У Александра Хинштейна, сотрудника "Московского комсомольца" и депутата Госдумы РФ, репутация в журналистском сообществе неоднозначная, мягко говоря. Однако никто не отрицает, что он в настоящее время является самым заметным "разгребателем грязи" - одни заявления в адрес экс-премьера российского правительства Михаила Касьянова чего стоят… Тем интереснее узнать взгляды коллеги Хинштейна на, так сказать, "текущий момент".
- Александр Евсеевич, в июле вы инициировали возбуждение уголовного дела в отношении бывшего премьер-министра России Михаила Касьянова, подозревая его в незаконной приватизации госдачи. Скажите, почему же сейчас вас вдруг заинтересовал Касьянов, а не Ельцин или Чубайс, обвинения в адрес которых были бы более серьезными, стоит вспомнить, к примеру, расстрел парламента в 1993-м? Они вас не интересуют?
- Во-первых, я всегда действую по собственной инициативе, во-вторых, я обращал внимание и на Ельцина, и на Чубайса: к примеру, будучи уже депутатом Госдумы России, я инициировал обращение в прокуратуру, где требовал провести доскональную и строжайшую проверку по фактам браконьерства со стороны первого Президента, который, как сообщалось тогда в печати, совместно с губернатором Новгородской области Прусаком в период, когда охота на территории России запрещена, тем не менее проводил отстрел и на территории Новгородской области убил лося. Но, к сожалению, прокуратура никак не отреагировала на это, и материалы проверки, которые я потом получил, свидетельствовали не просто о юридической безграмотности работников прокуратуры, а о том, что не было ни малейшего желания установить истину, - наоборот, было желание сокрыть, потому что из материалов проверки следовало, что Ельцин совместно с Прусаком занимались там эпидемиологическим отстрелом больных животных.
Что касается Чубайса: хочу напомнить, что после моих выступлений более 10 лет назад Госдума, о работе в которой я тогда и не мечтал, приняла обращение к Президенту Ельцину, в которой требовала отстранить Чубайса от занимаемой должности, когда он был руководителем администрации Президента (речь шла по факту опубликованной А. Хинштейном в "МК" записи разговора Чубайса и представителей избирательного штаба Ельцина по поводу вынесенной из "Белого дома" коробки из-под ксерокса с полумиллионом долларов - С.К.). Впоследствии я достаточно хлопот доставил Анатолию Борисовичу, а еще позже выяснилась такая пикантная деталь - когда я ухаживал за своей будущей женой, выяснилось, что ее мама работала в Госкомимуществе, которым также когда-то руководил Чубайс, и отвечала за связи с прессой, и будущая моя теща рассказывала, что было жесткое указание Чубайса анализировать все мои выступления вне зависимости от тематики, и я был его "главным противником", судя по терминологии разведки.
Список в отношении Ельцина и Чубайса можно продолжать долго, но вопрос заключается в другом: представьте себе бронебойную пушку или противотанковое орудие, "сорокапятку". Есть орудийный расчет - два человека: один подносит, другой заряжает. Мое дело - поднести эти снаряды, но я, к сожалению, не наводчик этого орудия и я не произвожу из него выстрела! Если меня поставят генпрокурором или директором ФСБ, тогда с меня можно будет спросить, почему выборочно, почему избирательно, почему я выбрал этого, а не того.
С моей точки зрения, работа журналиста, а я себя продолжаю таковым считать, ограничивается очень простой фразой и простым понятием: журналист - это человек, который включает свет в темной комнате, и общество видит, что происходит в этой комнате. Представьте: вы возвращаетесь домой, а там кто-то насильничает над вашей женой - ну, если не насильничает, то это происходит по обоюдному согласию, и дальше все зависит от вас, как реагировать в этой ситуации: присоединиться к этой компании, пойти на кухню выпить водочки, пока они там забавляются, или устроить скандал и разборку и убить этого любовника, или пойти в суд и развестись - это решаете вы. Точно такую же функцию выполняет журналист - я включил свет, а дальше - что почитает нужным сделать власть или общество, то они и сделают, и здесь уже я, как и мои коллеги, бессилен.
