Обсуждаем телепроекты прошедшей недели. В гостях "Эхо Москвы" Ирина Петровская, Мария Гореславская и Сергей Варшавчик.
К. Ларина – Мы тут уже все обсуждаем, отвечаем на вопросы, а вы ничего не слышите. Добрый вечер. Это передача "Коробка передач". Здесь в студии "Эхо Москвы" Ирина Петровская, телекритик газеты "Известия". Добрый вечер, Ира.
И. Петровская - Добрый вечер, Ксения.
К. Ларина - Мария Гореславская, телеобозреватель сайта "Дни.ру". Добрый вечер, Маша.
М. Гореславская - Добрый вечер.
К. Ларина – И Сергей Варшавчик, телеобозреватель "Независимой газеты", Добрый вечер, Сергей.
С. Варшавчик – Добрый вечер.
К. Ларина – Очень серьезный человек. У нас уже пришло много вопросов, напомню, что программа наша открытая. Наш номер пейджер 961-33-33 для абонента "Эхо Москвы", телефон 203-19-22. Обычно по понедельникам мы больше внимания уделяем программам общественно-политическим, но я думаю, что сегодня наверняка возникнут еще какие-то вопросы, связанные с другими передачами. Потому что много премьер прошло на этой неделе. Так что не будем себя ограничивать рамками общественно-политического вещания. Но, тем не менее, первый вопрос я хотела начать, очень смешно он написан латинскими буквами, пришел по Интернету из Молдавии от Наташи. И вот я его расшифровала. "Чем Петр Толстой лучше Петра Марченко?" Я думаю, что Варшавчик должен на этот вопрос ответить. Потому что он большой поклонник творчества Петра Марченко.
С. Варшавчик - Ну, во-первых, все-таки потомок аристократа.
К. Ларина – Петр Толстой?
С. Варшавчик – Ну да, а во-вторых, на мой взгляд, у него все-таки больше опыта аналитической программы. Потому что Петр Марченко, по сути дела…
К. Ларина – Новостник.
С. Варшавчик – Ну да, новости, но не анализ. И программа "Время" итоговая воскресная она была, собственно говоря…
К. Ларина – Обычной программой "Время".
С. Варшавчик – В отсутствие сильного аналитика. С этой точки зрения, наверное, приглашение Петра Толстого на роль аналитика мне представляется интересным ходом, тем более что Петр Толстой неоднократно говорил о своих амбициях в хорошем смысле слова. Будучи генеральным директором канала "Московия", он, например, вполне серьезно рассматривал вариант информационного канала типа CNN, то есть вполне человек мог это сделать.
К. Ларина – Кстати, давайте уж тогда вспомним, что Петр Толстой, который вел буквально до вчерашнего дня программу "Выводы" на Третьем канале, он позволял себе… Не сказать, что эта программа была в том же строю, что и все передачи информационно-аналитические как на федеральных каналах, это была отдельная. Он позволял себе высказывать какое-то альтернативное мнение, чем собственно и был интересен. Во всяком случае, программу эту смотрели и всегда ждали от нее какого-то непривычного, неординарного, не общего взгляда на уже достаточно известные вещи. Учитывая, что это второй случай, когда с третьего канала с информационно-аналитической программы переманивают человека на канал федеральный, аналогичный случай произошел с Глебом Пьяных. Он тоже что-то там вел и тоже позволял себе. А тогда его пригласил, по-моему, российский канал вести вечерние "Вести".
С. Варшавчик – "Вести-Подробности".
К. Ларина – Вот-вот. И как-то сразу скис Глеб Пьяных, ну "Вести" ведет. В этом есть какой-то скрытый понятный смысл - и совсем уж зачистить это поле. Пусть лучше мы его позовем к нам, пусть он на Первом канале ведет "Время", пусть мы ему это доверим, чем он чего-то вякал на Третьем канале.
С. Варшавчик - Два слова еще просто, чтобы закончить и передать слово моим коллегам.
К. Ларина – То есть ты меня затыкаешь.
С. Варшавчик – Нет, ни в коем случае.
К. Ларина – Вежливо, но понятно, Варшавчик.
С. Варшавчик – Нет, просто я думаю, что появление Петра Толстого было вызвано тем, что совсем уже на Первом канале отсутствовали какие-то люди с необщим выражением лица. Вот, на мой взгляд, видимо это разнообразие, это приглашение человека, который себя ярко проявил, пусть в небольшой аудитории, но умеющий как-то мыслить более-менее неординарно.
К. Ларина – Ир.
