Мнения /
Интервью

7 июня 2005 17:59

"Мы каждый раз должны заново рассказывать детям, что мы есть" - Н.Тимошенкова

Совсем недавно в нашем городе прошла череда мероприятий, посвященных Дню защиты детей. Снова школьники соревновались в спортивных навыках, открывались выставки, проводились концерты. Это пока еще считается неотъемлемой частью жизни детей и подростков, чего не скажешь, например, о чтении газет. А ведь именно в нашем городе с 1924 года и по сей день существует самая первая в России детская газета "Пять углов", до 1992 года носившая название "Ленинские искры" - газета, ставшая стартовой площадкой для многих известных журналистов. Сегодня мы беседуем с ее главным редактором Нонной Тимошенковой.

Lenizdat.ru: Каково, на Ваш взгляд, состояние детско-юношеской прессы сегодня?

Н.Тимошенкова: Школьные годы, юность нынешнего молодого поколения пришлись на тот период, когда газета не была для него обязательной. Поколение его родителей так или иначе росло с газетой: ребенок приходил в первый класс, и ему говорили, что надо выписать газету. И поэтому у нас были тиражи под 200 тысяч экземпляров. Сейчас обязаловка ушла, и установочный тираж газеты стал 10 тысяч экземпляров. От выпуска к выпуску он, бывает, колеблется до 7-8 тысяч, но в целом держится на этой цифре.

Кроме того, становится меньше детей. Но, тем не менее, наша читательская аудитория как вышла в году перестройки на определенную цифру, так на ней и остается по сей день.

Lenizdat.ru: А какова основная аудитория "Пяти углов"?

Н.Тимошенкова: Средний возраст нашего читателя – от 12 до 17 лет. Это самый неблагоприятный возраст с точки зрения редакционного менеджмента и маркетинга. За изданиями для маленьких следят родители, покупают то, что, по их мнению, может пригодиться их ребенку. Наш читатель попадает уже в тот возраст, когда все, что покупает мама, не популярно, ему хочется читать то, что читает сосед по парте, приятель и т.д. Они будут читать, но тайком, чтобы никто не видел и не знал. Иногда доходило до того, что у нас в редакции встречались дети и с изумлением узнавали, что они учатся в одной школе. Каждый тайно читал газету, чтобы его никто не заподозрил в том, что он такой "пай-мальчик".

Lenizdat.ru: Хотят ли, в общем и целом, подростки читать газеты?

Н.Тимошенкова: Конечно, нет. Сейчас общая тенденция к резкому снижению читаемости газет. Недавно был опубликован доклад министра по печати, где было сказано, что за последние два года количество людей, которые регулярно читают прессу, снизилось на 66%. Это среди тех людей, которые регулярно привыкли читать. "Контрольный пакет акций" - у нечитающей публики. Это не значит, что они вообще перестали пользоваться газетами. Они что-то читают в интернете, заглядывают на сайты, смотрят те рубрики, которые их интересуют. Новости Российского канала выходят 14 раз в сутки, а телевизор сейчас может поставить, в общем-то, любая малообеспеченная семья.

У нас не дикие тиражи – но именно потому, что мы не попса. Официальный рейтинг канала "Культура" - замечательного канала, где очень много интересного, который выделяют все, кого ни спроси – 1% по стране. Поэтому мы пытаемся идти против течения и бороться за тех детей, которых нам удается все-таки привлечь в свое "пятиугольное братство". Но у нас очень высокий коэффициент сейчас читаемости одного номера: один экземпляр газеты читает до 12 человек. Это цифра, которая подтверждена социологическими исследованиями.

Кроме того, не формируется культура чтения газет. Ребенок рождается с потребностью есть, отправлять свои естественные нужды, смотреть во все глаза, что происходит, но у него нет потребности читать газеты. Эту потребность должен кто-то сформировать: семья или окружение.

Lenizdat.ru: Какую роль играет детско-юношеская пресса для ее основных читателей?

Н.Тимошенкова: Если говорить о "Пяти углах", то это – газета общения. Это значит, что помимо всякой полезной, как нам кажется, и интересной информации мы, судя по нашей почте, в какой-то мере заменили для ребят ушедшую пионерскую организацию. Как только пропали пионеры, в нашей почте исчезло слово "мы". Во всех письмах дети пишут "я", "я" "я", "никто меня не понимает", "никто меня не любит".

