Медиановости

20 июля 2006 11:46

Кирилл Набутов: Я свободная творческая единица

Кирилл Набутов редкий гость в нашем городе. Последние годы сын великого спортивного телекомментатора Виктора Набутова основательно прописался в Москве на канале НТВ. Правда, карьера большого телевизионного начальника у Кирилла не сложилась. Теперь он вновь в свободном журналистском полете. Корреспондент "НВ" этот полет ненадолго прервал беседой за жизнь.

Сейчас соревнования мне не нужны

- В последнее время телевидение становится все более массовым, легким, развлекательным. На ваш взгляд, эта тенденция сохранится?

- Думаю, что да. Особенно в свете грядущих президентских выборов в 2008 году.

- Что вы смотрите как зритель?

- Мне интересны документальные программы, нравятся передачи на канале "Культура". Могу пересматривать сериал "Секс в большом городе". Но эмоционально не затрачиваюсь уже давно. Просто получаю тихое удовольствие.

- А где эмоционально затрачиваетесь?

- В музеях. В каждом городе стараюсь зайти в музей, галерею, антикварный магазин. Еще затрачиваюсь эмоционально, когда иду в спортзал к тренажерам. Обожаю это приятное ожидание тренировки.

- Вы же в детстве много занимались спортом…

- Любой молодой человек, который занимается спортом, хочет быть чемпионом. Спорт — это соревнования. Но мне сейчас соревнования не нужны. Поэтому я занимаюсь физкультурой.

- Сейчас мы беседуем в офисе телекомпании "Адамово яблоко". Все-таки вы работаете здесь или на НТВ?

- Я работаю на НТВ. И по контракту не могу быть лицом другого канала. Я когда-то создал телекомпанию "Адамово яблоко", но сейчас в ней официально не работаю. Программу "Один день" мы создаем здесь. Также снимаем документальные фильмы. Сейчас делаем большой проект, который должен выйти в новом телесезоне…

Не могу монтировать, остальное все умею

- Когда после долгих лет работы на Пятом канале, вам сказали, что вы здесь больше не нужны, переживали?

- Переживал как любой человек, который слышит такие слова. Вопрос второй: выбивает это тебя из седла или нет. Тогда у меня не было депрессии, просто это наложилось на тяжелый период. В стране начался кризис, и мы понесли очень большие финансовые потери из-за недобросовестности наших партнеров. Вот это было действительно тяжело, потому что пострадали люди. Но потом постепенно все наладилось.

- А если бы сейчас позвали обратно?

- Вопросы надо решать по мере их поступления.

- С осени Пятый канал выходит на федеральный уровень. Какие у вас в связи с этим мысли? Что-нибудь путное из этого выйдет?

- Чтобы оценивать, мне недостаточно информации. Не знаю, какие у руководства канала планы, будут ли они приглашать мэтров или обойдутся собственными силами. Я могу сказать, что там есть молодые талантливые ребята, которые могут быть настоящими телезвездами. Например, Геннадий Смирнов, Люда Ширяева, Михаил Спичка…

- Одно время вы работали на НТВ генеральным продюсером. Какую должность занимаете теперь?

- Автор и ведущий программы "Один день". Я свободная творческая единица. Когда пришла новая команда с новым генеральным директором, то никаких других должностей я не хотел. Генеральный директор сформировал свою команду, переходить на другую должность я считал неправильным. Поэтому сказал: "Или уйду, или останусь творческим работником".

- Не было обидно?

- Любой человек, приходящий на какую-нибудь службу, должен быть готов к тому, что рано или поздно его уволят. Можно всю жизнь работать в собственной булочной или жить на деньги от того, что ты будешь сдавать квартиру. Тогда, может быть, будет какая-то стабильность. В других случаях те или иные обстоятельства заставят расстаться с занимаемой должностью. Чего по этому поводу переживать? Тем более что меня не уволили. Поменялась расстановка. Новый генеральный директор сказал: "Я вижу состав своей команды несколько иной. Извини, ты хороший парень, но на этой должности хочу видеть другого человека. Вот то, что я могу тебе предложить". Ко мне отнеслись очень корректно.

- Правда, что вы считаете себя не очень хорошим руководителем?

- Будь я хорошим начальником, вы бы сейчас с президентом Российской Федерации разговаривали (смеется). Но упаси Бог меня от политики!

- И еще одна ваша фраза: "Я не телеведущий"…

- Есть люди, в душе телеведущие, которым нравится совать в телекамеру свою ненаглядную мордочку. По своей рабочей психологии я не телеведущий, потому что для меня это не главное. Если надо, я выйду в эфир, и буду делать так, как умею. Кому-то нравится, кому-то нет. Надеюсь, что я не самый плохой телеведущий в стране. Масса была возможностей отдаться в разные телепрограммы и быть только телеведущим, но мне это не очень интересно. Я считаю себя телевизионным работником, могу, если нужно, и контракты делать, и переговоры проводить. Не могу монтировать, а все остальное умею.

