Мнения /
Интервью

12 июля 2006 18:49

Гарик Сукачев: Меня удивляет, что мною интересуются

Гарик Сукачев: Меня удивляет, что мною интересуются

Когда за твоими плечами более двадцати лет музыкальной деятельности, пятнадцать ролей в кино и две режиссерские работы, невозможно находиться вне поля зрения журналистов. Но Гарик (Игорь Иванович) Сукачев не устал еще общаться с акулами пера.

Lenizdat.ru: У вас большой опыт общения с журналистской братией. Как вы считаете, существуют какие-то отличия между питерскими и московскими журналистами?

Гарик Сукачев: Не думаю, что есть какие-то существенные отличия. В принципе, круг вопросов, которые задают журналисты, практически всегда один и тот же. Это связано с особенностью вашей профессии и с тем, чем я занимаюсь по жизни. Любой публичный человек вынужден, или даже скорее обязан, отвечать очень много раз на одни и те же вопросы. Я понимаю, что если я что-то рассказываю в Питере, то о том же самом меня спросят в Москве, на Камчатке, в Новосибирске или на Волге. Это нормально, ведь журналисты как раз пишут для тех людей, которые хотят узнать о каких-то новостях побольше, получить ответы на вопросы, интересующие скорее всего широкую публику. И вы и я делаем свое дело для публики: вы — для читателей, я — для тех людей, которым интересно то, что я делаю.

Конечно, в каждом городе существует некая специфика в журналистской среде. Так, Питер — это некий второй город для моей группы "Неприкасаемые". Несмотря на то что сюда мы часто приезжаем с той же программой, с которой выступали в Москве, здесь журналисты часто задают нам несколько специфичные вопросы…

Lenizdat.ru: В одной из публикаций вас назвали "персоной, не особо интересной для журналистов". Вы согласны с таким определением?

Гарик Сукачев: Думаю, да. Скорее, я в этом даже убежден. Мне кажется, что для журналистов привлекательны люди, которые каким-то образом будоражат общественное мнение. Я же этого не делаю, и делать не собираюсь. Я живу тихой, никому не видной жизнью. Не люблю шумные сборища, большое количество незнакомых людей… В этом плане я очень домашний человек. Я люблю передвигаться в пространстве, но пунктом назначения служат знакомые для меня места. Это касается всех сторон моей жизни, начиная с ресторанчиков, куда я хожу, и магазинчиков, где я со всеми здороваюсь и меня все знают. Так сложилось у меня в Москве, в Петербурге, в любом другом городе. К примеру, вчера я заехал в один магазинчик, чтобы только поздороваться с директором, которого я знаю уже более десяти лет. Это все элементы обычной жизни. Человеку, читающему каждый день газеты, хочется, наконец, узнать о чем-то необычном. Судя по броским заголовкам в прессе, в жизни некоторых звезд все время что-то происходит. У меня же ничего не меняется. Меня искренне удивляет, что мной интересуются. Что мною интересоваться? Спрашивают: "Как у вас дела?" Всегда отвечаю: "По-прежнему".

Lenizdat.ru: В одном из ваших альбомов есть песня "Танго журналистов". Ее исполнение - выражение какого-то особенного отношения к людям этой профессии? Как она попала в ваш репертуар?

Гарик Сукачев: Эта песня написана Константином Симоновым во времена Великой Отечественной войны. Так и называлась — "Песенка журналистов". На "Нашем радио" был проект, посвященный годовщине 60-летия Победы во Второй мировой. Мне и моей группе предложили во всем этом принять участие. Нам дали список песен, которые было бы интересно исполнить. Тут я вспомнил эту песенку, которую раньше любил. Я и говорю, мол, есть отличная "Песенка журналистов", которая мне очень нравится, давайте-ка мы ее исполним. Так и получилось, что она в нашем репертуаре.

Lenizdat.ru: Не так давно представители российской культуры (в числе 30 человек) потребовали корректировки законодательства о средствах массовой информации и ужесточения ответственности журналистов за вмешательство в частную жизнь. Как вы считаете, действительно ли необходимо усилить законодательную защиту звезд от разгулявшегося "журналистского произвола"?

Гарик Сукачев: Думаю, что в закон стоит внести такую поправку. Право на личную жизнь определено в любом современном законе. Я не могу вторгаться в вашу частную жизнь, также и у вас нет на это права. Вот и все. Зато у меня есть право рассказать вам о ней, но я, в свою очередь, могу и промолчать. Я глубоко убежден, что это законодательно должно быть закреплено.

Любая реклама — всего лишь реклама. Но бывают некие очень опасные вещи, которые позволяют себе средства массовой информации, не задумываясь о судьбах людей. Например, на мою личную судьбу это никак не может повлиять, а сыграет лишь роль рекламы. Но какая-то лживая информация может убить моих близких. Просто убить. У некоторых из нас есть любимые папы и мамы, близкие люди, которые, возможно, нездоровы, больны. Они всегда будут интересоваться жизнью своего ребенка, и всегда будут переживать, прочитав очередную такую информацию. Я это знаю не понаслышке: обо мне всю жизнь пишут очень много какой-то белиберды. Моя мама — обыкновенный человек, преклонных лет. Мне ее становится очень жалко, потому что я ее люблю и очень хочу, чтобы она подольше пожила на свете. Я не смогу оградить ее от этого, если каким-то образом не оградят меня. Профессия и человек в профессии — это разные вещи…

Lenizdat.ru: Чего не хватает нынешним журналистам?

Гарик Сукачев: Не знаю. У меня нет ответа на этот вопрос.

Мария Соколова