За последние 15 лет в мире погибло 580 журналистов, на постсоветском пространстве - 265. Гибнут от рук мафии, террористов, в ходе боевых действий и в застенках. Мировая журналистская общественность борется с этим как может, но счет остается стабильным - 1:0 в пользу врагов свободы слова. Десятки неправительственных организаций ведут мониторинг нарушения наших прав, регулярно публикуя отчеты - объективные и весьма мрачные. По их итогам представители СМИ принимают на своих съездах резолюции и обращения к властям. Все. Больше мы ничего сделать не можем. Статистика ущемления прав прессы растет. Свежий пример - саммит глав государств - членов НАТО в Риге с участием более тысячи аккредитованных зарубежных корреспондентов. Ради обеспечения безопасности его работы власти приостановили на двое суток выпуск всех местных СМИ. Протестов со стороны журналистов практически не последовало. Ведь принимались эти беспрецедентные меры против международного терроризма и ради защиты демократии.
В тот же день в Минске прошел саммит СНГ, куда охрана президента Белоруссии отказалась допустить представителей "Коммерсанта" и "МК". Формально - мотивируя отсутствием каких-то документов, но на деле никто не скрывал: не так писали о г-не Лукашенко. Наши журналисты оказались принципиальнее европейских коллег и всем кремлевским пулом, кроме двух государственных телекомпаний, покинули саммит. Однако это ровным счетом никого не смутило. Президенты обменялись любезностями, обсудили, что было запланировано, подписали документы и мирно разъехались, не особо интересуясь, что подумывают и поделывают представители "четвертой власти".
Но если мы себя не в состоянии защитить, как можно ожидать, что мы способны повлиять на что-то в мире? Власть - это прежде всего сила. Мы же в силах лишь "объективно отражать факты" и даже ставим это себе в заслугу. В народе про такое говорят: выдают нужду за добродетель.
У каждой профессии есть свои неписаные правила. Одно из них гласит: сообщай новости, а свое мнение оставь при себе. Кто это правило нарушит, станет тенденциозным или, еще хуже, ангажированным журналистом и будет изгнан из нашего дружного сообщества. Правило верное, мудро обоснованное и принятое с самыми благими намерениями, которые... сами знаете, куда ведут.
Если запретить делать то, что, хорошо это или нет, делают все, запрет действовать не будет. Просто все вокруг станут нарушителями. А всех, понятно, не накажешь. Зато каждого в отдельности наказать всегда можно. Те, кому по работе ли, в быту ли приходилось подвергаться разного рода проверкам, меня поймут. Например, если вы водите машину на российских дорогах. За рубежом не водил, но подозреваю, и там этот принцип работает, почему и предлагаю назвать его универсальным принципом регулировщика, волне применимым, увы, и к журналистике.
Кто-то, быть может, сочтет мои слова излишне циничными, но журналисты во все времена в той или иной мере поступались принципом объективности. Причем как раз те, что стали эталоном профессии, действовали в этом плане наиболее открыто и решительно. Теоретически именно их наше сообщество должно было бы осудить в первую очередь. И практически так нередко и происходило, если журналист был, к примеру, либерал, а большинство коллег - патриоты. И если наоборот - ровно то же самое.
Хорошо, что в наши дни возможно разномыслие. Проходя в кабинет, я вижу развешенные на стендах портреты звезд отечественной журналистики и думаю, сколько из них осталось бы висеть, будь столь симпатичный нам принцип беспристрастности возведен в абсолют. Готовы мы вычеркнуть такие имена, как Юрий Щекочихин и Михаил Леонтьев, Виталий Третьяков и Алексей Венедиктов, Николай Сванидзе и Анна Политковская? Лично я не готов, хотя не всех их и не во всем считаю объективными. И уж тем более не хочется, чтобы кого-то из них вычеркивали, а кого-то прославляли, а лет через 10 взяли и поменяли местами. Такой "объективности" нам не надо.
Журналист - тоже человек, гражданин своей страны, и никто не может лишить его права иметь и выражать свои убеждения (тем более что за ними такой уровень информированности, какой и не снился среднестатистическому гражданину). Да и выражать их наши коллеги умеют куда как доходчивее и корректнее. Вот не знать чего-то, что-то игнорировать, врать или оскорблять - и впрямь для нас преступление. А объективность - такой же идеал, как святость.
Сегодня в роли эталона объективности выступают журналистские сообщества тех стран, которые принято считать демократическими, хотя насчет демократичности этих стран и объективности тамошних СМИ можно поспорить. Но влияние этих СМИ и дома, и за рубежом колоссально. Большая часть тиражируемой в мире информации приходится на них. Журналистам прочих стран, включая и нашу, рекомендуется учиться на их примере, подтягиваться до их уровня и, главное, считать их точку зрения объективной. Вольно или невольно, соблюдение принципа объективности в журналистике превращается в наихудший вариант политической цензуры - не официальной, где в роли цензора выступает твой коллега.
Но и это не все. Согласно тому же принципу выходит, что журналист, живущий и работающий в куда менее удобных условиях - войны, голода, репрессий, - требующих куда большего профессионального мастерства, не говоря уже о смелости, должен испытывать еще и комплекс неполноценности перед западными коллегами за то, что не как они девственно чист и объективен. Но если сегодня узбекский журналист из "Вечернего Ташкента" или арабский, работающий в "Аль-Джазире", по определению не равен журналисту Си-эн-эн, то что это, как не скрытый расизм?
Вот мы и вернулись к тому, с чего начинали. При таких внутренних разногласиях мировое журналистское сообщество по определению не может выработать единую позицию ни по одной из ключевых проблем человечества. А потому оно и не способно хоть как-то на них влиять и вынуждено лишь "мониторить".
Нет, не журналистика отдельных стран не доросла до западного идеала. Это журналистика в целом не вышла еще из подросткового возраста национальной ограниченности. Вот мировая экономическая элита, та уже в полной мере осознает общность своих интересов. А потому у нее есть свое место встреч - швейцарский городок Давос, где не принято поучать коллег, а положено договариваться на равных. Лидерам информационного пространства тоже нужен свой Давос.
Попытки создать его предпринимались, но пока все ограничивалось крупными региональными форумами либо всемирными, но узкоспециализированными по тематике и составу участников - отдельно для репортеров, редакторов, издателей, вещателей и т.д. Требуется же совещание именно лидеров информационного пространства, тех, кто реально влияет на уровень информированности людей и общественное мнение, независимо от того, являются они медиа-магнатами, создателями значимых проектов или просто авторитетными журналистами. И встречи такие должны быть не просто регулярными - ежегодными, если журналистское сообщество не желает упустить контроль за быстро меняющейся ситуацией в мире.