"Новая газета" продолжает цикл публикаций - мнений телевизионщиков, в разное время лишенных эфира. Мы предлагаем еще совсем недавним властителям дум порассуждать о сегодняшнем телевидении и сделать ему предложение: о том, каким бы оно могло быть, имей эти люди допуск к экрану. Сегодня наш гость – Евгений Алексеевич Киселев, в дополнительных представлениях не нуждающийся.
Жизнь - штука не черно-белая, в ней много цветов и оттенков, и точно так же есть много причин, со многими нюансами, почему я не работаю на ТВ. Мне не нравится слово "уход": я не уходил с телевидения, так случилось, что меня там нет, меня туда не приглашают. Я не разучился вести ток-шоу (я это делал в "Гласе народа", который, между прочим, ТЭФИ получил), вести аналитические программы, брать интервью, быть ведущим исторических документальных фильмов. Моя персона, видимо, кого-то очень не устраивает. И я догадываюсь, кого именно. При всех нюансах это - главная причина того, почему меня нет на ТВ.
Почему не устраиваю? А почему на ТВ нет многих других журналистов? Почему исчезло ток-шоу Светланы Сорокиной? Где прекрасное ток-шоу Савика Шустера? Где Доренко? Сергей феерически талантлив, и в этом можно убедиться, слушая его на "Эхе Москвы". Даже истории про Примакова и Лужкова, которые были осенью 99-го года, были талантливы; это был "черный пиар", но сделан озорно, остроумно и с блеском. Да и просто смешно попрекать чем-то Доренко сегодня, после "документальных" фильмов про "ЮКОС", Ходорковского, Саакашвили, которые мы увидели на новом НТВ. Список можно продолжить. Давайте и Парфенова, в конце концов, вспомним. Но Парфенову еще повезло - ему еще заказывают кино. Фильм "Крымская война" был безусловным событием.
Конечно, вопрос присутствия тех или иных персонажей на экране - вопрос личной смелости и твердости руководителей СМИ. Вот хвалили REN TV за то, что это последний оплот независимой журналистики и свободы прессы. Но ведь объяснялось это просто: там была железная женщина - Ирэна Лесневская, которая отбивала все попытки порулить каналом из Кремля. А это, я вам скажу, дело непростое – когда вам звонят, приглашают дружить, в мягкой форме шантажируют, запугивают. А есть руководители, которые хотят сделать людям, живущим за красной кирпичной стеной, приятное и красивое.
Скучаю ли я по ТВ? И да, и нет. Это очень интенсивный ритм жизни, а я привык за последнее время жить немного более вальяжно. С другой стороны, конечно, скучаю, потому что знаю: мог бы еще многое сделать в профессии. Хотя представишь порой, что перед твоей программой - Глеб Пьяных, а потом разлюли-малина под названием "Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым", - и хочется, простите, пойти душ принять.
У меня нет амбиций руководить каким-либо каналом, и я не думаю, что представится такая возможность в ближайшее время. Я гораздо с большим удовольствием занимался бы собственно творчеством (насколько вообще можно говорить о ТВ как о творчестве, это все-таки в значительной степени ремесло). А создание какого-то нового канала универсального свойства (построенного по тому же принципу, что Первый, НТВ, "Россия") едва ли сейчас возможно: он не будет востребован зрителями. Создать новый бренд и отвоевать ему нишу - задача едва ли осуществимая. Зато возможно создание узкоспециализированных каналов, которые распространяются по спутнику и кабелю в общем пакете с другими. ТВ во всем мире развивается по этому пути. Есть History Channel, целый букет каналов Discovery, Animal Planet, National Geografic: А у нас пока нет их российских аналогов, нет канала теледокументалистики, исторического, медицинского, научного каналов...
Мне было бы интересно сделать канал, который объединял бы информацию, документальное кино, историю и путешествия. Другое дело, что для этого надо садиться и считать. Информация - штука безумно дорогая, документалистика – тоже недешевая (хотя одну серию такого кино создать дешевле, чем эпизод сериала). Вопрос - соберет ли такой канал достаточно аудитории и рекламы, чтобы существовать без дотаций? Ведь все разговоры о ТВ, которые на страницах разных изданий ведут критики, ругая телевизионщиков и сожалея о том, что что-то хорошее ушло, живут в полном отрыве от реальности.