И. Петровская - Ужас заключается в том, что люди с не общим выражением лица, попадая на Первый канал и частично на Второй, резко приобретают общее выражение. Я больше того скажу, я тоже с интересом относилась к Петру Толстому, хотя всегда был в его программе "Выводы" некий привкус, свойственный именно вот этому Третьему каналу. Не ТВЦ не путать, а Третьему, там какие-то были такие настораживающие моменты. Но это ладно, это в следующий раз. А вчера я даже не сразу поняла, что это Петр Толстой, я как бы издали шла, на общем плане он у меня был, и потом так получилось, что мы с Аней Качкаевой вместе смотрели и пришли к выводу, что получилась следующая вещь. Как в фильме "Веселые ребята", помните, на пляже и вообще это во многих было курортных городах, стоят такие трафареты: джигит, культурист, красотка и дырка для головы.
С. Варшавчик – Ведущий итоговой программы.
И. Петровская - И ты туда вставляешь эту голову, а при этом все в этот момент вставившие голову: фигуристая девушка, культурист или джигит - вот абсолютно то же самое. Вот абсолютно то же самое. Вдруг возникло это ощущение, мне показалось, Сереж, я не знаю, может быть, я как-то не так смотрела, но там не было признаков вот этой аналитики, не было признаков присущего Толстому некоего собственного взгляда. Была абсолютно как всегда официозная воскресная информационно с претензией на аналитическую в том смысле, что итоговая, потому что у нас теперь аналитическим называется то, что на самом деле…
К. Ларина – Новости за неделю.
И. Петровская - Да, итоговые новости. Да и честно говоря, и новостей за неделю тоже не было. А были вполне специфические новости. Конечно Казань, Украина, и так далее. Просто если чуть-чуть продолжить эту тему, я записала в субботу Марьяну Максимовскую, посмотрела ее в воскресенье, после всех программ официальных и Брилева, и Толстого. И абсолютно было ощущение, что эта программа о жизни разных стран. Потому что в эти официальные программы совершенно не попало то, что реальности происходило за неделю. А в реальности происходило - вот этот погром в селе в Астраханской области, Лиманская или что-то, голодовка Ходорковского, еще что-то. То есть ничего негативного туда не попало. Зато естественно был праздник, были президенты, говорящие на языках, в том числе на татарском. Ну и так далее. Поэтому дай бог конечно, чтобы у Толстого была там возможность реализовать вот это свое авторское. Но мне кажется, что, идя на Первый канал, он подписывается под тем, что он будет неким рупором, как, к сожалению, это происходит во многих такого рода программах именно на Первом канале. Там авторство практически уже исключено.
К. Ларина – Маша.
М. Гореславская – Мне, наверное, даже нечего особо добавить. Единственное я прочитала в одном из интервью его, Петра Толстого, он когда комментировал вот это свое назначение, он сказал, что воспринимает его как некий аванс от Первого канала. Мне кажется вот этим многое сказано. Конечно, он будет, я думаю, что он будет делать то, что ему будут подсказывать, скажем так. Потому что, наверное, действительно для него это было очень, хотя он очень интересный журналист, он все время, если я не ошибаюсь, делал программу "Скандалы недели" на ТВ-6. Это была программа очень интересная. И очень рейтинговая, по-моему. Тогда это было явление по тем временам. Мне кажется, что, перейдя на Первый канал, ну не дадут ему развернуться, это понятно. То есть он не использует свой журналистский потенциал. Хотя кто знает, дай бог, чтобы было по-другому.
С. Варшавчик – А с другой стороны, коллеги, вспомните человека с не общим выражением лица на этом канале – Сергей Леонидович Доренко. Казалось бы, при чем здесь Лужков.
М. Гореславская – Ну так это были другие времена.
И. Петровская - И другие времена и потом мы уже много раз говорили, что это действительно было лицо с не общим выражением лица и очень печально, что это лицо в тот период так спалилось или его спалили. Одна еще буквально фраза, что с маленьких каналов берут и пересаживают на большие. Во-первых, очень, видимо, узок круг, новых искать долго и еще натаскивать. Поэтому естественно смотрят вокруг на это же поле. В том числе и с краю поля. И были примеры, когда очень хороших ведущих из Красноярска, из Екатеринбурга, пересаживали сюда. Я действительно знаю этих людей. Они суперведущие. И Сергей Ким из "Афонтово", Аня Титова из Екатеринбурга. И вот они, попадая в эти другие уже вроде бы более для них широкие рамки, почему-то все равно как-то скисали. Всегда говорили о том, что их очень плохо воспринимают как пришельцев здесь снобы столичные. И в результате Сергей вернулся назад в Красноярск, Аня ушла за кадр. Редкие, редкие случаи, когда ведущий приживался и тем более становился каким-то явлением на нашем экране. Это другой вопрос, почему все-таки так происходит. Но это так происходит.
