Проект "Все решим!", переименованный из "Нет проблем!", с Андреем Курпатовым на канале "Домашний" снимается в арендованной доктором квартире в центре столицы. А его дом, семья и работа - в Питере. В Москве же - первая психологическая телепрограмма России. Так и живет - на два города.
- Док, прости, перезапись... - кричат из аппаратной, которой служит одна из комнат. - Еще раз! Пиджак захрустел! Еще! Не записалась буква! Еще!..
Румяный телеведущий послушно повторяет текст, пока не выдается 10 минут перерыва - время на чашку чая и наши вопросы. Беседуем мы в "личных" владениях дока - комнате с диваном и... гладильной доской. На нее Курпатов и ставит чашку - больше некуда.
- Мне кажется, Андрей, что доктор, снявший белый халат и готовый десятки раз писать дубли, ненастоящий...
- Я психотерапевт, и только. С идеей психотерапевтической программы, необходимость в которой назрела давно, я три года обивал пороги всех каналов, начиная с центральных. Везде от ворот поворот - нерентабельно. Сейчас программа состоялась. Что до халата... не в нем же дело.
- А в чем?
- Психологическая культура у нас низкая. Это относится не к знанию науки психологии как таковой, а к отношению человека к самому себе. Любимый вопрос в отечестве: "Ты меня уважаешь?" Что такое уважение на самом деле к себе, к коллегам, к членам семьи, мы представляем с трудом. Не умеем щадить и уважать чужие чувства, во главу угла выставляем собственные эмоции, подчас необоснованные и эгоистичные. Цель нашей команды во многом - восполнение вакуума психологической культуры. Я не хочу, чтобы мои программы и даже книги воспринимали как некий дидактический, сухой букварь, бессмысленную подборку психологических советов на все случаи жизни. Мы хотим научить людей уважать и себя, и внутренний мир окружающих.
- Судя по тому, как разлетаются ваши сочинения, их в качестве настольных книг и покупают.
- Так это из-за телепрограммы... Откровенно говоря, я хотел бы запомниться как ученый, а не как популяризатор. Мой отец, профессор, зав. кафедрой психотерапии Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования, меня поддерживает, но постоянно сетует. Ему было бы понятнее, если бы я занимался чистой наукой: моя карьера неплохо развивалась, к 30 годам - сотня опубликованных работ, организация конференций... Но приоритеты сейчас другие. Зрители нашей программы должны научиться проговаривать все, что их мучает.
- Почему проговаривать именно вам?
- У меня достаточно научных работ, монографий, методик. Но... Заниматься чистой наукой, не помогая человеку реально, - неправильно. Я практик. Долго проработал в центре кризисной медицины, сейчас работаю в Службе психологической помощи при правительстве Петербурга. Судя по нашим опросам, лишь два процента жителей даже больших городов в случае кризисных ситуаций обратятся к психотерапевту. Что уж говорить о провинции... Россия на первом месте по количеству суицидов - статистика ужасна, но объективна. Часто человека можно спасти, отвести от последнего шага. Но этого никто не сделал - губят равнодушие и некомпетентность.
- А куда собирались пойти остальные 98 процентов жителей?
- Обычные варианты - к друзьям, родственникам. Иногда к священнику. Многие предпочитают "переболеть" в одиночку. Да, роль близких людей не нужно недооценивать, но в сложных ситуациях дилетанту сложно отличить проблему, возникшую из-за обычной неудачи, от начинающейся депрессии или невроза. А последствия ошибки могут быть очень серьезными. И наша программа, как бы нескромно это ни звучало, пытается по мере сил ликвидировать недостаток элементарных знаний. Мы хотим показать зрителям: ваша проблема не уникальна. И все решаемо.
- Трудно признавать, что у тебя проблемы.
- Проблемы - это не плохо, не смертельно и не стыдно. Проблемы бывают у всех живых людей. Но степень воздействия ситуации на человека может определить только специалист. А пока я с экранов не перестаю твердить: нельзя стесняться, нельзя бояться, нельзя замалчивать свои проблемы из-за ложной деликатности, а чаще невежества. Если телевидение, учитывая массовость аудитории, хоть на йоту приблизит зрителя к этому пониманию, буду считать свою задачу выполненной.
- Вы как ученый не боитесь стать заложником собственного экранного образа? Марии Арбатовой прохода не давали после программы "Я сама": за рукава хватали, совета спрашивали...
- Меня часто останавливают, здороваются. Бывает, задают вопросы. Что тут особенного? Это моя профессия, я несу достаточное чувство ответственности за свои слова и поступки. Когда хвалят за телеработу - мне приятно. Критика тоже случается - отношусь к ней спокойно: конструктивную воспринимаю, грубую и неаргументированную не замечаю.
- А у самих психотерапевтов бывают проблемы? Ну... с головой?
- Этот вопрос меня уже просто деморализует. К счастью для вас, я человек сдержанный. Я же пытаюсь донести до людей одну мысль: если человек понимает природу конфликта и то, каким образом накапливаются негативные переживания, во что они могут вылиться, - он может себя обезопасить... Но врачи - такие же люди, как все. У нас свои профессиональные риски и свои стрессы. Я редко имею дело со счастливыми людьми. Ко мне никто не приходил улыбающимся.
- Но такими уходят?
- Знаю, что никто не ушел с записи в том же подавленном состоянии, как был. На нашей программе не было ни одного подставного героя - это отличает ее от многих ток-шоу. Поэтому случаются накладки: люди не готовы откровенничать на камеру, в последний момент отказываются сниматься. Чтобы не быть голословным, хочу и вам предложить стать нашей героиней. Согласны?
- Ну... давайте.