Сегодня Всемирный день телевидения. В нашей стране действуют порядка 3 тысяч телекомпаний. Их воздействие на россиян огромно. Вряд ли будет преувеличением сказать, что телевидение стало в наше время важнейшим элементом культуры страны. В то же время это и высокотехнологичная отрасль экономики, в которой трудятся сотни тысяч профессионалов. В гостях у программы "Вести. Подробности" – один из отцов-основателей современного российского телевидения Эдуард Сагалаев.
- Эдуард Михайлович, чувствуете ли вы какую-то ответственность за то, что получилось?
- Да, безусловно. Мне бывает очень горько за то, что я причастен к нашему телевидению, но все-таки чаще всего я чувствую гордость. Я все-таки горжусь тем, что я выбрал эту профессию, что я в ней состоялся, что в этой профессии работает огромное количество замечательных, талантливых людей. И я горжусь этими людьми, прежде всего.
- Гордитесь ли вы за продукт, который они делают?
- Естественно, но не просто потому что они красивые и умные, а потому что они делают огромное дело, потому что это колоссальная индустрия. В минувшую субботу закончилась выставка "НАТ-Экспо". НАТ - это Национальная ассоциация телерадиовещателей, которую я имею честь представлять. Эта выставка собрала практически всех профессионалов российского телевидения. И там было видно, какого уровня реально достигло российское телевидение сегодня и в плане технологий, и в плане программного продукта - там была еще ярмарка телевизионной и кинопродукции, которую производит наше телевидение.
- И каков уровень, если сравнить с мировым?
- Ну, я хотел бы сказать, что наше телевидение - лучшее в мире, но я побоюсь быть столь категоричным. Я достаточно неплохо знаю английское телевидение, немецкое, французское. Но могу сказать, что мало в какой стране, например, рядовой зритель может в открытом доступе иметь канал "Спорт" с эксклюзивными спортивными трансляциями, со всеми чемпионатами мира. Потому что обычно за это надо платить, в других странах это платный канал. Канал "Арте" - это подобие нашего канала "Культура" - существует в Европе только на французском и немецком языках. Хотя, на мой взгляд, канал "Культура" по уровню превосходит свои аналоги и в Европе, и в США. Можно привести много подобных примеров, если говорить о наших сериалах. Сегодня у нас их производится 200 в год. Конечно, не все они хороши. Есть и откровенные неудачи, но есть и высочайшие достижения. Самое главное, на мой взгляд, - что эти сериалы, эти фильмы, которые производит и показывает наше отечественное телевидение, - это фактически паровоз российского кинематографа. Потому что без них не было бы ни "9-й роты", ни "Ночного дозора", ни "Турецкого гамбита", ни "Возвращения" Звягинцева. Все это произведено благодаря телевидению.
- Вы сказали, что телевидение - паровоз нашего кинематографа. Телевидение сейчас подменяет культуру, либо является культурой само по себе?
- Очень хороший, очень сложный вопрос. Часть телевидения - это контркультура, часть телевидения - это массовая культура. Что плохо? И то, и другое. Часть телевидения – это сама культура, потому что это и спектакли, и те же сериалы, и фильмы. Еще есть очень важный пласт телевидения, который фактически создает культуру и помогает ей развиваться. Это когда журналист имеет свою передачу на телевидении, и в ней собираются высоколобые интеллектуалы, и у них есть трибуна. На мой взгляд, телевидению сегодня не хватает политических дискуссий, но они будут.
- Эдуард Михайлович, каково ваше самое яркое впечатление от "ТЭФИ"?
- Мне нравится, что в этом году было открытое голосование. Казалось бы, в такой сфере как творчество, где столько ревности, зависти, где столько собственного, внутреннего, чем нельзя ни с кем поделиться, - и вдруг поименное голосование! Я был одним из 12 членов жюри, рядом со мной сидел специальный корреспондент Российского телевидения Саша Хабаров. Компьютер методом случайных чисел выбрал Хабарова в судьи, и вдруг его передача оказывается в числе номинантов, и он должен ее оценить. У него была возможность проголосовать за себя, проголосовать против себя или воздержаться. Он воздержался. И выиграл. На мой взгляд, это замечательный пример проявления чувства собственного достоинства телевизионного профессионала, который работает для зрителей, а не для себя, не для награды.
