Мнения /
Блоги

5 мая 2005 13:43

Тайна телевизионной исповеди

Мне кажется, российское телевидение, до краев набитое лицензионным заморским продуктом, приобретает заграничные черты не только по форме, но и по сути. Привычка к публичной исповеди, покаянию или, на худой конец, признанию в любви - фирменный лейбл американской массовой культуры. Раньше мы над ними смеялись, теперь пришел черед плакаты на Первом канале состоялась премьера программы Андрея Разбаша "Прости". Идея понятна из названия: на программу приходит человек, которому есть в чем и перед кем повиниться, что он и делает перед лицом всей страны и мудрым усталым взглядом ведущего. Вроде и не придерешься: на общем телевизионном фоне все выглядит благородно и чинно, ни тебе мордобоя с нецензурщиной, ни педофилов с убийцами, ни предсказателей Апокалипсиса.

Вот отец Василий, он же бывший католический священник Базиль, родом из Франции, приехавший много лет назад в Россию, просит прощения у родителей, которых сильно расстроил своим отъездом за тридевять земель. Прекрасный человек рассказывает прекрасную историю обретения своей земли обетованной, а его старенький папа, сидя в другой стране перед телевизором, утирает слезы и дарит сыну прощение. А отчего бы отцу Василию не позвонить папе и не пригласить его в гости, дабы каяться в интимной, подобающей для сего акта обстановке, - этот вопрос полез из меня наружу, да я его загнала обратно. Ну, это воспитание чувств такое. Ради этого и священники на ТВ ходят. Но потом появляется мой любимый композитор Александр Журбин и 15 минут эфирного времени тратит на невнятную историю о том, как когда-то по заданию Союза композиторов принимал у себя в гостях Консуэлу Веласкес, написавшую знаменитую "Бессаме мучо".

Журбина до сих пор ужасно печалит тот факт, что по первости госпожу Веласкес он не узнал и был вроде бы не слишком учтив. И теперь извиняется перед ней за то, что вел себя нехорошо. Правда, госпожа Веласкес уже года два как померла, но лучше ведь поздно, чем никогда... Я, видимо, заблуждалась, думая, что композитора Журбина и так показывают по телевизору достаточно много и популярности дешевой ему искать нечего. Боюсь, что скоро в эту передачу повалят толпы известных и не очень людей, которые будут бить себя в грудь и кричать: "Люся, какая я сволочь!" А реакция телезрителей, по логике, должна быть следующей: "Не, ну, ты слышал, да? Ну этот, блин..." Или я чего-то не разгадала в благородном замысле авторов?