Медиановости

6 мая 2006 14:36

Совестью по терроризму

На следующий день после Всемирного дня свободы прессы случилось странное, но уже обычное для российской журналистики событие – о неблаговидных действиях своих коллег сообщил (вернее, "заложил") Виталий Третьяков.

Конечно, он не написал заявление в КГБ Белоруссии - страны, где находился в те дни. Он использовал свое право на свободу слова. Странное, надо сказать, умение – использовать российскую свободу слова в стране, где ее нет.

Виталий Товиевич так и сказал: "Российские СМИ готовят заказные материалы против руководства Беларуси" (цитирую по сайту www.telegraf.by). Еще он добавил, что "российские СМИ искажают ситуацию в Беларуси", аргументировав ситуацию тем, что "у российской прессы существуют некоторые проблемы", и что российские СМИ готовят "прямые заказные статьи", направленные против руководства Беларуси. Само собой, он не сказал о "заказчиках", как и в чем, собственно, состоит заказ.

Должность, при которой цитируются слова Третьякова, пишется просто – руководитель Международного антитеррористического медиафорума, организации, появившейся в декабре 2004 года под эгидой ОДКБ, что-то вроде российского НАТО. Судя по материалам, опубликованным на сайте организации, она призвана учить ПРАВИЛЬНО писать о терроризме и антитеррористических операциях, то есть, никаких рассуждений о причинах, никаких цитат людей, официально называемых террористами, а интервью с ними... сами знаете, чревато предупреждениями и закрытием СМИ. Только права со слов тех, кто говорит, что борется с терроризмом.

С 1999 года, когда российская пропаганда начала спасать имидж России, начавшей вторую войну в Чечне, было придумано большое количество всяческих антитеррористических конвенций, несколько раз предпринимались попытки поправить Закон "О СМИ", но бесполезно – война в Чечне ведется вне каких-либо правил и с 1999 года практически закрыта для российского и мирового сообщества.

Что-то изменилось в российских СМИ после этих потуг урегулировать освещение войны в Чечне? Ничего. И не изменится, поскольку пропаганда не подразумевает объективность освещения. Главное, чего добились пропагандисты – это разделение журналистского сообщества на "государственников" и пытающихся сохранить независимость.

Нынешний государственник Виталий Третьяков когда-то создал лучшую еще в советской России "Независимую газету", качественное издание, возможный прототип современной журналистики, если бы не конфликт с Березовским. А это уже проблема не журналистики, а человека. Теперь Виталию Товиевичу претит разнообразие мнений, о чем он также не преминул заметить: "Российские журналисты не имеют единого отношения к Союзу Беларуси и России, его реалиям и перспективам".

Наверное, это и обижает профессора Третьякова, решившего сделать приятное Батьке, поддержав его в борьбе с "отщепенцами" российской журналистики, неустанно "клевещущих" на белорусскую демократическую действительность. Как говорится, лучше вовремя занять нужную и удобную позицию…

Второй повод, побудивший журналистов вспомнить о неправильных журналистах и терроризме, - это документ, на днях появившийся из-под пера все тех же мэтров. Документ называется "Обращение лидеров медиаиндустрии к журналистскому и издательскому сообществу по вопросам межнационального согласия и толерантности". Во-первых, подписанты те же самые, которые аккуратно подписывают воззвания государственной важности последние годы. Во-вторых, среди подписантов (не поверите!), главные редакторы "Комсомольской правды" и "Московского комсомольца". Тех самых газет, которые эксперты по ксенофобии называют лидерами в публикации материалов, унижающих национальное и религиозное достоинство граждан.

На следующий день после подписания главными редакторами Обращения газеты выполняли свой призыв. Заголовки "КП": "Следствие по делу о гибели армянского студента…", "Маленькую россиянку насиловал американский миллионер". В "МК": "Осетинская поддельная", "Французский жандарм застрелился в Москве". А как вам постер, вложенный в каждый номер "КП": "Не пейте грузинское вино!", а в анонсе этой "толерантной" акции говорилось, что "каждый день есть повод для застолья, но теперь мы не пьем спиртное наших недружелюбных соседей!"

Вот как прозрели руководители газет на короткое время, достаточное для росчерка пера – утром подписали документ, а вечером – номер. Но не столько обрадовал, сколько развеселил в Обращении абзац, звучащий как скрип гильотины, падающей на собственные головы: "Мы должны на практике показать, что журналисты не допустят к теле-радиоэфиру и к периодическим печатным изданиям политических авантюристов и лиц, проповедующих расовую, этническую, религиозную вражду, ненависть и насилие". Но как будет происходить процесс недопуска депутатов Госдумы до эфира, никто не объяснил.

У российской журналистики много проблем, но появилась главная беда – появление в нужный момент совести. Или того, что они называют совестью…

Олег Панфилов, директор Центра экстремальной журналистики