В некоторых кругах радиослушателей принято считать, что с тех пор, как "Радио Петербург" перешло на третью кнопку, его дела идут все хуже и хуже. Ушли оттуда многие авторы, поменялись программы… Да и то, что есть сейчас, слушать стало сложнее - трехпрограммные приемники во многих квартирах сломаны. Однако не так все плохо, даже напротив: "Радио Петербург" активно развивается, уверен директор программ этой радиостанции Юрий Радкевич. Своими мыслями на эту тему он поделился с корреспондентом Лениздат.
Юрий Ольгердович, вы можете определить, какую нишу сейчас занимает Радио "Петербург" в городском эфире?
- Думаю, что культурологическая направленность нашего радио определилась за 83 года его работы, особенно в военное и послевоенное время. У нас же свои традиции радиотеатра. Пятнадцать-двадцать лет назад в середине дня здесь, в Доме радио, находился весь цвет актерского Ленинграда - Меркурьев, Симонов, Толубеев, Борисов, Ландграф… Слава богу, сейчас нами сотрудничают такие люди, как Иван Краско, Валерий Никитенко, с недавних пор и Наталья Данилова. Так что вот она, ниша, которая и конкурентов-то не имеет. Мы сохранили это литературное вещание благодаря огромному количеству архивных записей.
А как же другие темы?
- Многие городские события отражаются в "Петербургской панораме", которая идет утром. Потом начинается музыкально-литературный канал "Полдень". С пяти часов вечера - информация по социальным проблемам ("Город и горожане"), а после семи - радиоканал "Культура".
Теперь о тех, кто все это освещает. С тех пор как ваше радио ушло на третью кнопку, его покинуло некоторое количество журналистов. Пытались ли вы их чем-то удержать или это бесполезно?
- Безусловно, удерживать бесполезно. Да и сейчас некоторые люди уходят в другие редакции. Анастасия Тульчинская, например, или Саша Толубеева - замечательный специалист по вопросам культуры. Было время, когда она была здесь единственным корреспондентом. Ведь у нашей радиостанции были очень сложные времена. В начале августа 1998 года произошло ее акционирование, потом грянул дефолт, а вслед за этим здесь перестали выплачивать зарплату. Четыре месяца мы жили без денег, и в этот период, конечно, потеряли некоторое количество своих журналистских кадров. Но те, кто остался, - настоящие профессионалы, влюбленные в свое дело.
А те, кто ушел на "Радио России"?
- Было очень неприятно, когда я узнал, что некоторые из наших лучших сотрудников уходят туда. Но эти люди, работавшие у нас, уже не видели перспективы, они не хотели ждать и терпеть. Так что их можно понять. Многое на нашей радиостанции изменилось с началом работы в городе Валентины Ивановны Матвиенко и руководителя ТРК Марины Львовны Фокиной. Тогда и началось сотрудничество с первой кнопкой. Сейчас там идут наши концерты по заявкам и музыкальные программы Владимира Фейертага. А 8 мая этого года мы с ведущей "Радио России" Еленой Морозовой вместе вели эфир с Пискаревского кладбища... Это, наверное, был пик установившегося доверия и сотрудничества двух станций. Я очень волновался, ведь сценарий написан заранее, и нельзя ошибиться ни в одном слове. К слову: раньше за ошибки и оговорки дикторов либо увольняли, либо серьезно наказывали. А сейчас некоторые послабления неизбежны при большом потоке молодых журналистов. Довольно многочисленный набор в штат у нас произошел около двух лет назад. И сейчас большинство корреспондентов - это бывшие практиканты. Думаю, что большая часть из них останется. Кстати, некоторые участники программы "Диджей-клуб" Вадима Ананичева тоже начинают вести свои рубрики.
Расскажите поподробнее про эту программу…
- У нас диджей - это отчасти конферансье, но в большей степени музыкант, который компонует музыкальные произведения. В его программе может быть собрано от 5 до 25 песен, смикшированных на компьютере. Некоторые ребята сами пишут музыку - это высший класс. Все они соревнуются, получают награды и сейчас можно сказать, что эта программа уже нашла своего слушателя.
Как вы думаете, изменилась ли аудитория вашей радиостанции за последние 10-15 лет?