К. Ларина – Потому что затачиваются. Это тоже привычка. Почему мы все время говорим о возвращении к советским временам. Потому что как ты говоришь про эту фанеру с дыркой для лица, вот, собственно говоря, это так оно и происходит.
С. Варшавчик – Сразу Шатилова и Кириллов вспоминается.
К. Ларина – Мне кажется, это как-то подсознательно происходит, раз меня позвали сюда, в эту студию в эти декорации, за мной написано крупными буквами программа "Время" как на холме - Голливуд, значит, я должен соответствовать именно этим стандартам. Все. И ты никуда не денешься.
И. Петровская - Я бы не стала все-таки бросать камень в Шатилову и Кириллова, потому что они-то действовали в предлагаемых обстоятельствах. Да, они озвучивали чужие тексты и ни на что больше не претендовали. И когда у них появилась возможность говорить что-то от себя, мы увидели, что это тоже яркие интересные люди. Вспомните Игоря Кириллова в других ипостасях. В частности Леня Парфенов в свое время делал о нем "Портрет на фоне". Да, многие очень люди работали, принимая предлагаемые обстоятельства и совершенно нет смысла за это укорять. Но они были высокими профессионалами.
С. Варшавчик – Нет, я не укорял, я просто говорил, это традиция сама.
К. Ларина – Традиция. Знаете, мы в этой же передаче обсуждали с вашими коллегами программу патриотического воспитания, которая была утверждена правительством. И у нас перед глазами были какие-то фрагменты и Юля Ларина, ваша коллега она, по-моему, в "Московских новостях"…
И. Петровская - Из "Огонька".
К. Ларина – Да. Она решила процитировать кое-что. Она говорит нормальным человеческим голосом. Как только она начинала это читать, у нее вдруг тембр изменился, у нее металл появился в голосе. Хотя она просто хотела привести какой-то пример.
С. Варшавчик - От советского Информбюро.
К. Ларина – Вот оно где сидит.
И. Петровская - Так я помню, что в той же программе "Портрет на фоне" много лет назад 10, не меньше, да больше даже, которую делал Леня Парфенов, была прекрасная, кстати, программа. И там встык были за несколько лет смонтированы приветствия Кириллова. Он потом объяснял, что никак иначе нельзя было: здравствуйте, товарищи. Потом встык опять следующий год: здравствуйте, товарищи. Не было возможности отступить даже от "здравствуйте, товарищи".
К. Ларина – Я хочу перейти к другой теме, хотя, продолжая все-таки тему стандартов, возвращающихся на наше телевидение. Мы уже об этом говорили в прошлом сезоне. Та самая документалка, которую мы презрительно называли "заказухой", мне кажется, что она уже сегодня превратилась просто в зафиксированный жанр на нашем телевидении. Все эти документальные фильмы, как вы заметили, озвучиваются в основном актерами, то есть тире дикторами, которые читают закадровый текст именно тем самым советским голосом, которым мы привыкли слушать программы про происки ЦРУ, про все, про американскую военщину и про прочее. Мы на прошлой неделе видели, вот Ира я знаю, смотрела фильм, посвященный герою Чечни Кадырову-старшему. Документальный фильм. И буквально вчера я посмотрела, не знаю, видели ли вы фильм документальный, по-моему, на НТВ, я боюсь ошибиться, посвященный Беслану. Он первый фильм, который появился уже в преддверии годовщины этих событий. Можно каким-то образом сформулировать, что это такое за жанр сегодня появился на телевидении, поскольку они везде одинаковые эти фильмы по подаче. Может быть, я ошибаюсь. Сереж.
С. Варшавчик – На мой взгляд, это моделирование действительности. Собственно говоря, насколько показывает практика, нужны какие-то годы во многом, если не десятилетия, чтобы открылись архивы, чтобы мы прошли и увидели какие-то кадры, которые действительно были, которые действительно показывают, как это все происходило. Вот, например, на "Культуре" там еще раз показали фильм "Вторая мировая в цвете". И там, например, много кадров, которые никогда не показывали. Это откровение. На мой взгляд, сейчас это несколько конъюнктурно, в отношении Беслана это особенно. Тем более что до сих пор доклад Торшина, который анонсировался к началу сентября, он опять отложен. Я имею в виду комиссию думскую о расследовании. Поступает какая-то новая информация постоянно, которую надо переваривать, кто, где стоял, кто, где как стрелял и так далее. И мне кажется, что надо еще чуть-чуть подождать.
