Трагические события в Нальчике в очередной раз обнажили застарелую проблему двойных стандартов в освещении мировыми СМИ последствий террористических актов в России. В боевиках, предпринимающих попытки дестабилизировать обстановку на Северном Кавказе, западные журналисты почему-то по-прежнему видят "повстанцев" и "бунтовщиков".
Дискуссия по поводу терминологии, используемой западными журналистами, разгорается после каждой серьезной вылазки боевиков на Северном Кавказе. Так было, например, год назад после захвата школы в Беслане. Отечественные издания тогда с недоумением цитировали пассажи своих западных коллег о "hostage-takers" (дословно - люди, захватившие заложников), "русских оккупантах" и "chechen rebels" ("чеченские повстанцы"). Однако, пожалуй, самое большое удивление вызвала статья, вышедшая поле трагедии в Беслане на страницах в американской газеты The New York Times. Заголовок гласил, что "Russian Rebels Had Precise Plan" ("Русские повстанцы имели тщательно разработанный план"), а в тексте боевики именовались не иначе, как "armed attackers" ("вооруженные нападающие").
Буквально несколько месяцев назад крупнейшую в истории атаку террористов довелось пережить жителям Соединенного Королевства. Напомним, в результате серии взрывов, произошедших в общественном транспорте Лондона 7 июля 2005 года, погибло несколько десятков человек. Однако эти трагические события никоим образом не отразились на подходе британских журналистов к освещению событий в России.
Так, например, в четверг на сайте Русской службы "Би-Би-Си" (BBCRussian.com) появился материал под заголовком "Вооруженные столкновения в Нальчике". В нем сообщалось о том, что в городе, "по предварительным данным, убиты двое повстанцев, а один полицейский ранен".
Справедливости ради стоит заметить, что спустя некоторое время материал был полностью переработан. Вскоре по адресу, где ранее была статья про "вооруженные столкновения", появился материал озаглавленный "Десятки погибших в Нальчике", в котором "повстанцы" уже не упоминались, а речь шла о "нападении боевиков". Однако это касается только русской службы британской вещательной корпорации. В англоязычных материалах, публикуемых на сайте BBC News, журналисты продолжают старательно избегать слова "террорист" и называют нападавших либо "rebels" - "повстанцы", либо "Chechen militants" (дословно - чеченские бойцы (борцы)).
Впрочем, термином "rebels" - "повстанцы" оперирует не только Русская служба "Би-Би-Си". Это, пожалуй, самое любимое западными журналистами слово, которое используется при описании событий на Северном Кавказе.
"Чеченскими повстанцами" в материале "Russian forces storm rebel bases to free hostages" ("Российские военные штурмуют позиции повстанцев для освобождения заложников") боевиков называет британская "The Times".
"Rebels Launch Attacks in Southern Russia" (Повстанцы атаковали юг России) - под таким заголовком вышел в четверг материал Associated Press, из которого можно было узнать о том, что "чеченские повстанцы взяли ответственность за нападение на Нальчик" (chechen rebels claimed responsibility for the attacks in Nalchik).
Традиционную для себя терминологию использовала и The New York Times в материале под заголовком "Insurgents Launch Attack in Southern Russian City" (Мятежники атаковали город на юге России).
Боевиков, напавших на Нальчик, американское издание называет "insurgents" (бунтовщики, мятежники, повстанцы) и "militants" (бойцы, борцы). И только цитируя слова полпреда президента в ЮФО Дмитрия Козака газета употребляет слово "thugs" (убийца, головорез).
В похожей тональности события на Северном Кавказе описывает американское информационное агентство Bloomberg: "Russian troops killed more than 50 rebels as they attacked a regional capital in the North Caucasus" (Российские войска убили более 50 повстанцев, атаковавших региональную столицу на Северном Кавказе).
Впрочем, Bloomberg - одно из немногих западных СМИ, хотя бы изредка помимо привычных "rebels" и "insurgents" употребляющее понятное и без перевода слово "terrorists".
Чудеса "беспристрастности" демонстрирует еще одно западное информационное агентство - Reuters, называющее боевиков "чеченскими воинами (бойцами)" ("Chechen fighters"). Интересно, что на русскоязычной версии сайта Reuters ни о каких "воинах" и "повстанцах" уже не упоминается: "Российские правоохранительные органы утром в пятницу разблокировали здание 3-го РУВД Нальчика, захваченное накануне боевиками, участвовавшими в масштабном нападении на город, и освободили пятерых заложников, передают российские СМИ".
Как бы то ни было, но такой подход к освещению проблем северокавказского региона на Западе практикуется уже достаточно давно. С некоторой натяжкой его уже даже можно назвать привычным. А вот ближайшие соседи России ранее ни в чем подобном замечены не были. Но время идет, все меняется, и на запрос слова "повстанец" поисковые машины уже начинают выдавать ссылки и на интерет-издания из ближнего зарубежья. Вот, к примеру, какой информацией поделилось в четверг со своими читателями украинское сетевое издание "Обком":
"Как сообщили "Обкому" в пресс-службе Министерства иностранных дел Украины, пока никакой точной информации о пострадавших в результате захвата повстанцами столицы Кабардино-Балкарии (РФ, Северный Кавказ). Но, как нас заверили, МИД следит за развитием ситуации и выясняет, есть ли граждане Украины среди пострадавших".
Поскольку больше ни одно сетевое издание вышеприведенного высказывания пресс-службы МИД Украины не процитировало, остается только гадать, действительно ли в лексиконе украинских чиновников появился любимый термин западных журналистов или это в очередной раз дают о себе знать "трудности интерпретации".
Между тем, крайне любопытное высказывание министра обороны Великобритании Джона Рида в четверг процитировало агентство ИТАР-ТАСС. В интервью, опубликованном газетой "Франкфуртер альгемайне", глава оборонного ведомства заявил буквально следующее: "В Ираке мы имеем дело не с повстанцами, а с международным терроризмом. Тому, что там сейчас происходит, есть простое объяснение. Экстремисты, использующие насилие и террор, хотят всеми силами помешать тому, чтобы эта мусульманская и арабская страна выбрала демократию формой правления. Это было бы для экстремистов стратегическим поражением огромного значения".