- Думаете, инициированное вами "дело Касьянова" дойдет до суда?
- Я вообще хочу, чтобы любое мое дело дошло до суда, потому что убежден, что раненый зверь опасен вдвойне, поэтому я предпочитаю добивать своих оппонентов, и пока это у меня получалось неплохо.
- А кто же, по-вашему, сейчас Касьянов на российском политическом поле - правый, центрист, сам по себе?
- Касьянов - это "Миша - 2 процента" (такое прозвище было дано Михаилу Касьянову, когда бывшего премьера подозревали в том, что он брал именно 2 процента в качестве отката от суммы сделок в рыболовной отрасли в 2003 году - С.К.), а 2 процента могут быть как слева, так и справа! То есть его можно называть "Миша -2 процента" или "Миша +98 процентов".
- Зачем вам кресло депутата? Это облегчает как-то вашу журналистскую деятельность, ведь вы еще и депутат от "Единой России"
- Причин три. Мне реально стало интересно понять, как функционирует государственная власть изнутри, потому что все без исключения журналисты понимают ее очень неправильно, - это естественно, потому что когда ты приходишь в зоопарк и смотришь через решетку на тигра или льва в неволе, тебе трудно понять, какие ощущения испытывает это животное, - ты был в зоопарке, но с другой стороны. А мне захотелось оказаться в клетке!
Второе - мне захотелось почувствовать себя в ином качестве - в качестве политика и депутата. С этой точки зрения, огромную роль в жизни депутата, по крайней мере одномандатника, играет его работа с регионом. Я не хочу себя расхваливать в этой части, а приведу всего лишь две цифры, которые наглядно продемонстрируют происходящие процессы. Когда я пришел в свой округ в Нижегородской области, где 16 районов, почти полмиллиона избирателей, сумма всех средств, заложенных в округ на год, ограничивалась 11, 5 миллиона рублей, теперь эта цифра превышает полмиллиарда рублей, и я начал получать удовольствие от своей работы в качестве лоббиста интересов региона. Я каждый день занимаюсь какими-то текущими, практическими вопросами, - к примеру, на этой неделе я два дня пробыл в регионе и завтра уеду туда же - там у меня работает мощный аппарат, я создал там сеть общественных приемных, наладил работу с местными властями, попытался изменить взгляды на депутата, и, судя по опросам, рейтинги доверия деятельности депутата соизмеримы с рейтингом доверия самого популярного политика России.
- В начале года вашим коллегам по думскому цеху досталось много критики за антинародный закон о монетизации. Вы как член "Единой России" поддержали его?
- В первом чтении я воздержался, а во втором и третьем был вынужден проголосовать "за", потому что понимал, что от моего упорства судьба закона не изменится, а реально это могло привести к нежелательным для региона последствиям, потому что какую-то часть федеральных денег я мог от этого потерять. Но, честно говоря, ничего дурного не вижу в законе о монетизации: сама по себе идея закона правильная и здоровая. Другой вопрос, что в результате неверного толкования, неправильной реализации этого закона произошли те изменения, о которых много говорилось. Но опять же - я внимательно разбирался в этой ситуации, ходил на все митинги в своем округе, и несмотря на то, что их, как правило, проводили наши политические оппоненты-коммунисты, часами слушал речи на этих сборах о себе, о Путине, о демократах, о евреях. Но должен сказать, что, уходя каждый раз с такого рода митингов, я не слышал в свой адрес улюлюканий: я действительно приезжал в агрессивно настроенный зал, а уходил в дружественной обстановке, потому что с людьми надо разговаривать!
