Есть ли жизнь вне Путина. Появился в продаже журнал "Крокодил" - новый проект Сергея Мостовщикова для тех, кого "достало".
Людмила Петрушевская со счастливым смехом гладит страницы журнала: "Заранее желтые!". Сергей Мостовщиков пускается в объяснения, с каким трудом была найдена эта ужасная бумага, что-то про школьные тетради из Твери. Из плотного бумажного конверта с надписью "Крокодил. Сатирический журнал. Издается с 1922 года" и апокалиптическим выносом "НЕФТИ В СТРАНЕ ОСТАЛОСЬ НА ДВА ДНЯ, стр. 9" выпадают несколько листочков сушеного лавра - важнейшего кулинарного элемента для консервов, обрывка венка победителя. И то и другое в данном случае вполне уместно. Тут важна перспектива - очевидно, что стоящий неподалеку чугунный крокодил с трезубцем гладиатора, отлитый из первых плавок Магнитки как талисман редакции, видал и более дикие вещи.
Петрушевская здесь потому, что в журнале опубликована ее "Большая семья" - поэма в стиле рэп, как гласит пояснение. Про опидорасившися от безработицы завод, разговор двух подруг и превратности семейной жизни. Мостовщиков здесь как главный редактор, потому что не очень понятно - кому еще быть главным редактором современного "Крокодила". Капище с чугунным крокодилом - символ преемственности.
Собственно говоря, только присутствие чугунной вооруженной рептилии может вызывать вопросы. Какое отношение имеет вновь открывшийся журнал к старому славному изданию, кому будет грозить трезубец, поддевавший и нэпменов, и фашистов во время войны, и несунов в эпоху брежневской вечности?
Тут есть проблема.
В советское время "Крокодил" защищал интересы общества, - размышляет вслух Мостовщиков, - боролся с пороками. А я не хочу защищать ценности этого общества. "Крокодил" - журнал для людей, которых достало - что угодно: политика, погода, ботинки.
Собственно, идеология журнала должна чувствоваться еще на прилавке - плотный бумажный пакет, в который упакован "Крокодил" отражает "непрозрачность" журнала, в противовес модной прозрачности, позволяющей иметь хорошую кредитную историю и добрые отношения с налоговыми органами. А также цена - около ста рублей. Во-первых, потому что журнал с таким количеством иллюстраций, авторских текстов и вложенного труда не должен стоить дешево. Во-вторых, потому что в нем не должно быть рекламы. Тираж в 12 тысяч - порог окупаемости. Новая формула свободной прессы?
Впрочем, узнаваемость все же есть. Но не со старым изданием, которое, правда, и в годы расцвета очень свободно обращалось со своим логотипом, шрифтами и общим выражением лица. По формату, качеству бумаги, рисованной обложке, интонации текстов журнал обречен на сравнение с "Большим городом" - неизбежное, но, по мнению Мостовщикова, несправедливое. В "Крокодиле" нет даже оглавления, свободная структура позволяет в любом порядке расположить истории о сбывшейся мечте (в частности, о Ксении Собчак:
"Когда на Родину обрушится беда, Ксения Собчак может быть продана на органы, что, безусловно, сохранит в мире красоту русского человека"), трагифарс о политтехнологах и олигархах, со стихами про Адмиралтейский шпиль "Солнце красит нежным светом знаменитую иглу. Тот же, кто не встал с рассветом, получает по еблу", подробный жизненный путь ресторатора Новикова и бесчисленные картинки. Многословность, переходящая в свободно льющийся треп, в которой упрекали и "БГ" и "Нового очевидца", также присутствует.
Можно рассматривать элементы сходства как повторы Мостовщикова. Можно предположить, что он всегда делал "Крокодил", и вот теперь все сошлось. Важно не это.
Существенно то, что общество и пресса до сих пор не нашли адекватного воплощения для той иронии и отвращения, которую испытывает огромное число людей к современной действительности. "Крокодил" - не только попытка занять это место. Это обещание того, что даже если проект провалится, обязательно возникнет другой.
Потому что людей "которых все достало", имеющих в кармане лишние 100 рублей, уже очень много.
Впрочем, почему провалится? Позиция Мостовшикова выглядит убедительно. "Не хочу, чтобы было смешно - хочу, чтобы было страшно". Юмор вообще есть реакция на страх - голод, смерть, секс, войну. "Должны быть шутки про терроризм, про то, что страна вымирает, про то, что мужиков не стало - женщины делают бизнес и водят машины". В ближайших планах - рисованная фэшн-стори про бандитскую разборку - расстрелянный "мерседес", мертвые тела - Вася: рубашка "Dolce&Gabana", брюки от Версаче, Коля: ... "Самый неинтересный человек для "Крокодила" - это Путин. Есть жизнь вне Путина, меня больше интересуют вещи, которые общество производит при нем. Почему Рамзан Кадыров - герой России? Почему глянцевый журнал "Гламур" публикует репортаж из Беслана?"
И в самом деле - почему?