Требуя от Путина свободы слова на госТВ, оппозиция переименовала "уважаемого Владимира Владимировича" в "господина президента".
Общероссийский комитет в защиту свободы слова, учрежденный 22 мая на митинге у Останкинского пруда едва ли не всеми оппозициями нынешнему кремлевскому режиму, в середине прошлой недели наконец собрался на свое первое заседание. Под крышей "ЯБЛОКА", причем как в прямом смысле, ибо все проходило в экс-купеческом "яблочном" особняке на Пятницкой улице, так и в переносном: по меньшей мере четыре организации были представлены штатными сотрудниками партии Григория Явлинского. Как ни странно, пришли почти все - и СПС, и "Родина", и КПРФ, и Партия пенсионеров, и НБП, и Комитет-2008... Вокруг требования свободного доступа к федеральным электронным СМИ прямо-таки сплотились даже откровенно ненавидящие друг друга субъекты отечественной политики.
Пять телекамер, из которых только две были российскими (факультативные НТВ и REN TV), как нельзя лучше характеризуют нынешнее медиаположение оппозиции. Лидер еще не зарегистрированной в Минюсте партии "Наш выбор" Ирина Хакамада конкретизировала претензии: час прямого эфира в прайм-тайме (17.00 -23.00) каждую неделю на Первом канале, РТР и "Радио России" для всех, кто сам объявит себя оппозицией режиму.
Где искать справедливость и управу на госканалы, собственно, и было предметом дискуссии. Лидер столичного "ЯБЛОКА" Сергей Митрохин от организаторов предложил письмо в адрес главы государства, начинавшееся с обращения "Уважаемый Владимир Владимирович!". На что вождь нацболов Эдуард Лимонов призвал ничего не просить у администрации, а требовать от властей того, что и так положено по Конституции. Удовлетворившая почти всех формулировка "Господин президент", как ни крути, прочитывается у нас в России как "гражданин начальник", но три организации (по разным причинам) не приняли за основу и более жесткий текст апелляции к первому лицу.
Например, генсек Союза журналистов Игорь Яковенко поймал авторов обращения на правовом нигилизме: вмешательство президента в редакционную политику ТВ не предусмотрено действующим законодательством о СМИ, и призывать главу государства повлиять на процесс - значит морально согласиться с самим фактом цензуры... Эту же логику разделили и двое комитетчиков-2008. И лишь Валерий Гартунг из Партии пенсионеров, похоже, рассчитывал просто на некий непарламентский час бесплатного эфира.
В итоге были приняты уже не просьбы, а требования к президенту: а) отменить политическую цензуру на государственном телевидении и радио; б) отменить черные списки запретных тем и персон; в) обеспечить в сетке вещания прямые политические дебаты оппозиции и власти; г) учредить в организациях теле- и радиовещания наблюдательные советы с участием представителей Комитета в защиту свободы слова.
Помимо того, озабоченными гласностью на государственном телевидении и радио политиками был принят за основу проект текста открытой к подписанию "Хартии свободных СМИ", в которой указывается на недопустимость ограничения свободы слова и права граждан на информацию.