К. Ларина – А почему озвучивают эти тексты не сами авторы фильмов, там же есть конкретные журналисты, которые это кино делают. А почему это сейчас озвучивают актеры?
С. Варшавчик – А это определенное отношение создает. Когда идет дикторский или актерский голос это некое такое вкладывание отношения создателей и настроить зрителей. Потому что когда…, неслучайно Левитан вроде бы читал сводки и читал, но какой голос. Металл в бархате как он назывался. Совершенно другое отношение.
К. Ларина – То есть дополнительная какая-то эмоциональная окраска.
С. Варшавчик – Безусловно.
К. Ларина – Ира.
И. Петровская - Мне кажется, наоборот, в этих приведенных случаях этот голос максимально лишает сказанное эмоциональной окраски. Именно такой тоже шаблонный.
С. Варшавчик – Я об этом и говорю.
И. Петровская - Я не расслышала. Я думаю, что существует, во-первых, просто шаблон уже. Подход к производству такого рода продукта. Я думаю, что есть рекомендации, пусть это озвучит актер, а не журналист каким-то своим корявым голосом. Возможно. Я не исключаю. Потому что сегодня действительно телевидение цинично технологично и в том числе и такие вещи, я не исключаю, что с продюсерами, авторами обговариваются. А что касается самого содержания, в данном случае, когда речь идет о герое России покойном господине Кадырове, совершенно понятно, президент принимает его вдову, его сына до этого.
К. Ларина – А вспомните, что в этом фильме специально для этого фильма снято небольшое интервью с президентом… Участник процесса.
И. Петровская - Абсолютно. Более того, я, конечно, не могу сейчас ручаться, но я не помню за последние несколько лет фильмов с таким участием президента нашего, я имею в виду высшего верховного с его синхронами, специально записанными под этот фильм. Поэтому я думаю, что здесь просто происходит некая канонизация, нужно же внушить, в конце концов, что действительно герой России. По этому фильму выходит, что, в общем, практически святой, несмотря на некоторые факты в биографии, не укладывающиеся в эту иконопись или иконографию. Это абсолютно очевидно, государственный заказ. И размещен, кстати сказать, на том канале, который, собственно говоря, и может и даже обязан, очевидно, выполнять подобного рода государственные заказы.
К. Ларина – В программе, кстати, его не было.
И. Петровская - Да, совершенно верно. Его начали анонсировать за несколько дней до премьеры. Другой вопрос - Беслан. Я очень боюсь, что сейчас просто понимают, что нужно отчитаться, что годовщина. Аналитических программ, я специально обратила внимание, на этой неделе нет. Не выйдет ни Познер, ни Соловьев, ни уж тем более анонсированный, но видимо появится позже Павловский. Нет аналитики как таковой. Появится специальный фильм, появятся какие-то акции, и это все отклик на печальное событие. Я думаю не более того, не осмыслением, не подведением каких-то ну самых предварительных итогов. Не просто объективным рассказом, а что же реально с людьми происходит. То, что сейчас нам рассказывал коллега Алексей и то, что сейчас он нам рассказывал в курилке. Конечно, мы этого не услышим, что говорить. Если до сих пор еще не сформулирована официальная позиция.
К. Ларина - Мы говорим о телевизионных программах. Наш пейджер 961-33-33 для абонента "Эхо Москвы". Наш телефон прямого эфира 203-19-22. Сейчас включу телефон, только один вопрос еще из Интернета вам задам. Спрашивает Елена: "Каким образом наше телевидение будет совмещать траур в Беслане с днями города в Москве?"
С. Варшавчик – Лужков, например, заявил, что флаги будут украшены траурными ленточками.
И. Петровская – Телевидение я посмотрела, каким образом будет совмещать. Во-первых, там будет минимум Беслана, это уже довольно легко совместить, мне кажется, и какие-то фильмы, которые в контексте некоторых событий сами названия фильмов приобретают некую многозначность. "Доживем до понедельника" на каком-то канале или еще что-то. "Выжить или не выжить" – что-то в этом духе. На канале ТВЦ я посмотрела, в воскресенье там будут какие-то праздничные акции, приуроченные ко дню города. А накануне будет что-то такое "Вспомним Беслан". Поэтому они, во-первых, минимально, конечно, будут вспоминать Беслан это очевидно и разведут по времени. 3-го вспомнят Беслан, а 4-го отпразднуют день города.
К. Ларина – Маш.
М. Гореславская – Я думаю, что первого числа отрапортуют во всех новостных выпусках о том, что чрезвычайные меры безопасности состоялись, и 1 сентября прошло успешно наверняка. Тьфу-тьфу-тьфу, да. Вообще меня крайне удивило отсутствие аналитических программ в конце этой недели. Потому что сезон уже вовсю начался…
К. Ларина – Тем более есть, о чем говорить.
