Алексей Казанцев, драматург, руководитель театра "Центр драматургии и режиссуры":
Телевидение приобретает характер какой-то страшной беды, причем всероссийского масштаба. В традиции русской культуры сегодняшнее ТВ совсем не вписывается. Сейчас идет такое идеологическое оболванивание населения, которое не снилось и коммунистам. Причем делает это не власть, а капитал, который пытается воспитывать население, особенно молодежь, в нужном для себя ключе.
Иногда, правда, возникают фильмы просветительского направления, которые сделаны умно, живо, талантливо. Мне очень нравятся передачи об устройстве космоса, о научных открытиях, русской старине.
Этим летом я случайно наткнулся на цикл передач "Преступления в стиле "модерн". Их показывали по утрам на НТВ. Речь шла о преступлениях, которые были совершены и раскрыты в начале прошлого века, до революции. Знаете, и после этих передач у меня возникло ощущение, что в Российской империи не изменилось ничего. Особенно когда рассказывали про воровство в среде высших чинов во время Русско-японской войны. И сколько погибло солдат, и какой ущерб был нанесен государству… Как и в те времена, сейчас, к сожалению, есть масса людей, занимающих высокие государственные посты, для которых интересы государства стоят на десятом месте. Или вообще не значатся.
Не так давно я посмотрел фильм Эфроса, который не видел, наверное, двадцать лет, — "Жизнь господина де Мольера" с Юрием Петровичем Любимовым в главной роли. Этот фильм меня снова поразил уровнем режиссуры и актерской игры.
Иногда смотрю телеверсии спектаклей, хотя понимаю, что любая телеверсия — это потеря качества. Но делать их надо, чтобы было видно, как развивается и меняется театр. Я посмотрел несколько спектаклей театра Фоменко. У нас в "Центре драматургии" был записан спектакль "Облом Off", и, я считаю, был записан неплохо.
Недавно на экране я увидел спектакль, поставленный по моей пьесе "Бегущие странники" (Театр Моссовета, постановка Леонида Хейфеца). Так что даже на телевидении иногда бывают приятные неожиданности.
Когда с "Центром драматургии и режиссуры", которым я имею честь руководить, мы бываем на гастролях за рубежом, а это достаточно часто случается, я включаю там телевизор. И должен сказать, что наше ТВ при всех его чудовищных недостатках наиболее живое и эмоциональное. Народ у нас игровой, все актеры по природе. И на телевизионную передачу участники выходят, как на битву. И почему-то все время кричат.
Вообще нашему телевидению, как и всему обществу, безумно не хватает культуры. Нам говорят: "Зритель хочет это видеть". В ответ на эту фразу мне все время хочется напомнить, как возник Московский Художественный театр. В отличие от других театров, которые ставили "то, что зритель хотел видеть", Станиславский и Немирович-Данченко занимались просветительством, ставили то, что считали нужным. И, между прочим, они добились своего — к ним пошел зритель.