", "Технологии", "Медицина", "Социальные темы".

- То, что читатели получают - это "Нью-Йорк Таймс" в миниатюре?

- Они это называют "The Best of the Times" (Лучшее из "Times"), но с оговоркой – это отобрано для иностранного читателя. Из Нью-Йорка во все страны уходят готовые полосы, которые партнеры не вправе менять.

- Вы платите за печать вкладки в Москве, а за предоставленные материалы газеты?

- Конечно, платим. Это типичный пример синдикации газетного контента – перепродажа ранее опубликованных статей, иллюстраций и целых рубрик. Переупаковка, другими словами. Взамен мы рассчитываем на выгоды от роста продаж тиража и размещения рекламы, доходы, которые целиком остаются в "Известиях".

- Но те, кто хочет читать статьи "Нью-Йорк Таймс", могут запросто сходить на интернет-сайт газеты, довольно удобный и практичный, не заплатив за это ни копейки?

- Конечно, любой читатель, особенно посетители "Полит.Ру", вполне могут зайти на сайт газеты напрямую. Но здесь весь вопрос в том, как упаковывается информация, в каком виде и в какой момент она потребляется. С появлением интернета и цифровых технологий происходят глобальные изменения в структуре медиа-потребления – число каналов и источников информации увеличивается в десятки и сотни раз. Только в Англии за последние десять лет в сто раз увеличилось число телеканалов - кабельных и цифровых. Плюс появились он-лайновые медиа, а сейчас уже и mobile-медиа. Совершенно очевидно, что доля "бумаги" падает в общем объеме медиа-потребления. Все эти обстоятельства - вызов газетам. То, как устроена вкладка "Нью Йорк Таймс" – своего рода ответ на эти вызовы: она компактна, состоит из относительно небольших публикаций, в ней нет избыточных полосных материалов. Вы за пять минут можете пролистать всю газету и понять, что в ней вам нужно читать, а что не нужно.

- А в чем заинтересованы сами "Нью-Йорк Таймс", предлагая газетам эти приложения?

- Очевидно, это часть стратегии по глобализации газетного бренда. Больше 10 лет назад у них была идея запустить версии своей ежедневной газеты на локальных рынках, и русскоязычная версия, кстати, была первой. Она называлась "Нью-Йорк Таймс. Недельное обозрение", хотя выходила раз в две недели. Формат был тот же, что и в Америке, но потоньше – 24 полосы. Потом они приостановили свой эксперимент – выходя раз в две недели, ежедневная газета слишком много теряла в содержании. А идея глобализации бренда сохранилась и вылилась в проект такой вот еженедельной вкладки, распространяемой газетой-партнером.

- А хотелось бы вам, чтобы в результате изменений "Известия" стали похожи по формату на "Нью-Йорк Таймс"?

- Любая газета так или иначе сегодня вынуждена решать три главные задачи – максимально долго удержать внимание читателя, помочь ему заметить больше материалов внутри газеты и глубже прочесть то, что заметил. Вот - три маркетинговые задачи, которые решаются средствами дизайна, упаковки, навигации и создания новых коммуникаций с читателями. "Нью-Йорк Таймс" – очень объемная газета, у которой при очень высоких тиражах весьма высока доля лояльных читателей. Люди привыкли к этой газете, к плотному тексту и сухим заголовкам, к превалированию текста над иллюстрациями. Их это устраивает, и их газете проще удержать читателя качеством журналистики.

В нашем случае маркетинговая ситуация другая – нам нужен новый читатель, нужно продвигать новый образ "Известий", нужно завоевывать вновь того читателя, который за последнее десятилетие утратил привычку к регулярному чтению лишь в силу того, что предложение, исходящее от газет, было неинтересным. Привлечь читателя той газетной моделью, которую использует в своей стране "Нью-Йорк Таймс", у нас, думаю, не получится. Вряд ли эта модель нам вообще подходит.

- А какие модели вам кажутся самыми подходящими для российской ежедневной газеты?

- Я бы обратил внимание на газеты в странах с высоким уровнем конкуренции ежедневных газет – например, "Times" и "Guardian" в Великобритании, а также на "De Telegraaf" в Голландии, "Сlarin" в Аргентине. Кстати, уверен, что латиноамериканская газетная концепция намного нам ближе. По уровню газетного проникновения, по образованию, доходам и стилю жизни населения, по общему историческому контексту - эти безумные диктатуры, перевороты, галопирующая инфляция – по всему мы гораздо ближе к латиноамериканской потребительской модели, чем к европейской и тем более - североамериканской. Но поскольку мы географически отделены, мы мало о них знаем и не можем адекватно оценить их газетный опыт. Кстати, коммерческий успех нового российского телевидения начался именно с латиноамериканских сериалов.

Из любых моделей надо вычленять маркетинговую идею, которая в них заложена, и смотреть, насколько она адаптируется для наших условий. И понимать мотивацию – почему издатель или редактор поступают именно так в тех конкретных условиях, в которых они находится.

0 Последние комментарии / остальные комментарии

К этому материалу еще нет комментариев




Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.