- Для того чтобы дать такую оценку, надо провести серьезные исследования. У меня есть свое представление о нашей аудитории, которое не совпадает с официальными данными примерно в два раза. Социологи определяют количество наших слушателей в пределах 600 000 человек. Но мне кажется, что на самом деле их примерно в два раза меньше. И это вполне достаточно для города, где работает около трех десятков радиостанций. Перемены в самой аудитории отследить трудно, но я точно знаю, что сейчас многие слушают за рулем аудиокниги. И такие люди не могут не ценить нашу радиостанцию.
А программы, рубрики у вас часто меняются или сетка вещания устоялась за много лет?
- По блокам она, конечно, устоялась. Но иногда появляется и что-то новое. Например, сейчас мы с писателем и поэтом Юрием Шестаковым обсуждаем концепцию будущей программы "Родная речь". Так обычно и происходит - люди приходят и приносят новые идеи.
Есть такие личности, которых вы никогда не пустите в студию этой радиостанции?
- Несколько лет назад было такое. Допустим, мы могли кого-то из Законодательного собрания не приглашать. Сейчас мы не зовем в студию тех, кого считаем вредными для общества, - например, саентологов или экстремистов. Кроме того, с некоторых пор я больше не приглашаю в программу "На перекрестке мнений" одного известного политолога. Он, разумеется, жаловался на это даже в правительство города, но я сказал твердо: человек, который почти что матерится в нашем эфире, там больше не появится. Надо же быть ответственным за свои слова.
Получается, что ваша радиостанция до сих пор так чутко относится к языку?
- Безусловно. Сейчас у нас работают трое дикторов, которые были здесь еще во времена Ленинградского радио - это Галина Колосова, Александр Алексеев и Николай Болоцкий (первый человек, который вернулся к нам после "Радио России"). Наша главная задача - сохранить языковой родник, в котором звучит настоящая, чистая русская речь. Опасность для русского языка - в вульгаризмах. Например, широко распространено сейчас слово "менты". В принципе, мы можем его упомянуть, если говорим о сериале, но в других случаях - никогда.
По-моему, это не принято даже на FM-радиостанциях.
- Смотря на каких. Сейчас на ФМ вообще много вульгарных словечек, а некоторые диджеи откровенно копируют манеру ведущего на боксерском ринге.
Но многие слушатели любят ФМ-станции да и вообще радио за счет прямого эфира. А насколько велика его доля у вас сейчас?
- Порядка 9-11 часов из 19 часов вещания.
Скажите, а в рамках этих 19 часов есть какие-то жанры и направления, которые сейчас надо бы подтянуть, активно развивать?
- Я думаю, что надо развивать детское вещание. Есть программа "Дети и творчество" и небольшая рубрика в "Панораме" под названием "Вместе с Машей". Но полноценное вещание для детей требует выделения отдельной редакции. Была же она раньше…
Но если говорить о проводном радио в целом, то как вы видите его роль в развитии общества? По сравнению, допустим, с телевидением…
- Я думаю, что нашу станцию большинство людей слушают уже не на радиоточке, а на волне 69,47 FМ. Хотя и проводное хозяйство города работает над новыми технологиями передачи радиосигнала. Телевидение может показать реально, что происходит, но оно делает из тебя раба, а радио в такой степени не поглощает человека. По некоторым прогнозам кино должно было уничтожить театр, а телевидение - уничтожить кино. Но ничего этого не произошло. Человек устроен так, что слушать для него - привычное занятие. Он слушает радио, чтобы воспринимать информацию, эстетически развиваться.
В связи с этим могли бы вы определить, куда движется сейчас "Радио Петербург", какие у него перспективы и есть ли планы возвращения на Первую кнопку?
- В свое время, когда "Радио России" заняло первую кнопку, все было приведено в соответствие с законом. И никому не хочется этот закон нарушать. Кроме того, "Радио Петербург" существует уже 83 года, и думаю, что проживет еще не меньше этого срока. В том и заключается его главная перспектива. Мне кажется, есть будущее за таким форматом, какой был на Ленинградском радио. В нем есть все - и классика, и эстрада, и литература, и драматургия, и политика, и публицистика… Этот формат надо беречь, над ним надо много работать, чтобы не терять качество.
Можно ли сказать, что вы поддерживаете имидж Петербурга как культурной столицы?
- Каждый день об этом, конечно, не думаешь. Но мне кажется, должно произойти какое-то вырождение в обществе, чтобы Петербург перестал быть культурной столицей. И если наша работа будет поддерживать имидж города в этом плане, то я считаю, что радио на сто процентов выполняет свои задачи.