У микрофона Николай Сванидзе. Тема у нас сегодня, я бы сказал, внутренняя журналистская, но должно быть интересно всем. 15 лет Всероссийской государственной телерадиокомпании. Приятная тема для меня, потому что я с самого начала в этой компании работаю. И у нас в гостях человек, который не только в ней работал с самого начала, но явился одним из двух отцов-основателей этой компании. Это Анатолий Григорьевич Лысенко, человек, которого знают очень многие нынешние знаменитые телевизионщики, потому что он их выпестовал, он их взлелеял. Заслуженный деятель искусств Российской Федерации, лауреат Государственной премии СССР, президент Международной академии телевидения и радио.
На вид Анатолий Григорьевич - чистый Винни-Пух. Вот сейчас сидит передо мной - смотреть приятно. На самом деле Анатолий Григорьевич известен в телевизионном мире как очень твердый организатор, что и помогло ему стоять у руля вместе с Олегом Максимовичем Попцовым в первые годы существования компании.
- Анатолий Григорьевич, расскажите, пожалуйста, как рождалось Российское телевидение. То, что сейчас телеканал "Россия", телеканал "Культура", телеканал "Спорт", программа "Вести", - как все это рождалось?
ЛЫСЕНКО: Во-первых, я сразу должен поправить. Я не знаю, почему ВГТРК 15 лет. ВГТРК-то 16 лет. 15 лет со дня начала вещания. А ВГТРК была создана решением Верховного Совета в 1990 году, создана на пустом месте.
- 15 лет назад вышла в эфир первая программа "Вести", 13 мая 1991 года. И юная, прекрасная Светлана Сорокина провела 8-часовой эфир.
ЛЫСЕНКО: Тоже поправлю: первой в эфир вышла передача (мы тогда выходили пять раз в день по 15 минут) - репортаж из Парижа. Причем Париж был расположен в Челябинской области, это село Париж, и комментатор вел оттуда репортаж, стоя по колено в грязи. Такой вольный стрингер, я забыл, к сожалению, фамилию. Это было первое появление.
А началось с того, что Верховный Совет решил, что так как у России теперь есть флаг, так как Россия стала самостоятельной, то признаком самостоятельности должно быть свое гостелерадио. Потому что не было у России, как ни парадоксально, своего гостелерадио. Все республики имели, а Россия не имела. Ее обслуживало Центральное телевидение. Была создана вот эта штука.
Но очень легко принять решение. А учитывая, что тогда шла война между Россией и СССР, то решение принято, частот нет, техники нет, помещения нет, денег, как известно, тогда тоже не было. В общем, вот нас назначили с Олегом. И действительно, может быть, было так, что "куда идем мы с Пятачком, большой-большой секрет", если считать Олега Пятачком, а меня Винни-Пухом.
- Секрет был и для вас самих?
ЛЫСЕНКО: Абсолютно. Что делать, было понятно, было непонятно - а кто пойдет?
- Но пошли ведь. На крыльях романтики.
ЛЫСЕНКО: Самое парадоксальное, если бы пошли аутсайдеры, неудачники, люди ничего не сделавшие. Нет! Вот в тот день, когда назначили меня, я сразу стал обзванивать людей. Людей весьма благополучных. Скворцов, Корчагин, Женя Киселев, радио "Юность" в полном составе, Владик Муштаев, который был первым замом литдрамы. В общем, люди, которые работали на хороших должностях с большими перспективами. Женя Киселев привел Олега Добродеева, который шел наверх с такой скоростью!
- Был замглавного программы "Время". По тем временам это просто...
ЛЫСЕНКО: Сейчас нельзя представить, что это такое. И у него все было впереди, все перед ним открывалось. Ни один из них не сказал, что я не пойду. Самое смешное, что всем этим людям я предлагал пойти на работу и вся вербовочная работа шла, извините, в мужском туалете на 12-м этаже. Я тогда руководил "Взглядом".
- Меня Добродеев и Киселев вербовали в буфете останкинском.
ЛЫСЕНКО: Ну вот! Уже там тоже. И надо сказать, что вот эта первая группа, как я ее называл, группа захвата, - никто не отказался. И сидели люди, составляли бюджет. Вообще это была гениальная авантюра, которая, как ни странно, оправдалась, свершилась. И когда мы вышли в эфир, это было чудом. Потому что у нас же ничего не было.
- Да с улицы же собирались выходить в эфир. У меня в кабинете до сих пор висит картинка - график, как мы будем выходить в эфир с улицы.
