К третьему, окончательному, чтению в законопроекте "О противодействии терроризму" обнаружились изъяны. Этот закон переписывался и принимался наспех, чтобы быстрее вступил в силу президентский указ об антитеррористическом комитете. Несмотря на свои претензии, депутаты все равно за него проголосовали.
Третье чтение в думе обычно считается техническим. Как правило, дошедшие до него документы принимаются быстро и без обсуждения. Так должно было быть и на этот раз. Докладчик, глава комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев, толком про законопроект и не докладывал. Он полагал, что депутаты и так знали про ключевые особенности документа. Они, напомним, заключались в том, что вооруженным силам официально разрешили участвовать в контртеррористической операции, уничтожать захваченные боевиками самолеты и корабли и наносить удары по зарубежным базам боевиков, а основной руководящей и направляющей силой в борьбе с терроризмом становилась ФСБ. Руководитель контртеррористической операции несет, согласно законопроекту, "персональную ответственность" за ее результат. Некоторые депутаты, впрочем, стали утверждать, что подобное в законах было и раньше и что новый текст ничего нового не несет. Другие указывали, что кое-что в документ надо добавить.
- А почему убрали режим террористической опасности? Этот режим психологически готовил бы населенение к контртеррористической операции. И почему сняли ограничения для СМИ? - неожиданно возмутился вице-спикер от ЛДПР Владимир Жириновский. Cтатью о режиме контртеррористической опасности, вызвавшую наибольшие споры, депутаты изъяли еще во втором чтении, а нормы, ограничивающие журналистов, были вычеркнуты еще раньше.
- Это наше предложение не встретило понимания в обществе, - невозмутимо ответил глава комитета по безопасности Васильев.
Депутат Жириновский остался явно недоволен.
- Мы не ввели элементы цензуры, связанные с освещением событий, - с сожалением сказал Жириновский. - Посмотрите, обвалилась крыша одного из рынков в одном из городов страны, и каждый выпуск каждого телеканала подробно все сообщает, реально нам испортили праздник. - У нас День защитника Отечества, а вся информация по этой небольшой, для такой огромной страны, небольшой, технологической катастрофы. А если начнется крупная антитеррористическая операция, все каналы начнут каждый час сообщать, сколько трупов, сколько вытащили, сколько взорвалось. Это вред наносит нашим гражданам.
Впрочем, править что-либо в законе было уже поздно.
Неожиданно недовольным законом оказался и депутат-коммунист Виктор Илюхин, который во втором чтении голосовал "за". На этот раз он заявил, что воздержится. По мнению Илюхина, имевшееся в законе определение терроризма вступало в противоречие с Уголовным кодексом.
- Уж слишком легкое отношение к использованию вооруженных сил, к сбитию этих самолетов и так далее, - добавил он.
Обсудив недостатки закона, депутаты отдали за него 423 голоса. Против был один Николай Кондратенко из КПРФ, а еще восемь человек воздержались.
Один из воздержавшихся, независимый депутат Сергей Попов, сказал "Газете.Ru", что определение терроризма в законе и в самом деле неудачное. По словам Попова, в законопроекте "О противодействии терроризму" говорится только о террористических актах, тогда как в Уголовном кодексе существует еще и понятие "акт терроризма". Первое означает преступление против представителей власти, а второе - устрашение население. "Получилось, что в законе "О противодействии терроризму" речь идет только о защите власти", - заметил Попов.
Еще депутату не понравился пункт, разрешающий сбивать самолеты. "В Уголовном законодательстве и так говорится: что-то, что совершенно по необходимости, преступлением не является, а ясно, что если самолет, в котором двадцать человек, будет лететь на тысячу человек, то его собьют по необходимости", - считает депутат. По его мнению, нынешняя норма излишняя и дает право сбивать самолеты без излишней необходимости.
В свою очередь, член комиссии по расследованию теракта в Беслане, депутат от КПРФ Юрий Иванов сказал, что законопроект, по его мнению, пустой. "Никаких кардинальных изменений этот закон не вносит, никаких новых норм не создает, единственное, что, пожалуй, положительно - более четко прописали социальные гарантии участникам контртеррористической операции", - считает депутат. Иванов напомнил, что ФСБ, по сути, и сейчас руководит всей антитеррористической деятельностью, а вооруженные силы принимают участие в контртерррористических операциях. "ФСБ руководила и операцией в Беслане, и операцией в Норд-Осте", - отметил Иванов. - Что было, то и осталось, гора родила мышь, депутаты напекли блинов, напринимали законов, а в результате пшик", - заявил депутат. Член комиссии по Беслану нашел в то же время в законопроекте ряд недоработок. "В старом законе ("О борьбе с терроризмом". - "Газета.Ru") были крайне неудачные формулировки, регламентировавшие переговоры с террористами, сейчас стало лучше, но теперь появилась запись, что нельзя рассматривать политические требования террористов, - сказал депутат. - Да все требования боевиков, как правило, политические, мы не должны ничем связывать переговоры. Что, придет переговорщик к террористу и будет говорить: независимость не обсуждаем, вывод войск не обсуждаем? Глупость". Член комиссии по Беслану также полагает, что в законе следовало бы прописать статус существующих сейчас на Кавказе фильтрационных лагерей, которые действуют вне всякого правого поля.
Спешка депутатов объясняется просто. Как уже писала "Газета.Ru", им нужно было спешить из-за президентского указа о создании Национального антитеррористического комитета, который может вступить в силу только после закона "О противодействии терроризму". В таком же срочном порядке его утвердит и Совет федерации, который соберется ради этого на внеочередное заседание 1 марта. Г