Телевидение потеряло прозрачность, окончательно выйдя из-под контроля Государственной Думы. Об этом мы беседуем с заместителем думского комитета по информационной политике Борисом Резником.
- Борис Львович, недавно вы написали письмо Путину. О чем речь?
- Суть письма очень простая. На протяжении долгого времени нас пугают новым законом о СМИ, хотя старый закон, которому на днях исполнилось 15 лет, является одним из немногих, работающих по-настоящему, либеральных демократических законов, который перевернул не только отечественную журналистику, но и нашу жизнь. Новый закон разрабатывается Министерством культуры и массовых коммуникаций. Я видел несколько вариантов - они все не выдерживают критики. Я предложил президенту принять не новый закон, а его новую редакцию, подготовленную одним из авторов того, прежнего, Михаилом Федотовым. Плюс несколько рамочных законов. Например, о демонополизации СМИ. Раньше монополистами у нас были олигархи, что плохо, теперь же ситуация ничуть не лучше. Монополистом стало само государство, постепенно прибрав к рукам сначала электронные СМИ, а теперь тихо-тихо взявшись и за печатные СМИ. Хотя еще три года назад тогдашний министр печати Михаил Лесин заявил, что государство будет избавляться от медийных активов, сегодня мы видим процесс совершенно обратный. Вот-вот будет продан последний маленький островок независимости на телевидении - компания Ren-TV. Я ничего плохого не хочу сказать о холдинге "Газпром-медиа" и "Еврофинанс", что само по себе одно и то же, но это государственная структура. В любой момент, в час икс, скажут: "Ну, хватит шалить, ребята... давайте делайте то-то и то-то". Все это давно отработанная схема. Посмотрите на НТВ, на другие федеральные каналы. Все там послушно и делается как положено. Особенно ручное управление было видно на примере дела Ходорковского, которое на всех каналах освещали до того бездарно и паскудно, что просто противно было смотреть. Еще два рамочных закона, которые назрели, - это об обеспечении финансовой независимости СМИ и о об общественном телевидении. В свое время последний мы вносили еще в прошлую Госдуму, но тогда нам сказали, что сейчас нет политической воли.
- Последовала какая-то реакция на ваше письмо?
- У меня был приватный разговор с одним из руководителей президентской администрации. Мне было сказано, что в письме есть здравое зерно, сейчас, наверное, действительно не стоит тревожить этот закон и принимать новый. Меня это немного воодушевило, но затем выступил Сергей Миронов и опять сказал, что будет приниматься новый закон о СМИ.
- А как вы относитесь к созданию канала Russia Today на базе РИА "Новости"?
- Все это уже мы переживали. Знаете, это исходит из стремления не быть, а казаться. Можно строить страну, нормальное, цивилизованное гражданское общество, но это тяжелый и долгий процесс. А можно делать вид, что все у нас хорошо, и вещать об этом миру. Я, например, не знаю, кто бы этот внешний пиар делал в Англии, в Америке, в Швейцарии, в Швеции, да в любой стране.
- В Америке это, наверное, CNN, в Англии - Би-би-си...
- Нет, это общественное телевидение, которое работает на себя, на страну и в том числе на мир, представляя беспристрастный взгляд на события. Да, есть в Англии канал, вещающий на арабском языке, но совсем не для того, чтобы пропагандировать английскую жизнь, а для того огромного числа арабов, которые проживают в Великобритании и в странах Британского содружества. А у нас на создание имиджевого государственного канала деньги выделяются из бюджета. Причем все понимают, что на 30 миллионов долларов ничего не сделаешь. Это только стартовая цена.
- На прошлой неделе министр культуры и массовых коммуникаций Александр Соколов заявил, что государство должно выделить деньги на модернизацию космических спутников, иначе под угрозой окажется вещание федеральных каналов, в частности Первого. Вам не кажется странным, что деньги из бюджета должны выделяться одному из самых богатых - по стоимости рекламного времени - каналов?
- Вопрос, конечно, очень интересный. Я считаю, что у нас вообще проводится весьма странная политика. Мы делали анализ года четыре назад, сравнивали показатели НТВ и канала "Россия". Рекламное время одинаковое, расценки почти одинаковые, но официальные доходы НТВ от рекламы были в шесть раз больше, чем на втором канале. Хотя тогда на "России" просто буйствовал телерекламный монополист в лице "Видеоинтернешнл" (кстати, лесинская структура). Они сделали очень просто: прятали деньги в регионах, создавая дочерние предприятия. Вроде как есть реклама, а вроде ее и нет. Настоящее мошенничество.
- Какие-то меры были приняты государством?
- Мы довели информацию и до правительства, и до правоохранительных органов, до прокуратуры, но все спустили на тормозах.
- А какая была мотивировка?
- Да никакой мотивировки не было. Указано было на недопустимость, на то, что надо принять меры и т.д. Обычный такой бюрократический ход, и меры никакие не принимались. У нас ведь всячески поддерживают и оберегают тех, кто хвалит правительство, президента. Так называемых "своих" и "наших". С этим мы постоянно сталкиваемся в Государственной Думе. Сейчас наш комитет устранили от вопросов выделения и распределения бюджетов государственных телеканалов, чтобы мы не могли контролировать те субсидия и субвенции, которые идут туда. Этим сегодня занимается правительство.
- А как же они отчитываются перед Госдумой?
- Приводят лишь общие цифры, никак их не расшифровывая.
- Прокомментируйте, пожалуйста, принятие руководителями ведущих каналов хартии об ограничении насилия на телеэкране.
- Я приветствую само принятие хартии, но она невыполнима по своей сути. Профанация. Вы только вдумайтесь в этот текст! Телеканалы "должны принять меры к недопущению нанесения ущерба общественной нравственности...". Я знаю, что такое "нравственность", но не понимаю, что такое "общественная нравственность". Далее. Хартия запрещает рекламировать не только алкогольные напитки и табачные изделия, но и сам "процесс курения и употребление алкогольных напитков". Значит ли это, что, к примеру, фильм Эльдара Рязанова "Ирония судьбы, Или с легким паром!", где главный герой напивается с друзьями, - должен быть запрещен к показу по телевидению? Дальше - больше. Маразм идет полный: "Ввести добровольное ограничение при освещении событий и демонстраций, способных нанести серьезный вред умственному или моральному развитию детей". Что, несерьезный вред причинять можно? А как проверить серьезность вреда? "Установить, что такие материалы могут содержаться лишь в новостийных программах" (все-таки можно вред наносить), "в том числе в репортажах, ведущихся с места событий в пределах обусловленных информационной целью". Попробуйте где угодно доказать: есть цель, нет цели.
- Зачем же, на ваш взгляд, эту абракадабру с такой помпой подписали, с одной стороны, руководители ведущих телеканалов, а с другой - лидеры думских фракций?
- К сожалению, этот текст не рассматривался у нас в комитете, хотя могли бы показать. Я его получил за полчаса и тут же ворвался туда. Но поскольку там было такое торжество, я не захотел им на фоне телевизионных телекамер устраивать публичный скандал. После подписания я позвонил думским руководителям и задавал один и тот же вопрос: "Вы что дали-то?", на что они заявили, что готовили не они, а юристы первого и второго каналов. Тогда я позвонил руководителю одного из каналов, своему старому товарищу, который тоже подписывал, и спросил: "Ты видел, что подписал?" - "Да нет, я прочитать не успел". Я говорю: "Ну, тогда я зачту тебе по телефону". В итоге в процессе чтения он повторял только одно слово: "О, блин! О, блин!.."