Сергей Брилев – лицо канала "Россия", ведущий программы "Вести недели", обладатель премии ТЭФИ-2006 в номинации "Лучший ведущий информационно-аналитической программы".
– Сергей, в конце года на вас пролился поток наград: Орден Дружбы от президента, премия ТЭФИ от коллег… Грамота от Генеральной прокуратуры была для вас неожиданностью?
– Если честно, я несколько удивился. Хотя… Генпрокуратура – источник важнейшей информации. В нашем выпуске обычно восемь сюжетов: бывает, что в трех из них – люди в синих мундирах. А может, прокурорские оценили подвиг мой трудовой, зная следующие обстоятельства. Я находился в командировке в Ереване и уже собирался назад в Москву, когда новый генеральный прокурор Юрий Чайка объявил об интригующих перестановках в своем ведомстве, но при этом был недоступен для прессы. Узнав, что он прилетает с рабочим визитом, отменил все свои планы и остался. Перехватил его прямо в VIP-зале ереванского аэропорта в ночи. Так было снято первое интервью Юрия Чайки в новой должности.
– На церемонии ТЭФИ вы благодарили свое руководство за то, что оно терпит от вас демонстрацию "нескольких правд". Что имелось в виду?
– К примеру, мы посчитали нужным показать сюжет, посвященный еще одной версии того, что могло быть с рядовым Сычевым (кстати, пробудив недовольство в рядах прокуратуры). "Вести недели" – единственная программа в федеральном эфире, где регулярно можно увидеть весь спектр российской политики. В том числе лидеров оппозиции Белых, Явлинского, Зюганова.
– Соблюдается ли в вашей программе баланс разных политических сил?
– Искренне полагаю, что наша программа – это сбалансированное вещание. Баланс политических сил – тех из них, которые дееспособны, участвуют в выборах и стремятся в них побеждать, – у нас соблюдается. Обозначу четкий критерий. Россия – страна не свободная, не будем себя обманывать. И она – не демократия в западном понимании этого слова. Но в России создана уникальная политическая система, в которой наконец-то появились правила. С ними можно соглашаться или не соглашаться, но они есть. Одно из правил – участие в политической борьбе и создание, регистрация партии количеством в 50 тысяч человек. Условие не совсем справедливое, но и не самое драконовское. В стране численностью 142 миллиона не так уж тяжело его выполнить. Часто спрашивают: почему вы не показываете такого-то? Показываем, когда есть повод. Когда Маяковка была заполнена двумя тысячами митингующих, а соседние улицы – таким количеством ОМОНа, что казалось – наступило вторжение марсиан, – мы показали всех. Крупный митинг обойти невозможно.
– Вы с иронией подавали "марш несогласных", назвав его "протестным коктейлем"…
– Там не было ни одной партии в 50 тысяч. Пришли две тысячи – где остальные 48?.. Я не понимаю, почему на статус постоянно освещаемых должны претендовать люди, которые либо не могут, либо не хотят создавать дееспособную политическую структуру.
– В той же передаче вы приветствовали акцию ряженых в Дедов Морозов "Наших"...
– И даже сделал принципиальную смычку между этими двумя массовыми выступлениями.
– Но нужна ли была ветеранам акция "Вернуть утерянный праздник" - Новый год 41-го? 70 тысяч красных шубеек, 70 тысяч билетов до Москвы и обратно!
– Насколько мне известно, бюджетных денег потрачено не было. Шубейки, как вы выразились, и проч. – таково было решение давших деньги. Кстати, люди, проспонсировавшие акцию "Наших", финансируют, по моим сведениям, программы помощи старикам и детям...
– Вы не собираетесь вступать в "Единую Россию"?
– Я считаю, пока ты – эфирный журналист, не имеешь права на партийность. За кого я голосую – мое личное дело (всегда голосовал за СПС и Явлинского), а кого я показываю в программе – дело общественное. Я отдаю должное "Единой России", доказавшей свое фантастическое умение выигрывать выборы из раза в раз. И даже стал в декабре организатором первого межпартийного контакта между британской Консервативной партией и "Единой Россией". Мне импонирует, что в ее составе – очень разные депутаты, часть из которых является носителями либеральной идеологии и в рамках "Единой России" добивается в парламенте много большего, чем демократы, которые говорят много, но почему-то не выигрывают. В проигрыше СПС и "Яблока" вина не Кремля, а самих этих партий и их избирателей.
– От кого зависит, какая новость идет в программе первой?
– Мы верстаемся сами: решает бригада. Если "Вести недели" – флагман информационного вещания канала "Россия", то руководит им адмирал Олег Добродеев. Он и Андрей Быстрицкий имеют самое непосредственное отношение к созданию программ.
– Когда произошло убийство Анны Политковской, итоговые программы начинались этой печальной новостью, а "Вести недели" вспомнили о ней на 49-й, что ли, минуте вещания.
– Когда я верстал программу, посчитал нужным начать не с этой новости. При всем моем уважении к Политковской, про которую я сам узнал еще в 1995-м, когда работал на первой чеченской, процентов 80 аудитории не знают, кто такая Политковская, работавшая в газете с тиражом в 50 тысяч экземпляров. Я поставил материал на начало второй части – самое "рейтинговое" место программы. Занял он по времени две минуты, с синхроном Дмитрия Муратова, главного редактора "Новой газеты" и моим утверждением, что Анна Политковская была последовательным критиком российских властей. Лучше было бы обойтись 15 секундами, зато в самом начале? Первой новостью я тогда дал арест наших военных в Грузии – со ссылкой на коллег из той же "Новой газеты" о преследованиях в Москве школьников с грузинскими фамилиями со стороны милицейских органов. Что в том выпуске стало еще одним знаком уважения к правозащитному движению. Поэтому было занятно услышать мнение критиков о якобы заказе Кремля. Если кто-то искренне полагает, что ссылка на "Новую газету" и рассказ о произволе милиции есть заказ Кремля... В России существует несколько правд, и убогостью российской политической культуры является как раз то обстоятельство, что люди считают свою правду единственно возможной. Одни были возмущены, что убийство Политковской не пошло первой новостью, – они не подумали о других, которые считают, что первой новостью это быть не может. Само упоминание имени Политковской у значительного числа наших зрителей вызвало недоумение. Потому что у них – другая правда. Демократия состоит в том, чтобы допускать и уважать другие точки зрения. НГ