Медиановости

25 июня 2007 17:17

За себя любимого

За себя любимого

Владимир Соловьев зашел в кафе, где мы договорились встретиться, и кратко представился: "Я – Вован". Когда официантка спросила, можно ли к горячему принести соусы, он благосклонно ответил: "Можно. Сегодня все можно, я демократичный сегодня". Мне стало интересно.

А завтра?

– Завтра – не знаю. Все может быть.

Недавно вы написали книгу "Мы и они. Краткий курс выживания в России". Сами все еще боретесь за существование или уже живете на полную катушку?

– Процесс выживания у меня ежедневный. Идешь по улице, вдруг – раз и наступил… хорошо, если в лужу. А до этого казалось, что жизнь удалась и ботинки сухие. А если наступил не в ту лужу, то еще и запах остался. Давайте уточним: я книгу написал не о том, как своровать миллион или как совращать девушек на улице и жить за их счет. В чем суть выживания, с моей точки зрения? В том, чтобы остаться верным себе. Главная борьба – за себя любимого.

Побеждаете?

– Не мне судить. Сколько вокруг людей, которые считают, что у них все хорошо! Они такие замечательные и тонкие, живут на Рублевке. А со стороны смотришь – просто трупики ходят. На все тела душ не хватает.

Вам приходилось по-настоящему выживать? Бороться за существование в прямом смысле этого слова?

– Я из очень небогатой семьи: были периоды, когда отмечал праздник последнего доллара. Но к такому положению вещей всегда очень спокойно относился. Не ложился на диван, не заламывал руки и не причитал: "Боже мой, что делать-то?" А стриг траву, продавал огнетушители, разносил почту. Мне искренне непонятно, как может человек, у которого есть семья, работать учителем за семь тысяч рублей. Если ты приходишь домой, а там у тебя голодные дети и голодная жена, ты просто мерзавец! Меняй профессию, потому что работа учителя больше семи тысяч не стоит!

А не слишком ли вы категоричны?

– Не слишком. Если общество говорит, что работа учителя стоит семь тысяч и учитель с этим соглашается, то, значит, его работа столько и стоит. А почему он соглашается? Потому что знает, что доберет другим способом. Если бы все учителя или милиционеры сказали: мы не можем получать такую зарплату за наш труд – это слишком мало, общество нашло бы способ платить другие деньги.

Но все бедные бюджетники начинают находить способы добирать. Учителя, врачи праведно возмущаются маленькими зарплатами, но они не говорят о своих реальных доходах.

Жестко.

– А я абсолютно во всех вещах человек жесткий. Помочь, если надо, помогу, а вот жалеть не буду. Жалеть лентяев и тунеядцев не буду. Руки есть, ноги есть – иди паши. Что, злой я человек?

Нет, вы очень добрый. Добрый, добрый Бармалей, ест он маленьких детей… Вы нередко крайне нелицеприятно отзываетесь о разных публичных персонах. Обижаются?

– Бывает. Мне иногда звонят и говорят: "Знаешь, он так обиделся". На обиженных, как известно, воду возят. Конечно, многие меня ненавидят.

Догадываетесь за что?

– За то, что я такой, какой есть. Ни под кого не прогибаюсь. Говорю то, что думаю. Работаю на телевидении и при этом никого не предаю.

А какова цена?

– Цены нет. Цена – жизнь.

Вас, между прочим, называют любимым телеведущим президента.

– Удивительно, потому что я эту любовь не чувствую никаким образом. Меня просто умиляет! С чего это решили? У меня ни званий, ни наград, ни лимузинов правительственных.

Может быть, эта любовь проявляется в том, что вам разрешено больше, чем другим?

– Вот я вам говорю: вы – мой любимый журналист. Я вам разрешаю больше, чем другим. Притом я, обратите внимание, до этого вам ничего особенного не запрещал.

Вас самого легко обидеть?

– Очень трудно.

Что вас больше всего раздражает в окружающей действительности?

– То, что в обществе исчезает камертон нормальности.

А вы уверены, что сами созвучны этому самому камертону?

– Не уверен. Хотя в социальном плане я относительно нормален, по крайней мере по улице с топором не бегаю. А еще меня огорчает, что в последнее время лица вокруг стали хуже.

Может быть, в зеркало надо посмотреть?

– Может, и в зеркало, а может быть, лица действительно стали хуже. Меньше работы над собой. В школах хуже учат, в институтах, люди стали меньше читать, телевизионные программы делаются не от души. Все вокруг говорят: "Ой, я смотрю только канал "Культура!" Однако рейтинги канала "Культура" явственно дают понять: ты не только не смотришь канал "Культура", но еще и нагло врешь. Кстати, сам я этот телеканал практически не смотрю.