ЛЫСЕНКО: Да. Мечта была какая? Я хотел сделать так: натягиваем во дворе брезент, на фоне кирпичной стены стоят пластмассовые стол и стул, и Света, как "Родина-мать зовет", ведет "Вести". Но это кто-то подслушал по телефону, и выделили быстро студию. Но что самое интересное. Я вчера вдруг вспомнил - ты помнишь? - вечер, посвященный началу работы компании, в Доме кино - оплоте демократии тогда, где Иван Степанович Силаев, тогдашний премьер, играл на гармошке. Хулиганский вечер, не столь официозный, как сейчас, хулиганский вечер, - и даже тогда это казалось еще одним этапом гигантской авантюры. И когда я сегодня смотрю и читаю все составляющие ВГТРК, я думаю: довольно быстро эта авантюра превратилась в солидную даму.
- Я понимаю, что наши радиослушатели по-разному относятся к тем историческим точкам, которые я сейчас перечислю. Но тем не менее. Август 1991 года - это "Вести", октябрь 1993 года - это "Вести", причем только "Вести" и больше ни одна информационная программа. 1996 год. По-разному можно относиться к предвыборной кампании, но "Вести" сыграли одну из важнейших ролей, о чем я нисколько не жалею сейчас, в отличие от многих моих коллег, которые говорят: ах, мы тогда допустили перегиб, мы помогали одной стороне, нужно было вести себя нейтрально. Вот я посмотрел бы, Геннадий Андреевич Зюганов пришел бы к власти, кто бы себя после этого вел нейтрально.
ЛЫСЕНКО: А собственно, почему мы должны были себя вести нейтрально? Никто из нас не скрывал своей позиции в момент прихода сюда. Я не могу сказать, что мы были коммунистоеды. Нет, у нас достаточно были взвешенные, нормальные люди, но мы все понимали, что так жить нельзя, что однопартийная система не только разрушила себя, но и разрушила страну, которую мы не можем вытащить, извините. Многие зрители ведь не знают, а те, кто знают, к сожалению, забыли, с чем пришло к началу своей работы правительство реформаторов. С шишом. Шиш в кармане, шиш в казначействе.
- Нищая страна без доллара золотого запаса и с перспективой холодной и голодной зимы.
ЛЫСЕНКО: Ничего нет, долги гигантские, все развалено. И то, что не произошло гражданской войны, то, что не началась резня, которая все время тлела, - мы же все время забываем об этом, а она тлела на окраинах, она вспыхивала все время, - это очень важное дело. Мы это понимали, может быть, потому что больше информации было. И мы взяли на себя эту ответственность. И эту ответственность мы несли. Я не сторонник вот этого метания: ах, я давно понимал... Понимаешь, что что-то не так, - уйди. Но если ты остался - изволь работать в команде.
- Да, я согласен. 1999 год, тоже программа "Вести", когда очень серьезная шла, я напомню, борьба между двумя командами. Одна команда Ельцина-Путина, как это сейчас ни экзотично звучит, а вторая команда Примакова-Лужкова. И речь шла о том, какая из них будет у власти в стране. И тогда большая часть телевидения, в частности и наш канал, и "Вести", также как Первый канал, считал, что да, это должна быть команда Ельцина-Путина. Кстати, Владимир Владимирович Путин очень популярный президент, но к нему, тем не менее, как к любому живому человеку, лидеру, относятся по-разному. Но я считаю, что независимо от отношения к Путину мы заняли тогда опять-таки правильную позицию.
ЛЫСЕНКО: Я тебе скажу такую вещь: то, что к Путину относятся по-разному, это, кстати, в какой-то мере заслуга "Вестей" и заслуга ВГТРК.
- Зачитаю несколько вопросов на пейджер. "Сорокина, Парфенов, Киселев и другие журналисты ушли, не работают сейчас на телевидении, и теперь не стало проблемных передач", - пишет Татьяна Ивановна.
ЛЫСЕНКО: Я бы сказал, что проблемные передачи есть, они сохраняются. Другое дело, изменились ведущие, которые их делают. Мне жалко, что ушли люди. Но ведь они же уходили с ВГТРК в НТВ.
- Не все с ВГТРК. Парфенов никогда не работал на ВГТРК.
ЛЫСЕНКО: Да, он, кстати, не пошел тогда даже. Они переходили. Я ничего страшного в этом не вижу. Вообще это счастье, что люди получили возможность переходить с телевидения на радио, с радио на телевидение, с телевидения в прессу. Ведь когда мы начинали 15 лет тому назад, с телевидения можно было уйти только объявлять прибытие поездов на станцию Люберцы, и то не своим голосом. Так что это прекрасная вещь. То, что они ушли с телевидения - да, телевидение обеднело немножко. С другой стороны, появились блистательные молодые ребята, на которых я смотрю и завидую им, потому что у них есть то, чего не было у нас.