М. Гореславская – Да, даже хорошо не надо опять искать виноватых, но хотя бы просто поговорить об этом, о том, что произошло за этот год, какие появились подробности. Вот сейчас сообщили о том, что какая-то операция справились, как это назвали они, какое-то кровавое лето или огненное лето, что какие-то массы терактов предотвращены. Вот, пожалуйста, коли надо говорить о хорошем…
К. Ларина – Предотвратили теракты.
М. Гореславская – Пожалуйста, говорите об этом, в том числе в связи с Бесланом. Хотя бы так. Я очень боюсь того, что замнут просто и в очередной раз просто будет стыдно за такое малодушие.
И. Петровская - Как "Норд-Ост" вспоминали, через год вспомнили, показав митинги, родственники стоят траурно на Дубровке, и приезжает Кобзон, Лужков и еще какая-то часть людей, говорят какие-то слова. На 2 года этих сюжетов еще меньше стало. Темы не существует как таковой.
М. Гореславская – По крайней мере, в программе именно 1 сентября я не видела ни одной передачи, посвященной Беслану…
С. Варшавчик – Господа…
И. Петровская - Фильм по Второму каналу специально о Беслане.
С. Варшавчик – …а вас не удивляет, что в прошлом году была такая же ситуация, все эти программы были в отпуске, и никто даже не вышел с экстренным выпуском. Это, по-моему, уже не совпадение.
И. Петровская - Я тебе больше скажу, они еще после этого недели три были в отпуске.
С. Варшавчик – На всякий случай.
К. Ларина – Ну что, берите наушники, уважаемые коллеги. Наш телефон 203-19-22. У вас есть возможность задать вопрос или обсудить какую-то тему, которая вам кажется важной и интересной в свете конечно телевизионном, прежде всего. Алло. Здравствуйте.
Слушатель – Здравствуйте. Николай. Прошли тысячелетия, и мы помним 300 спартанцев. И телевидения не было, радио не было. Сейчас у нас СМИ развиты очень здорово. За сколько они смогут угробить память. Хотя я думаю, что Северная Осетия не та страна, чтобы дать забыть о своих детях. Но я думаю, усилий будет много приложено. Как вы думаете, сколько еще лет мы будем помнить?
К. Ларина – Спасибо, Николай.
И. Петровская - Я думаю, что люди, которых это действительно по-настоящему потрясло, будут это помнить ровно столько, сколько они живут и еще расскажут, очевидно, об этом своим детям. Беда в том, что очень много благодаря, наверное, в том числе и такой политике телевидения появилось людей, которые не хотят ничего знать и не хотят помнить. Я получила буквально на этой неделе очередное письмо от "дикой" своей благожелательницы на адрес "Известий". Я не могу воспроизвести эти слова, потому что это брань, ругательства, но смысл такой: вам все еще мало про Беслан, вам показывай кровь, да мы этого знать не хотим – вот примерный смысл и не надо нам знать, мы хотим дальше жить и так далее. Вот эта позиция мне кажется даже хуже, чем просто потеря памяти. Это сознательное нежелание, сознательное стремление отсечь от себя негативную информацию, горе, чужую трагедию, по принципу: моя хата с краю, меня не касается. Коснется – будем думать.
К. Ларина – Еще одна есть позиция, похожая, но несколько иная. Что на улицах городов наших каждый день погибают люди, что умирают пенсионеры и в нищете умирают дети, и сколько беспризорников, а вы все Беслан, Беслан. Вы об этом не говорите.
М. Гореславская – Я думаю, что это еще связано с тем, что многие конечно очень сыты, скажем так, негативной информацией, у нас же что греха таить, любят этим злоупотреблять и показывать и во всех подробностях и прочее. Поэтому может быть у многих людей вырабатывается такой… А что касается того, можно ли заставить человека, который не готов сострадать и сочувствовать, заставить это делать, конечно невозможно. Тот, кто будет готов сострадать, он будет это делать и, наверное, будет делать молча и, наверное, об этом не будет очень много говорить. А если нет, то можно, конечно, бесконечно взывать. Хотя мне кажется именно в те дни, когда это произошло год назад, на мой взгляд, было несколько настолько пронзительных публикаций в прессе. Почему-то именно в прессе я помню, чем на телевидении, что я как раз тогда подумала, что мне кажется, что даже самый, самый черствый человек, который не хочет ничего знать, никому сочувствовать, тем не менее, его сердце должно было дрогнуть. Наверное, тут вопрос таланта журналиста, найти какие-то нестандартные пути, понятно, что об этом в любом случае очень трудно говорить, но, тем не менее, в этом и заключается основная задача журналистов: говорить и говорить так, чтобы это не звучало ни банально, ни морализаторски. А так, чтобы это действительно людей трогало. Но это сложно.