У детей бесконечно возникают конфликты и со взрослыми, и со сверстниками, но при этом ребенок не может нормально расти, не опираясь на сверстников. Он хочет что-то выразить, что-то сказать, а в классе это сделать очень трудно: там все сводится или к учебному процессу, или к школьным сплетням типа "любит – не любит".

Через газету они находят единомышленников, они могут высказаться. Причем это не интернет, где можно кричать сколько угодно, но ты можешь выдавать себя бог знает за кого. Здесь они тоже прячутся за вымышленными именами, но мы ставим условие, что ник должен быть один, и в редакции всегда есть настоящее имя ребенка и телефон для связи.

Lenizdat.ru: Много писем вы получаете от ребят?

Н.Тимошенкова: Да, мы по-прежнему получаем письма, как в советские времена – до 1000 в месяц. Причем не письма типа "почините крышу", как обычно пишут во "взрослые" газеты, а размышления о том, что бы еще такое предложить для газеты, то есть ребята чувствуют себя во многом соавторами.

Lenizdat.ru: Изменилась ли тематика, интересующая подрастающее поколение, за последние годы?

Н.Тимошенкова: Естественно! Все темы подчинены времени, и за рамки своего времени, конечно, мало кто выпрыгивает. 31 августа прошлого года мы отмечали свое 80-летие, к которому выпустили юбилейный номер: взяли все сегодняшние рубрики газеты и "вернули" их в прошлое. В 20-40-е годы наши читатели боролись за грамотность, за внешний вид, за то, чтобы дети ходили в школу. Религиозные темы обсуждались и когда был воинствующий атеизм, и когда на волне перестройки все ринулись в церковь, и когда появились разные концессии.

Сегодняшние дети более раскованные, более свободные, но при этом они находятся под гнетом информационного бума, который на них свалился в виде интернета и многоканального телевидения. На них обрушивают информацию, которая, в общем-то, достаточно однообразна, и, тем не менее, тенденциозна. Сегодня наших юных читателей очень интересует карьера, проблемы здоровья, причем, прежде всего то, что касается внешности и фигуры, так как это – часть карьеры. У них очень прагматичные мечты, и даже когда они выступают против курения, это подсказано в первую очередь тем, что курение портит внешний вид. Налицо буржуазное сознание со всеми буржуазными ценностями.

Lenizdat.ru: Многие известные ныне журналисты начинали свою карьеру в "Пяти углах" (тогда еще "Ленинских искрах"). А сегодня так же часто юнкоры уходят учиться и работать дальше?

Н.Тимошенкова: Да, каждый год примерно 5 человек выбирает журналистские или околожурналистские профессии, в том числе социологию, психологию. Но вообще, конечно, быть детским садом для петербургской прессы – не главная наша задача. Это, что называется, "побочный продукт", хоть и приятный. Все-таки, мы работаем ради читателей.

В плане выбора профессии для молодежи мы оказываемся как "санитары леса". Журналистика – профессия очень публичная, модная во все времена, окруженная ореолом романтики и красивой жизни, потому что дети видят журналистов прежде всего в телевизоре, когда те в красивой одежде общаются на дружеской ноге с известными людьми. То, что журналистика – это конвейер, что надо писать не только то, что хочется, но и то, что надо газете, и самое главное - в то время, в какое нужно газете, становится для многих большим откровением. Но даже если они решают искать себя в другой области, опыт работы в редакции не проходит для них бесследно, потому что они учатся работать с людьми и переносить свои мысли на бумагу.

Lenizdat.ru:"Пять углов" - первая детская газета в России. А юнкоры тоже впервые появились в ней?

Н.Тимошенкова: Да, юнкоры – это порождение нашей газеты. Она была создана по ленинской формуле "коллективный агитатор, организатор и пропагандист" для того, чтобы формировать пионерские отряды и движение. Поскольку никто не знал, что там надо писать, собрали детей из разных пионерских отрядов, тогда они назывались базы, и каждый написал заметку, как они вовлекают в свои ряды ребят. Из этого состоял первый номер. Авторов сначала называли деткорами, а когда это вышло на всероссийский и затем на всесоюзный уровень, появилось слово "юнкоры".

Lenizdat.ru: Можно ли назвать подростков, пишущих заметки в газету, в полном смысле слова журналистами?

