684 kHz (438 метров) на средних волнах – эта частота в течение года с небольшим стала неплохо известна многим жителям Петербурга и в радиусе 300 км от него. Сначала ежедневно с 1 до 2 часов ночи, потом добавился еще один час в дневное время – с 14 до15. Не самый, как говорится, прайм-тайм, но количество слушателей радиостанции "Свободный голос" неуклонно росло. Потому что, настраивая приемник на волну независимой радиостанции, можно было ждать встречи с очень разнообразными собеседниками: анархистами и монархистами, демократами и консерваторами, общественными деятелями и людьми науки, поэтами и историками, и вообще с самыми различными ньюсмейкерами города и страны: от знаменитых "Митьков" до неформального объединения "практикующих краеведов"…
О том, почему сразу после июльского саммита радиостанция прекратила работу, журналист Светлана Гаврилина беседует с главным редактором "Свободного голоса" Евгенией Литвиновой. И по ходу беседы выясняется, что тут целых две темы, причем одна из них касается не столько пресловутой свободы слова, а более прозаичной и жестокой материи…
- Женя, для чего вы создавали свой проект?
- Мы заявили о себе как о правозащитной радиостанции. Для себя трактовали это понятие очень широко. Это и реализация права людей с самыми различными политическими взглядами высказываться по различным актуальным темам. Это и предоставление эфира тем, кто занят решением проблем, которые не решает государство – помощь детям, беженцам, борьба с наркоманией, спасение исторических памятников. Это и возможность для граждан пользоваться своим конституционным правом на информацию – по вопросам законодательства, по принятым властями решениям, да и просто получать информацию о том, что происходит в городе и за его пределами, в соседних регионах и даже странах…
- Многие журналисты, которые на самом деле народ небескорыстный, находили возможным приходить в вашу студию и совершенно бесплатно участвовать в передачах…
- Да вообще практически все делалось на энтузиазме! Наши финансовые трудности были связаны в основном с необходимостью платы за передатчик, с помещением, с аппаратурой, которая нам не принадлежит. Студия кочевала. На одной из частных квартир, где одно время она размещалась (напомню, официально зарегистрированная радиостанция), хозяев квартиры – пожилых людей – кто-то начал "обрабатывать", и они отказали нам в аренде на том основании, что они боятся проблем…
- Чем же так нравилось журналистам, политикам и творческой общественности участвовать в ваших передачах?
- Наверно, потому, что мы ни на кого из наших гостей не давили. Люди себя чувствовали свободно.
- Это, видимо, сейчас впрямь редкость… Женя, так что все же произошло?
- Мы чувствовали, что наша аудитория понемножку растет. Это было видно и из гостевой книги нашего сайта (да, тексты наших передач, хоть и с опозданием из-за наших скромных возможностей, можно было прочесть на сайте, и мы делались уже узнаваемыми). Но одновременно чувствовалось, что назревают проблемы.
- Проблемы, разумеется, финансовые - денежный рычаг с успехом заменяет неких замшелых цензоров…
- Да. Нашим спонсором был МПБО – мусороперерабатывающий завод, возглавляемый Юрием Лихачевым (кстати, финансируя радиостанцию, спонсор никогда не вмешивался в редакционную политику). Это серьезное предприятие, перерабатывавшее 90 процентов городских отходов. Я думаю, нет нужды объяснять, насколько актуальна для огромного мегаполиса деятельность такого предприятия… Есть и госпредприятие, но оно, как бы это сказать… В общем, история началась около двух лет назад.
В один из государственных праздников комиссия из Смольного отправилась по "мусорщикам". На своем госпредприятия они обнаружили ну настоящий праздник, все по советской традиции – все празднуют, никого не найти…Приезжают к Лихачеву – порядок, чистота, завод работает. Оно и понятно – праздник праздником, а огромный Петербург поставляет мусор круглосуточно, без праздников и выходных. И входя в автобус, в котором ехало все начальство, один из этого начальства сказал другому: "Хороший завод. Надо брать". Это слышали многие.
- То есть был задуман рейдерский захват? Ведь во всем мире мусорная отрасль - это золотое дно?
- Выходит, так. Договор с КУГИ, между прочим, был до 2007 года. Но он в итоге был расторгнут, а за несколько месяцев перед этим город остался должен МПБО около 47 млн рублей – перестали платить по уже заключенным договорам. Но предприятие продолжало работать… Помещения принадлежали КУГИ, все оборудование – было собственностью завода. Руководство МПБО подало в суд, и первый суд выиграло, но потом наша независимая Фемида повернулась лицом уже к другой стороне – к городским властям. А потом, не дожидаясь очередного судебного вердикта (завод опротестовал решение суда), приехал ОМОН…
- Была еще странная история с поджогом…
- Я не берусь утверждать, что это работники Смольного подожгли полигон в Парголове. Но как-то все совпало. Полигон загорелся, его тушили, под занавес приехал Лукманов (Лукманов Юнис Халитович, председатель Жилищного комитета – С.Г.). Еще через неделю выясняется, что на заводе хозяйничает ОМОН, работникам не дают даже забрать свои личные вещи. Так и отобрали завод. Причем, что интересно, вопрос об имуществе, принадлежащем именно МПБО, о плате за пользование им, даже не обсуждается. Пользуются – и все.
- Вы протестовали?
- 12 июня мы вышли на митинг – работники завода, коллектив радиостанции. Акция была совместной с другими пострадавшими в это же время – жителями общежитий с Московского проспекта, которых выгоняют и переселяют куда-то в Колпино. Тогда вышел Лукманов и сказал этим людям: "Посмотрите на себя. И это вы те люди, которые будут жить на Московском проспекте?"
- То есть рылом не вышли?
- Да, наверно, уже приготовлены другие жители… Была еще одна акция их, кстати. Уже перед самым саммитом. В городе тогда свезли кучу ОМОНа из всей РФ, и к акции подтянулись молодцы из московского и рязанского ОМОНа. Они пытались взять людей в кольцо, но поскольку были мало знакомы с системой петербургских проходных дворов, то народ по ним рассеялся. А во время саммита жители этих общежитий были буквально заблокированы, даже в булочную выйти не могли.
- Итак, надо полагать, что захватив предприятие, городская власть успешно решает проблемы с мусорной переработкой. Но вы - вы остаетесь зарегистрированными, просто в эфир не выходите? К слову, какая плата за передатчик?
- Все вместе расходы – около 75 тысяч рублей в месяц, которых у нас нет. Но мы остаемся, надеемся на лучшие времена. И сайт наш пока жив ( http://www.freevoice.ru ). Это все грустно, конечно, но мы оптимисты. А вообще-то печально, что для большинства людей как будто ничего не происходит. Во время того же саммита было задержано - свыше 500 человек по политическим мотивам, только в Петербурге – 300… Нигде по этому поводу никакого шума, возмущения.
- То есть был саммит, и мир убедился, что Россия чудесная, гостеприимная демократическая страна.
- Да. И в этой стране люди всем довольны. Бегают по распродажам, берут кредиты на телевизоры и холодильники. Все хорошо.
- Женя, я надеюсь, что у вас - да и у всех нас - в самом деле будет все хорошо. Будем оптимистами!
Источник: ИП "ИНГРИЯ"