К. Ларина – Давайте вспомним, что первый, кто был наказан за события в Беслане, это был Раф Шакиров. Первая отставка, которая произошла сразу после этого, это был главный редактор газеты "Известия"…
И. Петровская - За публикацию совершенно не шокирующих в том смысле, о котором у нас принято говорить, не смакующих жестокость и насилие. А, на мой взгляд, потрясающих, просто этот номер войдет в историю журналистики…
К. Ларина – А потому что там текста еще не было. Это гораздо сильнее.
И. Петровская - Не было текста, и были потрясающие пронзительные фотографии. Я никогда не забуду, это было фото "Рейтер" агентства вот эту молодую мать осетинскую, которая смотрит на мертвую девочку. Я помню, я ехала в машине, купила этот номер и ехать некоторое время не могла. Там не было никаких следов крови, а была черно-белая во всю полосу фотография. И то, что Раф на это решился…
М. Гореславская – Именно потому, что та цель была достигнута.
К. Ларина – Такой страшный упрек власти.
С. Варшавчик – Я думаю, что в связи со всем вышеизложенным, скорее всего эта тема и опасна для власти и на госканалах ее сильно педалировать не будут, во всяком случае, до 2008 года. Скорее всего, она возникнет потом уже как ретроспективный…, когда уже можно будет говорить примерно так, как сейчас про Ленинградскую блокаду показывают правду. Сейчас ситуация достаточно взрывоопасная. Потому что "Матери Беслана", например, у них там чуть ни истерика случилась, когда Путин их пригласил в этот день. Как это показывать.
И. Петровская - Так ужас и заключается в том, что люди, которые пережили блокаду, да это чудовищно, но они знали, что в тех условиях это не может быть никогда рассказано. А люди, которые сегодня это пережили в Беслане, они живут и варятся в этом котле в собственном соку. Там немыслимые проблемы психологические, какие угодно возникают.
С. Варшавчик – Они до сих пор не знают, кого винить. Кто должен ответить.
И. Петровская - Вот нам сейчас рассказывал коллега, они начинают винить кого угодно вокруг себя, потому что им никто не сказал… Вот просто, элементарная справедливость во всех случаях должна восторжествовать. И поэтому представить, как эти люди реагируют на всю эту пропаганду, на замалчивание, просто не могу. Потому что эти люди вот он потенциальный состав мало того, что людей, которые не будут, наверное, голосовать за некоторых ныне действующих политиков, хотя они и электорат. Но это вот она протестная группа очевидная совершенно и ее создали своими руками и более того, эта протестность только усугубляется такой информационной политикой.
К. Ларина – Кстати, к слову о печатных СМИ хочу всем рекомендовать нашим слушателям обязательно купить номер "Русского Newsweek" главный редактор Леонид Парфенов, он вышел уже сегодня в понедельник и наверняка завтра его можно будет купить, там опубликованы самые яркие и самые известные фотографии с Беслана годичной давности. И рассказано о том, что стало именно с этими детьми и этими людьми. Помните вы знаменитый снимок, который обошел весь мир, когда спецназовец держит на руках совсем еще младенца, совсем крошечного ребенка, и рядом через год фотография, там рассказано о том, что этот спецназовец стал просто другом этого дома. Этого ребенка воспитывает бабушка, потому что и мама, и старшие дети погибли в школе, и только бабушка осталась с этим младенцем, которого вынес этот парень. И вот там такие истории про каждую фотографию. Обязательно купите. И мало этого они сделали потрясающую вещь внутри. Там 3 или 4 страницы занято маленькими фотографиями всех, всех погибших и детей, и взрослых. Они собрали из каждой семьи по фотографии.
И. Петровская - В общем, то, что в Америке делало государство 11 сентября, когда собирали все фотографии, тоже какой-то номер вышел с фотографиями всех погибших.
М. Гореславская – И с фотографиями детей, огромное количество детей, родившихся уже у погибших родителей.
И. Петровская - Здесь делает отдельное, скажем так, еще сохранившееся издание.
С. Варшавчик – Кстати, я, полагаю, что если бы Парфенов был на телевидении, он бы обязательно сделал отдельную передачу…
К. Ларина – И нашел бы нужную интонацию. Давайте еще звонок. Алло. Здравствуйте.