Н.Тимошенкова: Я думаю, что все-таки нет. Мне кажется, любое творческое дело состоит из двух составляющих: помимо таланта есть основы ремесла, которым надо учить, и этому учат сначала на факультете журналистики, а потом всю жизнь – в профессии. То, что мы делаем, это как бы введение в профессию. А на первом курсе журфака, я считаю, главная задача студентов – выработать связь между головой и рукой, чтобы то, что они хотят написать, легко ложилось на бумагу.

С другой стороны, часто приходят дети и говорят: "Я хорошо пишу сочинения". В сочинениях вы должны рассказать то, что знают все, и сделать это как можно лучше. А в заметке вы должны написать о том, чего никто не знает, и это должно быть правдой. Дети поначалу не понимают работу с фактом, полагая, что самое главное – их мысли.

Lenizdat.ru: Как Вы считаете, с кем лучше, легче, удобнее работать: с юнкорами или с журналистами со стажем и почему?

Н.Тимошенкова: Здесь совершенно разные задачи. В "Пяти углах" взрослых журналистов не так много, поэтому перед ними стоит задача быть конкурентоспособными. Для нашей газеты важно, чтобы ребята писали не только потому, что это их самовыражение, но еще существует и некий психологический ценз на доверие. Когда подросток читает заметку и видит, что это написал его сверстник – одно отношение. А когда материал написала взрослая женщина, которая ничем не отличается от его мамы, бабушки или учительницы – это уже другое, "вы, взрослые, нас воспитываете".

У меня всегда проблемы со студентами, которые пытаются пройти у нас практику и начинают "косить" под юнкоров. Я говорю им, что то, что позволено им, нельзя вам. Если вы пришли практиковаться в качестве журналиста, извольте работать, как настоящий журналист. С другой стороны, направлять юнкора в Комитет по образованию или в детскую комнату милиции, не очень разумно: не каждый сможет провести интервью. Поэтому задача взрослых журналистов у нас другая, и они не должны притворяться детьми.

Lenizdat.ru: Вы посвятили газете "Пять углов" всю жизнь, пройдя в ней путь от юнкора до главного редактора. Почему Вы все это время проработали в газете для подростков, а не ушли во "взрослую" прессу?

Н.Тимошенкова: Ленивая, наверное. Как приросла к одному месту, так и сижу (смеется). Да нет. Во-первых, я люблю это дело. Во-вторых, я очень люблю эту газету. Я в нее уже столько вложила, сколько примерно в своих детей, а сейчас мне уже и поздно куда-то уходить. А вообще я сейчас уже готова бы передать кому-нибудь в надежные руки это дело. Нужно, чтобы люди менялись. Я думаю, наша газета выживает не потому что мы такие старые и умные тут сидим, нет, а потому что вокруг нас очень много молодых и, может быть, не очень знающих, но увлеченных, творческих, еще не обремененных опытом ребят. Благодаря этому, конечно, газета и существует, и находится на хорошем счету: в 2001 году мы получили диплом "Лучшая детская газета России". Очень хочется, чтобы сюда пришел молодой, энергичный, новый редактор, и я бы с удовольствием не только уступила кресло, но и помогала бы всячески. Но мне бы хотелось, чтобы он дорожил не только сегодняшней своей работой, но и сберег бы все наши подшивки, и какие-то наши традиции, и музей, который мы создали 4 года тому назад и где собраны уникальные реликвии.

Lenizdat.ru: Каковы Ваши прогнозы по поводу развития детской прессы в Петербурге?

Н.Тимошенкова: Все будет так, как должно быть! Даже если будет наоборот. Пока еще есть категория людей, которые понимают, что это надо, и все-таки нам пытаются как-то помочь. "Чиж и Еж", "Костер", "На стороне подростка", наша газета два года назад объединились в Ассоциацию детской прессы, то есть нас стали покупать в розницу.

У нас ведь еще проблема в чем: "Санкт-Петербургские ведомости" можно читать всю жизнь, а из детской газеты вырастают, как из старых джинсов, из старой курточки. И поэтому мы каждый раз должны заново рассказывать детям, что мы есть. Но мы пытаемся. Не теряем надежды, во всяком случае. Единственное, что очень радует, что дети, которые попадают в руки газеты, которые находят время и возможность в нее вчитаться, они уже с ней не расстаются до окончания своего подросткового возраста.

Вы меня спрашивали, почему я здесь работаю всю жизнь. Не проходит недели, чтобы мы не получали писем, где нам читатели объясняются в любви. А в какой бы еще газете я такое получила? Больше нигде.

Надежда Алексеева