Произошла очень простая вещь - люди возмутились не монетизацией льгот, - и что это такое, никто до сих пор не понимает - они возмутились двумя другими обстоятельствами: тем, что в реально убыточных регионах не были предусмотрены средства на компенсацию бесплатного проезда пенсионеров, и второе - то, что возникли перебои с поставкой бесплатных медикаментов. Этих проблем можно было бы избежать, если бы Минфин пошел навстречу и Думе, и Минздравсоцразвития, и выделил необходимые деньги - там нужно было 5-7 миллиардов рублей, и тогда не надо было бы придумывать идиотскую схему, по которой льготники делились бы на две категории - все льготники были бы на федеральном бюджете, и проблема бы не возникала. Но Кудрин, как всегда, в своем амплуа "скупого рыцаря" встал на дыбы, и в результате Минфин в виде субвенции вынужден был направить в регионы более 400 миллиардов рублей - и как видите, оказалось, что скупой платит дважды.
- В начале сентября огромнейшие цифры мы услышали из уст Президента, когда он выступил с социальными инициативами. Как вы отнеслись к такой масштабной идее - не насторожились?
- Я это оцениваю восторженно. Я встречался недавно со своими избирателями, был в трех районах, где мы обсуждали эту тему - люди этого ждут, это необходимо делать, и эксперимент, который будет проводиться хотя бы в области здравоохранения, - ведь это будет связано не только с увеличением зарплаты, но и с техническим оснащением за счет федерации сельских и поселковых больниц, ФАПов.
- Александр Евсеевич, а откуда суммы-то такие немаленькие возьмутся?
- Очень просто: Президент Путин - счастливчик по жизни, у него "пруха" такая, он счастливо оказался в нужный момент в нужном месте, и он счастливо оказался Президентом именно в тот период, когда резко пошел рост цен на нефть. Ельцину же в этой части не повезло! Сейчас рост цен на нефть продолжается, соответственно средства в бюджет идут - те средства, которые идут в бюджет, превышают даже самые оптимистичные прогнозы, поэтому сегодня, когда Президент, на мой взгляд, абсолютно правильно выплатил внешний долг, то есть то бремя, которое висело непосильным грузом на нашей шее, появилась возможность направлять средства на социальные цели.
Ведь посмотрите: за последние 15 лет в России не вкладывались деньги ни в здравоохранение, ни в образование, ни в культуру, о которой, кстати, почему-то ничего не сказали, строительство велось пассивными методами, об инвестициях в промышленность я и не говорю - ни одного серьезного производства, по крайней мере, государственного, не было запущено. К примеру, "оборонка". Как заместитель председателя комитета Госдумы по промышленности я-то как раз знаю проблемы оборонной отрасли и хочу сказать, что Министерство обороны за 15 лет не заказало ни одного нового вертолета, ни одного нового танка, ни одной новой пусковой установки и системы зенитно-ракетного комплекса.
- А как же тогда укрепляются наши Вооруженные силы?
- А никак не укрепляются! У нас через 3-4 года будет дырка в воздухе, ибо только дети считают, что следующая война будет вестись, как гражданская или Великая Отечественная - с помощью танков, БТР-ов, а любому другому человеку, мыслящему мало-мальски стратегически, понятно, что следующая война будет либо война с воздуха, либо война бактериологическая, а может быть, и то, и другое одновременно.
Поэтому два основных направления, которые необходимо развивать с точки зрения обороны - это радиохимическая и бактериологическая защита, и ПВО вместе с ПРО.
Я могу вам сказать с полной ответственностью, что те системы ПВО и ПРО, которые стоят у нас на марше, вырабатывают последний ресурс, и к 2009-2010 году, если мы не запускаем новые системы в массовое серийное производство и не переоснащаем сегодняшнее железо, мы перед США становимся беспомощными: у нас дырявое небо, о чем в свое время Жуков сказал очень четко: "Горе тому народу, который не сумеет защитить себя с воздуха".
- Наиболее часто обсуждаемая в СМИ тема - цветные революции. В следующем году выборы президента Белоруссии. Лукашенко идет на третий срок, и многих это настораживает, и создается мнение, что белорусы не вытерпят и возможен украинский сценарий. Кто для вас лидер Белоруссии? Способен он это предотвратить?