Слушатель – Здравствуйте. Я сам родился в Беслане. Зовут меня Сергей. Я думаю там, на месте хватит разбираться, пора в Москве разбираться. В Кремле. Как вы считаете?
К. Ларина – Ну что же вам сказать, кто же будет с вами спорить.
С. Варшавчик – Меня одна вещь удивила, когда в связи с Бесланом отменили губернаторские выборы. То есть, подвязав одно к другому. Хотя, по-моему, это совершенно было неуместно. Но мне кажется, это было сделано, в том числе и для того, чтобы обезопасить себя от каких-то самостоятельных региональных лидеров.
И. Петровская - А я вот сегодня прочитала, что на встречу Владимира Владимировича с "Матерями Беслана", которая произойдет первый раз за год, ну не считая его приезда того, тем более что они с ними не виделся, отведено чуть ли ни полчаса. Можно себе представить, что за полчаса можно не только выслушать, или как можно за эти полчаса не только выслушать, но еще ответить на какие-то вопросы, а может быть решить какие-то проблемы. Я думаю их там вагон и телега огромная. Это так, к слову.
К. Ларина – Еще звонок, пожалуйста.
Слушатель – Добрый день. Зовут меня Марина из Москвы. Знаете, меня много времени мучает такой вопрос. Почему и в "Норд-Осте" и в Беслане первым делом убивали и пересчитывали боевиков, а потом уже говорили о спасении людей. Вероятно мой вопрос без ответа.
С. Варшавчик – Старая советская традиция.
К. Ларина – Сначала сказать об уничтоженных врагах.
С. Варшавчик – Когда брали высотки, заваливали трупами своих солдат. И не считались с потерями. Собственно говоря, это у нас, к сожалению, происходит и сейчас. То есть вначале отчитаться о том, сколько погибло, а потом сколько спасено.
И. Петровская - А я думаю, что так происходит, что действительно невероятные вещи происходят, в центре Москвы захвачен театр, в Беслане захвачена школа. Дальше ставится задача: прекратить это безобразие, ну условно, да. В Кремль докладывается не половина даже, наверное, а какая-то треть информации, как с цифрой заложников, как с возможностью взять это бескровно, штурм провести так, чтобы никто не пострадал. В конце концов, действительно люди, сидящие на самом верху они не такие специалисты, чтобы знать, как это сделать лучше и грамотнее, сколько реально там находится. Все обезапашивают, если можно так сказать, себя, с самого низшего и до верхнего уровня тем, что слегка микшируют ту информацию, которая у них есть. И потом постепенно докладывают, что уже можно это сделать, шапками закидаем, сделаем так, что минимальное количество жертв. А приказ уничтожить этих супостатов и все. А дальше уже как-нибудь доложим, опять смикшируем. Мне кажется еще эта порочная система вот этой дезинформации на всех уровнях. Потому что каждый, кто ниже, понимает степень своей ответственности и пытается это каким-то образом, спасает в первую очередь свои шкуры, а потом уже думает о спасении реальных людей, тем более детей.
К. Ларина – Кстати, если говорить о телевизионном воплощении всех этих ужасов, то даже когда идут какие-то программы, посвященные памяти того же "Норд-Оста", нам в принципе показывают практически целиком всю эту панораму убиенных террористов. Раскинутых на креслах, убитых. То же самое и Беслан я думаю, большую часть времени нам будут показывать картинки убитых, распростертых, размозженных террористов.
И. Петровская - Потому что считается, что это труп врага поверженного он вызывает в человеке чувство удовлетворения.
С. Варшавчик - Труп врага всегда приятно пахнет.
И. Петровская - Да, и приятно пахнет. Ведь, кстати сказать, уже приняты все конвенции, какие-то принимаются хартии, чтобы не показывать кровь, трупы, насилие крупным планом, но это не касается исключительно трупов врагов. Масхадова показывали, по-моему, на 8 марта что ли, это было круглосуточно практически.
С. Варшавчик – Подарок женщинам.
И. Петровская - Именно. И всех остальных всех убиенных супостатов. Ну а о телах других людей можно конечно и не говорить, потому что это будет нарушением вот этой принятой добровольно всеми СМИ конвенции об ограничении показа насилия, крови и так далее.
С. Варшавчик – Как говорил Салтыков-Щедрин: строгость российских законов компенсируется возможностью их неисполнения.
И. Петровская - Не обязательностью.
М. Гореславская – Потом преследуется, насколько я понимаю, та же цель, которая преследуется когда вывешивается мертвая птица дрозд или кто-то и другим дроздам страшно становится, они не летают на этот огород. Но, очевидно, та же цель - чем чаще показывать мертвые тела этих боевиков, тем больше другие боевики…, хотя как мы знаем для них наоборот, они за счастье почитают умереть таким образом.
