Когда начинается разговор об общественном телевидении (а мои знакомые и друзья яростно пропагандируют эту идею), я всегда вспоминаю Ильфа, который в записных книжках писал: ученые связывают светлое будущее с приходом в жизнь электричества. Электричество уже есть, а счастья все еще нет.
Решит ли общественное телевидение все проблемы нашего телевидения, нашей политики, нашей культуры? (Концепция "общественного вещания" предполагает его финансирование непосредственно населением за счет абонентской платы, наличие управляющих органов, независимых от государства, и выполнение социально значимых функций. - "Известия".) Если телевидение "общественное" - значит, надо иметь общество. А какое у нас общество? На моей памяти мы строили общество социалистическое, затем капиталистическое, теперь - гражданское. Все это страшно напоминает какую-то городскую окраину с огромным количеством недостроя. Так что, прежде чем создавать общественное телевидение, нужно построить хоть какое-то общество. А какое общество мы хотим строить, никто из нас не знает. И все разговоры о том, что мы выстроим гражданское общество, разработаем национальную идею, напоминают мне прекрасный фильм "Девять дней одного года". Там герои идут по коридору и видят стенгазету, в которой написано: "Откроем новую частицу к 7 ноября!".
Мне говорят, что общественное вещание есть во всей Европе и создать его мы тоже обязались, вступая в Совет Европы. Если делать что-то только ради отчетного показателя, это будет жест пустой. Ну, учредят. Начнется все с очень простой вещи: все немедленно бросятся предлагать свои услуги по управлению общественным телевидением. А кто войдет в этот совет? Это будет битва самолюбий, потому что, естественно, приближение к общественному совету, управляющему телевидением, позволяет выйти на экран. И мы опять увидим этот бесконечный - вернее, конечный - набор лиц, которые день и ночь крутятся на обложках глянцевых журналов, на экранах телевизоров, а теперь еще и в Общественной палате. Потом начнется титаническая борьба за разоблачение отчетов для Европы. Наши правозащитники будут бегать туда на заседания и кричать: "Вас обманывают! А на самом деле у нас неправильное общественное телевидение".
В сегодняшней России залог общественного телевидения очень простой: сначала зритель должен получить возможность смотреть то, что он хочет, а не то, что ему предлагает даже общественное телевидение. Когда появятся десятки доступных каналов - это и будет общественным телевидением. Я хочу смотреть только канал, посвященный бильярду, - я его и смотрю. Хочу смотреть только канал, посвященный мультипликации. Я его и смотрю. И я за это плачу. Я за это голосую. То есть чем тратиться на создание полноценного вещателя, лучше вложиться в систему распространения сигнала через кабель, спутник и устанавливать цены невысокие. Все-таки доходы растут, и люди готовы платить, если за это будут предлагать качественный продукт на выбор, а не тот продукт, который кто-то считает, что ты должен смотреть.
Можно, конечно, обидеться на сегодняшнее общество и сказать: оно ведь смотрит Петросяна с Петросянихой и больше вроде ему ничего не нужно. Но общество ведь смотрит и канал "Культура", ходит на концерты серьезной музыки.
Когда началась перестройка, гласность - на прилавки книжных магазинов ринулось все, и одичавший человек, книголюб, который раньше гонялся за книгой, вдруг оказался в таком положении, что книга стала гоняться за ним. В первый момент все бросились на запрещенные издания, потом на эротику. Сегодня никого это уже не колышет. Потом пришла очередь эзотерики. Потом "разоблачизмов". Сегодня и это не колышет. Зайдите в магазины - сегодня людей уже интересуют биографии, история. Людей интересует огромное количество детских и обучающих книг, потому что все поняли: светлое будущее связано в основном с детьми, с их образованием, с их подготовкой к жизни. Вкусы меняются.
Нельзя с понедельника ввести гражданское общество, национальную идею, общественное телевидение. Мы уже столько раз начинали свою жизнь с понедельника, что, может быть, стоит подумать, чтобы начинать жизнь сразу со вторника. Все-таки понедельник - тяжелый день.