Существует ли цензура в современном российском медиапространстве? В чем она выражается и надо ли с ней бороться? Ответы на эти вопросы попытались найти участники научно-практического семинара на факультете журналистики СПбГУ.
Несмотря на то что встреча намечалась в разгар предвыборной кампании в Госдуму, организаторы постарались не затрагивать эту тему. Семинар посвятили тихому и мирному международному празднику — Всемирному дню телевидения, который традиционно отмечается 21 ноября.
Однако дискуссия получилась не совсем праздничная. Возможно, причиной тому послужила и ее тема: "Проблемы цензуры в условиях глобализации информационного процесса". А подобные сюжеты неизменно вызывают сильные эмоции как у консерваторов, так и у либералов.
К сожалению, с самого начала планы организаторов пришлось поменять. Как было заявлено, в семинаре должны были принять участие два столпа питерского медиарынка — генеральный директор телеканала СТО Михаил Великосельский и главный редактор петербургских "Вестей" Антон Губанков. Они должны были познакомить аудиторию с принципами информационной политики, соответственно, частного и государственного телевидения. Далее планировалось устроить широкую дискуссию, где оба фигуранта столкнулись бы в принципиальном споре. Но, к разочарованию присутствующих, Великосельский не мог находиться в этот день в Петербурге, а Губанков отказался, сославшись на плохое самочувствие.
Организаторы семинара — кафедра радио и телевидения и кафедра истории журналистики — приложили все усилия, чтобы в отсутствие столь ярких участников разговор о цензуре состоялся на достаточно эмоциональном уровне. Так, профессор Геннадий Жирков прочел собравшимся свой доклад "Журналистская свобода — это коридор со стенами". Как пояснил Геннадий Васильевич, эту цитату он позаимствовал из выступления телеведущего Владимира Познера, который неизменно призывает к борьбе за свободу слова. В докладе были приведены и слова художника Михаила Шемякина, который констатирует "американизацию" русского сознания. Профессор Жирков проанализировал причины подобного положения. По его мнению, в последние десятилетия в мире бушуют информационные войны, в результате одной из которых и развалился СССР. Неизбежно процессы глобализации, в том числе и информационной, стали развиваться и в России. Сегодня можно уже говорить о создании новой техногенной среды обитания, где прежние системы ценностей виртуализируются.
Но, как отметил профессор Жирков, не следует трактовать все эти процессы только в негативном ключе. Компьютеризация подхлестнула развитие информационного пространства, но не оставила школьникам достаточно времени для изучения грамматики родного языка. "Возможно, — лукаво заметил Геннадий Васильевич, — скоро грядет появление новой компьютерной грамотности. Просто мы еще к этому не готовы и сокрушаемся, что молодежь не желает учить правописание". А ведь есть проблемы и поважнее. Например, интернет — это "дикий рынок, в котором товары не сертифицированы". Там широко представлены все отрыжки глобального общества потребления — специальные сайты для наркоманов, террористов, педофилов, националистов и т. п. Профессор Жирков констатировал: "Общество нарушило равновесие в информационном процессе, а здесь нужен контроль".
К вопросу о цензуре вернул аудиторию заведующий кафедрой радио и телевидения Сергей Ильченко. Он предложил задуматься о смысловой составляющей этого понятия: "Цензура — это не запрет, а оценка". И стоит ли бесконечно рассуждать — нужна ли в современной России цензура? В Конституции прямо говорится о свободе слова, свободе информации и упразднении цензуры. Однако в обществе, судя по социологическим опросам, большинство граждан (около 80%) выступают за введение цензуры в СМИ.
По мнению Сергея Ильченко, свобода слова стала понятием, которым активно манипулируют на Западе. Например, оттуда нередко доносятся упреки, что в России "уже введена политическая цензура". Сергей Николаевич убежден, что "это передергивание фактов и смещение понятий" — нельзя сравнивать цензуру и "попытки ограничивать информационный беспредел". Кроме того, об отсутствии политической цензуры свидетельствует само существование таких оппозиционных СМИ, как "Эхо Москвы", "Новая газета" и т. д. Другой разговор о так называемой "информационной политике", которая оказывает давления на большинство российских (да и зарубежных) журналистов.
Здесь Сергей Николаевич рассказал любопытный эпизод из своей собственной журналистской практики. Некоторое время назад он написал статью, в которой достаточно критично отозвался о Михаиле Швыдком. Предложив эту статью в одну из петербургских газет, он получил отказ. Как объяснил ему главный редактор, банк, который финансирует эту газету, планирует с Министерством культуры некий проект, и критика Швыдкого может быть расценена как признак недружелюбия и нелояльности.
Но можно ли в этой ситуации говорить о цензуре? Сергей Ильченко считает, что нет. "Ведь я бы мог отнести эту статью в другую газету — например, в "Дело" — где ее, вероятно, с удовольствием бы напечатали". Таким образом, именно информационная политика регулирует современные СМИ. А как она формируется? Здесь уже более тонкие материи. Существуют уже целые медиахолдинги, которые финансируются гигантскими корпорациями. Самый яркий пример в Петербурге — Балтийская медиагруппа, которая контролируется Газпромом. Очевидно, что в изданиях этой группы никогда не появятся критические замечания об Охта-центре и т. п. Если сейчас и существует цензура, подчеркнул Сергей Ильченко, то это цензура денежного мешка. И противостоять такому давлению чрезвычайно сложно, поскольку это явление объективное, как результат развития информационного рынка.
Но самая страшная цензура, по мнению Ильченко, это цензура технологическая. Засилье интернета вовсе не способствует демократизации общества, а "человеку трудно противостоять машине". Да и для того, чтобы пользоваться интернетом, сегодня нужны деньги (на покупку компьютера, на оплату провайдеру) и знание английского языка. А это доступно далеко не всем. Следовательно, подчеркнул Сергей Николаевич, интернет — "это самое недемократичное явление".
Таким образом, можно сказать, что в России на СМИ оказывается определенное давление. Но какого рода это давление и нужно ли ему противостоять — это, возможно, темы для будущих дискуссий.