С. Варшавчик - Нет, Маша, это на самом деле форма отчета.
М. Гореславская – Это понятно.
С. Варшавчик – Перед руководством посредством телевидения.
М. Гореславская – Конечно, это форма отчета. Но, кроме того, еще и это. Но повторяю, в отличие от дрозда может быть… В общем, дроздам, я думаю, страшнее умереть, чем боевикам.
С. Варшавчик – Вот если Басаева замочат, я думаю, его недели две будут показывать, потому что столько раз говорили, что он уничтожен…
К. Ларина – Того же Масхадова показывали, я помню, мы даже с Ирой встречались, неделя прошла. Неделю назад показали, через неделю встретились, опять обсуждали труп, который к завтраку, обеду и ужину показывали.
С. Варшавчик – Так ликование у товарищей спецслужбистских.
К. Ларина – Кстати, в этом фильме про Кадырова-старшего, я не знаю, Ира обратила внимание, какое количество было показано этих жутких кадров с отрезанием пальцев, голов, с расстрелами шариатского суда. Это был какой-то ужас. Я помню, когда впервые по НТВ показали эти кадры у Киселева в "Итогах" расстрела…
М. Гореславская – Казни.
К. Ларина – Я помню, какой поднялся скандал, какое было возмущение, как власти возмущались, как он мог. И вот прошли годы, и они это сделали практически лейтмотивом.
И. Петровская - Потому что ты не поняла, это работает на сверхзадачу художественно-идеологическую, показать, как было до того, как Кадыров согласился республику возглавить, и как этого не стало после того. Но просто то, что стало, нам тоже не вполне показали, правильно. Нам показали некоторую часть этой правды. Как и все, что нам показывают.
С. Варшавчик – А помните случай, когда показывали человека, похожего на генерального прокурора, который там предавался разврату и никто же не возмутился, не подал в суд на государственное телевидение. Это все как-то проглотили. То есть когда идет спецфильм, спецпередача это пропускается на зеленый свет. Литерный идет.
И. Петровская - Более того, как раз Сережа практически снял с языка, что в этом смысле телевидение играет роль спецслужбы. Это своя задача, есть ФСБ, есть МВД, есть армия, а есть вот это идеологическое обеспечение.
С. Варшавчик – Ир, а помнишь, Ельцин же и говорил, что вы для меня силовики такие же, как спецслужбы и он прямо четко говорил.
И. Петровская - В данном случае даже не обязательно впрямую силовики, а именно это просто группа, обеспечивающая поддержку, формирование некоего общественного мнения, но оно в рамках строгой задачи, конечно же, действует. В смысле специальной массовой информации.
К. Ларина – Давайте еще звонок успеем принять. Здравствуйте.
Слушатель – Здравствуйте. Знаете, я хотела вот что сказать. Дело в том, что столько по телевизору показывается насилия, что люди уже привыкли к этим сценам и молодежь события в Беслане, если вы даже показываете, уже не трогают. Посмотрите, идут последние известия и обязательно лужа крови должна быть.
К. Ларина – Ваше предложение? Не показывать, не вспоминать.
Слушатель – Я скажу вот что. Показывать. Но нужно думать, как показывать, как смотрят и какая аудитория смотрит. Поэтому события в Беслане уже настолько для нас привычные стали. О чем тогда говорить. Само телевидение и СМИ насаждают сначала равнодушие, потом кричат, что все не хотят слушать.
К. Ларина – Спасибо вам за ваше мнение. Как можно прокомментировать.
С. Варшавчик – На самом деле действительно большая проблема, потому что если посмотреть то количество программ на милицейские криминальные темы, то они зашкаливают: "Дежурная часть", "Специальный репортер" - и все это действительно очень эффектно, когда кровь, когда маньяки, когда постоянно убийства и так далее. Что с этим делать? - на мой взгляд, мне кажется не давать столько насилия. Хотя там действительно проблема с сериалами, у нас огромное количество криминальных сериалов художественных. Где братки также палят.
К. Ларина – То есть уже не разберешься, где кровь клюквенная, где настоящая.
С. Варшавчик – Да.
К. Ларина – Вы согласны с нашей слушательницей, что телевидение само сеет равнодушие таким количеством кровожадных жестоких кадров.
С. Варшавчик – В массе, безусловно.
М. Гореславская – Я отчасти согласна и очень согласна насчет сериалов…
К.Ларина – Криминальных хроник.
М. Гореславская – Коли мы и так живем в таком суровом мире,