Олег Добродеев, гендиректор ВГТРК, в день 15-летнего юбилея компании заявил, что с июля сбудется его давняя мечта — он запустит новый круглосуточный информационный канал. Экспортный вариант подобного канала на английском языке уже есть — Russia Today, теперь настало время и для внутреннего потребления. Однако одним из реальных способов улучшить имидж России могло бы стать не создание очередного госканала, который не может не вызывать подозрений в его пропагандистской сущности, а создание настоящего общественного телевидения (ОТВ), смысл существования которого — отсутствие контроля над ним как власти, так и крупного бизнеса. Впрочем, кажется, даже сторонники ОТВ в возможность его появления в России не больно верят.
Игорь Юргенс:
"С олигархами вязаться не надо"
Однако и государство не должно быть крупнейшим игроком на телерынке
Вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей, первый вице-президент инвестиционной группы «Ренессанс Капитал» считает, что общественное ТВ жизненно необходимо бизнесу: "Без свободы слова честная конкурентная борьба невозможна".
— Игорь Юрьевич, недавно вы высказались за создание общественного телевидения (ОТВ). А зачем оно нужно российскому бизнесу?
— Свободная рыночная экономика намного эффективнее тогда, когда есть свобода слова, демократические институты и гражданское общество. И это — исторический факт. Никакая конкурентная борьба в отсутствие свободы слова невозможна: тогда нет свободы судов, нет инструментов борьбы с коррупцией и нет честной борьбы за потребителя. Бизнес жизненно заинтересован в наличии свободного ТВ, которое бы прозрачно финансировалось, не было ангажировано, не подвергалось исключительному давлению со стороны государства и не зависело бы от кошелька предпринимателя. Свободное, независимое в финансовом отношении ТВ высокого качества — это производительный инструмент для любого бизнеса. Включая российский.
— А почему вы сейчас об этом заговорили?
— (Улыбается.) Разговор об этом идет с 1991 года. Но я не помню имен первых бизнесменов, которые пытались бы попасть в члены советов директоров реального, подчеркиваю, ОТВ. К сожалению, господин Березовский, захватив ОТВ совершенно понятными коррупционными методами, сразу эту идею опорочил. Видимо, в сговоре с властью. После этого на высшем уровне шли бои: Гусинский—Березовский, ОРТ—НТВ и так далее. Настоящего ОТВ, такого, как английское BBC, у нас нет, надо создавать. При этом наша специфика заключается в том, что и в государство веры нет. Госкомпании покупают канал за каналом, которые свободнее не становятся. Они выполняют волю государства — игрока, как политически, так и экономически ангажированного. Поэтому нецензурированное, свободное ТВ нельзя видеть на каналах, купленных на государственные деньги. Скорее всего, мы сейчас с вами идеализмом занимаемся, не получится ОТВ реализовать как продукт. Но мы с вами присутствовали на заседании ("Новая" подробно об этом рассказывала в номере от 20 апреля. — Н.Р.), когда общественные силы с мест — Томска, Ленинградской области — демонстрируют желание людей иметь ТВ, свободное от олигархизма и от вторжения государства в эту сферу со своими политико-цензурными интересами.
— А когда и какими методами такое ТВ может быть создано?
— Только активностью людей, в первую очередь журналистского сообщества — тех честных журналистов, которые захотят работать не за приработок, который они называют "джинсой", а за высокий стандарт, квалификацию, свободу и профессионализм. В первую очередь должны быть эти силы, потом те, кто мог бы помочь этому деньгами, предприниматели, а затем другие слои гражданского общества. Никто ведь не хочет, чтобы ОТВ стало инструментом борьбы, люди хотят слышать правду и получать объективную информацию.
— Но при этом в России был уже очень печальный опыт создания канала двенадцатью олигархами — ТВС.
— Значит, с олигархами не надо вязаться: у них всегда будут свои интересы и войны, а государству их очень легко включить в борьбу друг с другом. Олигарх — гражданскому обществу не помощник.
— Вы говорили, что российский бизнес уже готов дать денег под проект общественного ТВ. Уже вели подобные разговоры с кем-то?