Петров-Водкин погружает в состояние транса

- От чего-то вы испытываете состояние эйфории?

- Работа отдельно, эйфория отдельно. Подобное состояние испытываю от других вещей. Например, живопись Петрова-Водкина погружает меня в состояние транса. Вот это эйфория! Я могу бесконечно смотреть на его произведения.

- У вас получается отдыхать от работы?

- Есть опасность впасть в дешевое кокетство. Но я действительно не отделяю жизнь от работы. Мне кажется, организм сам как-то регулирует. Я могу целый день просидеть на работе за компьютером, тупо в него глядя или играя в какую-то игру и ничего не сочинить. А могу пойти в свой любимый спортзал, как следует потренироваться и в конце тренировки вдруг что-то придумать, а потом прийти домой, выпить по бокальчику вина с женой и в этот момент что-то придумать. Я частенько придумываю что-то ночью, под утро… Если вы заняты каким-то творческим процессом, мне не нравится это слово — слишком громкое, но если вы что-то придумываете, то ваша голова должна иметь возможность отдыхать. Она должна быть свободна. Это ведь не механический процесс писания букв…

- Когда вы начинали работать на телевидении, такого понятия как "рейтинг" не существовало. Насколько это усложняет жизнь телевизионщиков?

- Сейчас нельзя рассматривать телевизионную передачу как произведение искусства, надо еще рассматривать ее в контексте рыночной среды. Бывает, что передача хорошая, а рейтинг низкий и наоборот.

- То есть рейтинг для вас важнее, чем собственное мнение?

- Важно и то и другое. И собственные ощущения, и рейтинг. Кроме рейтинга, есть такое понятие как доля. В мировой практике существует несколько параметров, по которым оценивается телевизионный продукт. И по ним осуществляется продажа рекламы. Только рейтинг рассматривать бесполезно.

Горжусь, что бросил курить

- В одном из ваших интервью я прочла, что раньше вы любили азартные игры. Это в прошлом?

- Да. Я был очень азартный, но научился себя контролировать. Я заставлял себя не поддаваться соблазнам. Но может быть, больше всего в жизни горжусь тем, что бросил курить. Хотя с перерывами курил с 9 лет и к 1998 году курил по две с половиной пачки сигарет в день.

- Давайте напоследок поговорим о любви…

- Чего о ней разговаривать? Любовью надо заниматься.

- И все-таки вы верите в миф о половинках, что у каждого мужчины есть его женщина, и наоборот?

- Это не миф, это реальность.

- А друзей у вас много?

- Много. Понятие о дружбе меняется с годами. И друзья, которые приобретаются в детстве, совсем другие друзья, чем те люди, с которыми встречаешься во время профессиональной деятельности. Кстати, все мои друзья, с которыми я учился в одном классе, сейчас очень большие начальники. Один из них занимает крупнейшую должность при министерстве финансов, другой генеральный директор сети радиостанций, еще один мой ближайший друг — директор крупнейшей строительной кампании, есть крупный финансист. Есть другой тип друзей — те, с кем я занимался спортом. Мы можем с ними не видеться годами, но мы невероятно близки, потому что вместе прошли какой-то кусок жизни. А есть друзья, которые появились в более взрослом возрасте. Например, мой близкий друг Сережа Тарасов, вице-губернатор Санкт-Петербурга. Мы с ним подружились, когда оба были никем.

- А о чем вы мечтаете?

- Мечты не должны реализовываться. Но есть вещи, которые бы мне хотелось, чтобы произошли. Например, я бы очень хотел дожить до правнуков, хотя пока у меня нет внуков. Хочется также куда-то поехать, где не был.

- Свободное время, на что бы потратили?

- На рыбалку.

Родители меня баловали

- Вы рассказывали, что росли избалованным ребенком…

- Ну да, меня, как любого позднего и единственного ребенка, баловали родители. Моя жизнь протекала в тепличных условиях до того момента, как умер отец, а умер он очень рано, я еще в школе учился.

- А вы похожи на него по характеру?

- Не знаю. Я как-то не думал на эту тему. Но могу сказать, что меня так жизнь не била, как его. А обстоятельства все-таки формируют человека. И они его характер формировали более жестким, сильным, бесстрашным. Может быть, у меня похожая реакция, способность к импровизации, достаточная открытость. Просто сегодня жизнь не предполагает такой открытости, какая могла быть в прежней советской жизни. Жизнь была тогда намного хуже, но в бытовом смысле люди были открытее, теплее. Проще было дружить.

Но время идет вперед. Надо реально отдавать себе отчет в том, что жизнь поменялась, и сегодня она предъявляет совершенно другие требования. И люди растут в других условиях. И хотят быть другими. Десять лет назад мальчики говорили, что хотят быть бандитами, а процентов тридцать девочек стремились превратиться в валютных проституток. Сейчас грезят юристами, топ-менеджерами. Через десять лет, может быть, вернется время, когда дети будут хотеть быть учеными, космонавтами.

Источник: "Невское время" от 20.07.06

Татьяна Болотовская