- У меня неоднозначное отношение к Александру Григорьевичу. Я являюсь членом парламентского собрания Союза России и Белоруссии и замом председателя комиссии по информационной политике. Я бываю в Белоруссии, и там делается очень много здорового! Например, сельское хозяйство - это наша, российская боль, а в Белоруссии нет тех проблем, которые переживает российское сельское хозяйство. И в части борьбы с преступностью - можно гулять по ночному Минску сколько угодно, и никто тебя по голове не стукнет, и обезумевший наркоман не сорвет у тебя часы вместе с рукой. В Минске такая же криминогенная обстановка, как в Москве-80! Да, зарплаты не очень большие, но при этом нет такого дикого расслоения, нет такого жесткого конфликта между бедными и богатыми. То есть любой политический режим имеет свои плюсы и свои издержки. Тот режим, который установил Лукашенко, имеет свои издержки - это свобода слова. Но если выйти на улицы и спросить людей, что им лучше - чтобы вещала какая-то телекомпания и рассказывала им об ужасах нашего городка, или чтобы они спокойно могли ходить по улицам и получать зарплату, и чтобы сельское хозяйство было прибыльным, я думаю, что все выберут второй вариант. Любая власть имеет своих сторонников и противников, а то, что Лукашенко - сильный глава, безусловно, то, что он установил диктат и авторитарное руководство, - несомненно. Лукашенко - это цивилизованный Сталин! Но борьба с инакомыслием и журналистами, конечно, никому не нравится, и тут возникают вопросы.
- В Белоруссии, значит, хорошо борются с преступностью, успешно. А почему российская власть в этом не преуспела? Хотя, ей-Богу, не хочется поднимать тему терактов!
- Борьба с преступностью невозможна без изменения экономики, без серьезных социальных процессов! А что, в США, которых нам ставили в пример последние десятилетия, нет преступности? Погуляйте вечером по Нью-Йорку, или в Гарлем зайдите - я посмотрю на вас, если вы выйдите оттуда живым. Нет идеального государства, которое могло бы защитить свое общество от терроризма, и нет ни одной спецслужбы, которая могла бы стать гарантом безопасности своего народа! Поэтому американцы до сих пор ловят Усаму Бен Ладена по всему миру - ради этого они развязали две войны, захватили два государства - Ирак и Афганистан, а у них бюджет ЦРУ в 15 раз больше бюджета ФСБ, если не во все 50!
- По мнению Путина, исчез Советский Союз - исчезло и ощущение безопасности, и ему все-таки хватило смелости заявить о том, что государство не может гарантировать сейчас безопасность граждан.
- Мы сами в этом виноваты - не Горбачев или кто-то из политиков еще, или американцы с Западом. Виновато общество в целом, потому что не любить свои спецслужбы было хорошим тоном, потому что демократически настроенная интеллигенция, а особенно либеральная ее часть, всегда считала моветоном поддерживать любые отношения со спецслужбами, и это пошло еще до революции, когда в приличном обществе общаться с жандармами было некомильфо, а синие мундиры вызывали отторжение, хотя государство без спецслужб существовать не может! И когда в 1990-1991 году начались эти процессы, общество радостно улюлюкало, и я прекрасно помню, как скидывали памятник Дзержинскому и накидывали ему на шею стальной трос, я помню эти демонстрации с лозунгами "Долой КГБ!", и я помню, как покойная Старовойтова выступала за то, чтобы упразднить агентуру - как неэтичную, как рудимент советской эпохи. А вспомните 500-тысячный митинг в центре Москвы - "Свобода Прибалтике!" А теперь кричат "Русских притесняют!" Мы же сами отдали Прибалтику! На все четыре стороны! Мы сами уничтожили спецслужбы: каждые полгода - реорганизация, все профессионалы ушли, а потом выясняется, что они нужны! Это как история про мальчика, который всех обманывал, крича "Волки, волки!", а когда пришли настоящие волки, ему никто не поверил!