— Малые, средние бизнесмены, я уже не говорю про крупных, наиболее передовых, — они будут готовы к этому. Но для этого нужны четкие механизмы, то есть отчуждение денег в так называемый эндаунмент (инвестиционный фонд, прибыль которого идет исключительно на благотворительные цели и не облагается налогом. — Н.Р.), в общую копилку, которая не будет иметь отношения ни к "Интерросу", ни к "Вимм-Билль-Данн", ни к каким из групп. И именно об этом говорил Потанин (Владимир Потанин, президент ЗАО "Холдинговая компания "Интеррос". — Н.Р.), который хочет по-честному пройти этим путем: ты как благотворитель от себя эти деньги отринул, выдал в траст, а уж этот траст управляется по рыночным условиям. А на проценты от этого и живет ОТВ. По этому пути можно было бы пройти, будь на то политическая воля.
— Любопытно, что вы упомянули Wimm Bill Dann, потому что я спрашивала Давида Якобашвили (председатель совета директоров ОАО "Вимм-Билль-Данн. Продукты питания". — Н.Р.) о том, как он относится к идее ОТВ. Он сказал: у меня — частная компания, которая с политикой никак не связана.
— Вот видите, сразу ТВ связывают с политикой. И это говорит очень передовой человек — Якобашвили. Соответственно журналистам надо пронести этот мессидж: не будет там политики, не будет ТВ, ангажированного какой-то партией, там будет объективная правда про нашу действительность, местную, региональную, будет информация. В последнее время говорят о политизации CNN… А вот BBC вам кажется политизированной компанией? Или "Дойче Велле"? Или новый проект французского ТВ? Есть там давление с той или другой стороны — консерваторов, республиканцев, демократов, либералов, тори? Нет! Соответственно можно создать аполитичное в хорошем смысле этого слова ТВ, которое будет снабжать население информацией, культурой, детскими передачами, а не быть заангажированным в этой журналистской технологии, когда продаются только плохие новости, секс и насилие. Но нужны высокие профессионалы, которые этот мессидж пронесут.
— Для этого журналисты должны быть свободными людьми, а последние годы установления контроля над ТВ, боюсь, не прошли для них даром.
— У нас, в России, есть свободные люди среди журналистов, в том числе и выдающихся.
— И кого вы видите во главе общественного ТВ?
— Владимира Познера. Почему нет? Он вполне адекватный человек, с авторитетом.
Борис Титов:
"Мы должны сделать ТВ объективным"
Создание ОТВ зависит от дьявола. Который в деталях
С необходимостью создания общественного ТВ согласен и председатель общероссийской общественной организации "Деловая Россия". Только базой для его создания он видит Общественную палату (ОП), в которой и состоит.
— ОТВ нужно. Сегодня, как никогда, мы должны привлекать все возможные ресурсы, чтобы сделать ТВ объективным, соответствующим сегодняшнему дню и не работающим ни на одну из группировок. Другой вопрос — как его делать. И здесь, мне кажется, очень важна ОП — та, которая есть, или та, которая должна быть… Но должны быть какие-то инструменты общественной независимости.
— Вы считаете членов ОП независимыми людьми?
— Я считаю, что из всех институтов, которые есть, она — наиболее независимый. Я состою в ОП, на меня никто не давит, ни на какие мои решения. Может, сейчас она не умеет, не может, не научилась, растерялась в какой-то степени. Люди все разные, может, не могут найти пока общего языка. Кто-то говорит длинно, кто-то коротко, кого-то раздражает одно, кого-то другое. Вообще глас народа всегда непростой. Но ОП наладит работу, разберется. Потенциально она может быть очень сильным инструментом в обществе, инструментом контроля власти… Или лучше сказать — инструментом, который бы являлся обязательством для власти работать для страны. Других инструментов нет. У нас нет среднего класса, не развиты гражданские институты, у нас очень слабые представления о том, что такое демократия. Поэтому пусть хоть искусственные инструменты понемножку продвигают нас вперед.
— Вы верите в то, что ОТВ может быть создано до выборов?
— Знаете, я настолько далек от этой темы. Думаю, создание ОТВ будет зависеть от того, насколько подготовлена техническая база, какие гарантии его независимости будут, как будет сформирована структура, кто будет его собственником, как, кому оно будет принадлежать, финансироваться. При том, что в целом вопрос может быть решен быстро, дьявол — в деталях. Хотелось бы, чтобы это было, но, думаю, шансы не очень большие.