- Тем не менее, есть люди, которые вообще не смотрят телевизор. "Ситуация на телевидении удручающая, потому что все попытки общественности, в том числе и представителей Государственной Думы, как-то повлиять на критерии нравственности на телевидении успеха не имеют. По-прежнему идет эксплуатация всевозможных видов людских пороков. Мутная волна насилия и растления буквально захлестывает из телевизионных ящиков. Для того, чтобы защитить наших детей от растления, мы сегодня вынуждены просто отключать телевизоры. Я, например, в своей семье запретил детям смотреть телевизор, потому что телевизионные программы ломают детскую психику, и мы получаем потом рост организованной преступности", - считает руководитель думской фракции "Родина" Сергей Глазьев. На днях Госдума обратилась к руководителям телевизионных каналов с требованием соблюдать подписанную ими же этим летом хартию против насилия и жестокости на телевидении. Похоже, отношения обостряются. Чем, на ваш взгляд, все закончится?
- Что касается слов Сергея Глазьева, то я бы ему просто посоветовал не выпускать детей на улицу. Это было бы логичным продолжением его методов воспитания своих детей. Хотя соблюдать хартию, безусловно, нужно. Раз подписали, господа, - извольте соблюдать. И в этой хартии очень четко записано, что дети должны быть ограждены от сцен насилия и жестокости. Что сцены насилия и жестокости допускаются в двух случаях. Первое - когда это продиктовано информационными интересами, когда нельзя не показать то, что творится в Беслане или в Нальчике. И мы вынуждены это показывать. И второе - когда это, например, обусловлено художественной тканью произведения. Я обычно привожу в пример фильм "Ворошиловский стрелок". Некоторые сцены из этого фильма обусловлены замыслом талантливых людей, которые делали этот фильм. Но бывают случаи нарушения этой хартии. Недавно такой случай произошел – это сюжет про людоедов. Он горячо обсуждался и в Думе, и в обществе, и в телевизионном сообществе. И все согласились, что это была программная ошибка. Людоедство - это ненормально, нарушение хартии – это тоже ненормально. Происходят некоторые ошибки - да, к сожалению, это бывает. Но я хочу сказать, что появилась масса людей, которые делают свою политическую, журналистскую и прочую карьеру на том, чтобы ненавидеть телевидение, осуждать телевидение. Это популизм, на мой взгляд.
- Кроме всех ваших регалий и постов, вы теперь еще и член Общественной палаты, а Общественной палате теперь вменено в обязанность наблюдать за средствами массовой информации. Есть и скептики. "Как можно себе представить работу Общественной палаты в этой области? Профессионально отсматривать сотни сюжетов, сотни фильмов? Это значит, что они должны безвылазно сидеть и смотреть, регулировать и определять. Технологически это невозможно сделать. Другое дело – что по каким-то вопросам Общественная палата будет вмешиваться и наводить порядок. Но это, скорее всего, пиар-акция. Кстати, насколько мне известно, в состав этой палаты входят люди, которые приложили немало усилий к тому, чтобы современное российское телевидение стало именно таким, чтобы в нем процветала пропаганда порока, на которой зарабатываются большие деньги", - утверждает заместитель председателя комитета Госдумы по информационной политике Александр Кравец.
- Я не знаю кого он имел в виду, потому что в Общественной палате из телевизионщиков - только мы со Сванидзе, пожалуй. И я не могу вспомнить, чтобы кто-то из нас пропагандировал порок. Сванидзе - мой близкий товарищ, получил в этом году "ТЭФИ". По сути - Общественная палата не должна контролировать ни соблюдение свободы слова, ни работу телевидения. Она должна помогать обществу влиять на телевидение, что, собственно, и является, на мой взгляд, совершенно естественным делом. Так же происходит в любой цивилизованной стране. Например, есть институт омбудсменов в Англии. Это специальный коллектив людей, к которым обращаются с жалобами телезрители. Эти люди рассматривают жалобы и предпринимают определенные шаги. Не увольнять теленачальников, не выбрасывать ведущих из эфира, а говорить им, доводить до них мнение общества.