Вы редкий оптимист. Скажите, а счастье – есть?

– Долгое время я был очень несчастным. Успешным был, образованным был. Счастливым – нет. Я вполне продуктивно занимался бизнесом, но было скучно. И в один прекрасный день я сказал себе честно: "Зачем? Кому я вру? Любви в семье нет, любимой работы нет. Зачем я этим занимаюсь?" И все поменял. Теперь я абсолютно счастливый человек.

Формула счастья проста: утром уходить на любимую работу, а вечером возвращаться к любимой женщине. Очень простая формула. Но ведь сколько людей постоянно ноют вокруг, что ненавидят свою работу и свою жизнь.

А если однажды вас по какой-то причине не пропустят через проходную в "Останкино", сумеете остаться счастливым человеком?

– Да. Потому что я пришел на телевидение самостоятельным взрослым дядькой. И если меня не будут показывать по "ящику", я не стану причитать: "Какой кошмар, меня никто не узнает!" Мне, в принципе, не нравится, когда меня узнают.

Известно, что мэр Самары Тархов подал на вас в суд за оскорбление чести, достоинства и деловой репутации во время теледебатов, которые вы проводили во время выборов мэра в Самаре осенью прошлого года. Судебный иск рассматривается?

– Рассматривается, и это долгоиграющее дело. Я прилетел на эти дебаты в Самару за свой счет. С дебатов будущий мэр ушел уже через несколько минут после их начала, заявив, что может оплатить только часть эфирного времени. Если бы я знал об этом заранее, то никуда не полетел бы. Мне не понравились оба кандидата. И одному, и другому кандидату в мэры я задавал резкие вопросы. Но Лиманский на них отвечал, а Тархов просто ушел. Теперь на это судебное разбирательство я трачу время и деньги, которые мне в случае победы никто не компенсирует. А жизнь в Самаре лучше не стала.

Правда, что вы готовите новую книгу – послание всем гламурным девушкам?

– Да, это будет очень жестокая книга, название – "Как не попасться на разводную крысу". Очень, очень злая.

Чем вам, собственно, не угодили гламурные девушки? Красивые такие, с длинными ногами. К тому же вы и сам вполне гламурный персонаж.

– Вы меня хоть раз на светской тусовке видели?

Я там не бываю.

– И я не бываю. А книга – это такие наблюдения за гламурными девушками. Им же кажется, что никто не понимает их разводок, что они такие волшебные, шоколадные и все на них должны падать – просто золотое колечко в одном месте. А это так наивно. Понимаете, мужчины все видят. Силиконовое, искусственное они моментально замечают. Кого, спрашивается, обманываем?

То есть вам больше по сердцу натуральные женщины?

– Это с небритыми подмышками и запахом пота? Нет. Мне нравится, когда женщина хорошо выглядит и работает над собой. Если женщина после двадцати пяти не сумела сделать из себя красавицу, значит, она не очень умна.

Вам не кажется странным: все вокруг говорят о гламуре, пишут об этом книги, снимают фильмы. Даже те, про кого и не подумаешь.

– Тема очень серьезная. Гламур – это такая псевдокультура. Эдакий псевдосвет, который уж слишком сильно людям застилает глаза. Почему я Ксению Собчак не люблю? Потому что она пошлая. Пошлость – это когда людей не любят. Поэтому для меня Ксения Собчак, Михаил Зурабов и Роман Трахтенберг – явление одного порядка. А вот Стас Садальский, он совершенно не пошлый, хотя и какую-нибудь скабрезность может сказать. Потому что от него любовь исходит, и талант, и тепло. Так вот, для меня гламур – это когда меха и брюлики, а белье грязное и задницу забыли подтереть.

Досье "ВМ"

Владимир Соловьев родился в Москве в 1963 году. С отличием окончил Институт стали и сплавов, а также аспирантуру Института мировой экономики и международных отношений. Кандидат экономических наук. Преподавал экономику в университете штата Алабама. Занимался бизнесом. С 1997 года работает на радиостанции "Серебряный дождь", автор и ведущий программы "Соловьиные трели". Телевизионную карьеру начал в 1999 году, появившись в качестве ведущего одновременно в двух ток-шоу: "Процесс" на канале ОРТ и "Страсти по Соловьеву" на ТНТ. Затем были авторские программы: "Завтрак с Соловьевым" и "Соловьиная ночь" на ТВ-6, а также "Смотрите, кто пришел!" и "Поединок" на ТВС. Ведущий программ "К барьеру!" и "Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым" на НТВ.

Женат, имеет шестерых детей.

Полный текст интервью

Дарина Шевченко