Есть суровая вещь - экономика ТВ. Для того чтобы существовать, иметь хотя бы минимальную независимость, надо тратить меньше, чем получать. Возьмем "Эхо Москвы", которое в наши суровые времена очень много себе позволяет: это единственная площадка, где выступают многие журналисты, которым закрыт путь на ТВ. Но, извините, "Эхо" - прибыльная станция, и ее руководители - Венедиктов и Федутинов - всегда могут сказать: господа, нас много слушают, у нас – ворох рекламы, а если мы будем вести другую редакционную политику, слушать перестанут. У них - очень жесткая экономика, там не разгуляешься. ТВ ругали во все времена. Боже мой, поднимите статьи какой-нибудь из наших телевизионных критикесс! Посмотрите, как камня на камне не оставляла от НТВ
Ирина Петровская (ведущий телекритик, из "Известий". - Н.Р.), сколько желчи было ею растрачено и сколько перьев источено! И это по поводу того НТВ, о котором и она, и другие так грустят. Я на Ирину, конечно, не в обиде, она - критик, установивший для себя серьезную планку, а потому предъявляющий самые суровые счеты и не спускающий ошибок. Однако это пример того, что журналисты, общественность, критики всегда считают, что ТВ должно быть лучше, духовнее, чище, интереснее: На самом деле не такое уж нынче оно и плохое.
Практически каждый месяц мы смотрим хорошие сериалы: только что прошла (по книжке Латыниной) "Охота на Изюбря", начался показ сериала Александра Митты "Лебединый рай". Я уже не говорю о тех, что, как сейчас модно говорить, стали культовыми: и "Штрафбат", и "Курсанты", и "Бригада", и "Идиот".
На новости (например, НТВ) я гляжу профессиональным взглядом и считаю, что ребята стараются удержать планку. Безусловно, есть фигуры умолчания, но Антон Хреков и Алексей Пивоваров с их партнершами работают в заданных условиях. Да, есть неписаные законы, которые устанавливает нынешняя власть. Это может нравиться или не нравиться, но выбор такой: либо уходишь из профессии, либо работаешь, стиснув зубы. Если остаешься, то это вопрос твоей позиции, умения выстраивать отношения с начальством.
Нет такой темы, которую нельзя было бы журналистам затронуть. Чечня? Да, есть заданные вещи. Но вопрос в том, какие слова, интонация выбираются. Можно анализировать, почему нет успокоения Кавказу, откуда возник Нальчик. Если на Нальчик напали международные террористы, то почему местные жители в трауре разыскивают тела погибших? Значит, все-таки речь о каком-то местном мусульманском экстремистском подполье. Откуда оно возникло? Как противостоять? Разве об этом нельзя говорить?
У руководства службы новостей или всей компании может оказаться совсем уж невменяемый человек, которого нельзя убедить ни в чем, но я не вижу сейчас в нашей профессии таких монстров. Думаю, на всех каналах, где выходят итоговые программы, люди - цивилизованные, их можно убеждать.
А посмотрите на программу Сергея Брилева. Мне кажется, Сергей за несколько сезонов, что ведет программу, прошел большой путь, заметно прогрессировал, хотя я понимаю, что тоже есть сложности. Но пропал заряд проправительственной публицистики, который поначалу прочитывался, вместо этого появилась объективистская интонация. И это закон жизни: уберите левый фланг или правый, и вчерашний центр сместится. Так бывает и в политике.
Многие сейчас фантазируют о создании нового канала. Поскольку у нас есть много каналов, де-факто принадлежащих государству, двигаться надо по пути их реформирования. Я не вижу, например, никакой иной реальной возможности создания общественного ТВ, кроме как на базе канала "Россия". Должно существовать ТВ, защищенное как от влияния частных собственников, так и государства. Подобное ТВ существует, например, в Великобритании. Оно стоит больших денег, но оно некоммерческое. При этом корпорация Би-би-си зарабатывает немало денег продажей по всему миру всевозможных форматов, художественных (игровых) сериалов, документального телекино и т.д. Но это - приработок, главное же состоит в том, что Би-би-си-1 и Би-би-си-2 не размещают коммерческой рекламы и свободны от сиюминутной конъюнктуры телерынка.
В противном случае, как только государственное или общественное ТВ начинает пытаться заработать дополнительные средства с помощью рекламы и/или показа высокорейтинговой, но низкопробной продукции, так сразу оно быстро заполняется "аншлагами" и "криминалом". Мне могут возразить, что эти программы нужны, чтобы заработать на производство исторических хроник Николая Сванидзе, высокоинтеллектуальных, но, увы, низкорейтинговых программ на канале "Культура", но я отвечу: у государства сегодня более чем достаточно средств, чтобы избавить один общефедеральный канал от коммерции. Я уверен, что против этого под разными благовидными предлогами выступят сами руководители госТВ - стоять будут насмерть, до последнего вздоха. Думаю, нетрудно догадаться, почему. Государство тоже едва ли захочет добровольно отказаться от использования ТВ в качестве "идеологической заточки".
Но рано или поздно, я уверен, у власти окажутся благородные, дальновидные, просвещенные люди, которые пойдут на то, чтобы реформировать "Россию": сделают из нее канал, который будет стопроцентно финансироваться - причем щедро! – из средств бюджета и при этом будет законодательно защищен от прямого влияния органов власти.