- Это точно. Я бы продолжил то, что вы сказали. Мне очень жаль, что эти люди не работают сейчас на телевидении. Потому что пресса или радио приобрело, телевидение потеряло. И то, что касается серьезных, проблемных передач на телевидении, да, я согласен, маловато, мягко скажем. Анатолий Григорьевич, сравнивать те "Вести" и "Вести" нынешние, то Российское телевидение и телевидение нынешнее, я понимаю, все равно что сравнивать красное и круглое. Но попробуйте сравнить, тем не менее.
ЛЫСЕНКО: Во-первых, то телевидение было контр-, основная задача стояла тогда - контр-. Мы находились в состоянии жесткой идеологической борьбы, оппозиции с центром. И что бы мы ни делали, как те делали против нас, мы делали против них. Это был посыл. Посыл был на обострение.
Прошло 15 лет. Сегодня "Вести" - информационная программа государственной компании. Значит, естественно, было бы нелепо, если бы информационная программа государственной компании занимала контрпозицию по отношению к политике государства. Раз. Второе. Функции "Вестей". Если тогда функция "Вестей" была разбудить общественное сознание, помочь общественному сознанию, застоявшемуся, заскорузлому за долгие-долгие годы идеологической диктатуры, понять, что происходит, заставить крутиться, дать толчок движению, то сегодня, на мой взгляд, основная задача - это крепить страну. Ведь сегодня в единое целое в значительной мере соединяет страну телевидение. Потому что общенациональные газеты как таковые исчезли. В общем, сегодня информационной паутинкой скрепляет страну, огромную, гигантскую страну с колоссальными местническими настроениями, телевидение, это его функция, его ответственность. Было бы нелепо 15 лет поддерживать в государстве температуру 38,8. От этой температуры сгорает в конце концов государство. И задача наша даже тогда, когда мы приступили к работе, была ведь не революция, а эволюция. Постепенная перестройка. Не наша вина, что Коммунистическая партия оказалась неспособной к эволюции. Она не смогла понять своих ошибок, ни желания не было. Из-за этого все и произошло.
- Импотентная власть, которая рухнула, что ж было делать-то?
ЛЫСЕНКО: Да. Вот и все. И наша функция была объяснить населению, что происходит. Сегодня другая совершенно функция. Сегодня функция государственного телевидения. И не надо это забывать. И не надо делать вид, что, вы знаете, мы государственные, но мы еще немножко оппозиционные. Мы вот такие, знаете, цари, и еще чуть-чуть подрабатываем шитьем. И держим фигу в кармане. Дуля в кармане - это признак слабости. Сегодня, к счастью, ты имеешь возможность сказать то, что ты хочешь.
- Вообще дуля в кармане - это холопская привычка.
ЛЫСЕНКО: Да. Говори то, что ты хочешь. Пожалуйста. Ну, сегодня спокойнее. Вот студентам иногда говоришь: знаешь, твоей работой заинтересовались бы наши соседи. (А Мясницкая рядом с Лубянкой.) Они смотрят на меня голубым глазом и говорят: "А ФСБ причем тут?" Это счастье. Значит, эти годы прошли не зря.
- Нормальный взгляд на вещи. Еще один вопросик с пейджера зачитаю, адресованный мне Зинаидой: "Вы облизывали Ельцина в его юбилей. Мол, ангел он и все прекрасно делал". Уважаемая Зинаида, я действительно сделал фильм к юбилею Бориса Николаевича Ельцина. Я очень уважаю этого человека. Я думаю, что вообще история всех расставит по своим местам. Но вот что я вам могу сказать. Ведь Ельцин-то не у власти. И "облизывать", как вы выражаетесь, то есть говорить приятные вещи, которые я, впрочем, и думаю, о человеке, у которого нет никакой власти, который не может меня ни наградить за хорошие слова, ни наказать за плохие, - это совершенно другое. Да разве это облизывать? Это выражать свое мнение называется. И я на это имею право.
ЛЫСЕНКО: Можно критиковать то, что делал Ельцин, и, собственно, это его заслуга, что можно критиковать то, что делал Ельцин, его заслуга то, что у нас президент уходит на пенсию, а не к стенке. И история еще расставит все на свои места. И еще очень через многие поколения люди поймут, что сделал Ельцин, какой груз он взял на себя. Посмотрите простую вещь. Вот Ельцин, отошедший от власти, - это другой человек. И посмотрите на Путина, несущего на себе тяжесть власти. Это очень тяжелое бремя. И Ельцин взял на себя бремя, и все-таки он спас страну от революции, от резни и от крови.
- Советский Союз распался неизбежно, и Ельцин обеспечил, чтобы он распался без крови.
ЛЫСЕНКО: Для России это прошло практически пластично.
- Да, это фантастическое достижение. Увел от гражданской войны. За это огромное ему спасибо. А что касается Владимира Владимировича Путина, он сейчас у власти. И дай бог успехов и здоровья.
Источник: Радио "Маяк"