Чем отличается современная версия "Иронии судьбы" от рязановского оригинала (оставляя за скобками неизбежное утверждение, что подлинник всегда лучше копии)? Да тем же, чем и вся наша нынешняя жизнь от середины семидесятых: лирическую комедию попытались подменить пустыми словечками "сиквел", "римейк" и "блокбастер". В отличие от авторов фильма-оригинала, "просто" и "старомодно" снимавших хороший фильм, на сей раз в первую очередь были озвучены фантастические планы продюсеров: получить грандиозные кассовые сборы (порядка 50 млн. долларов); в прессу "просочились" детали организованной вокруг ленты беспрецедентной секретности; рассказывали о том, что перед выходом в прокат нового фильма (сразу на тысяче экранов – ещё один рекорд: в истории нового российского кино ни один фильм не выпускался так широко) к каждой копии приставлены по два охранника, которые доставляют ленту в кинотеатры, а после показа увозят в спецхранилище. Говорят, что в России для этой операции будут задействованы 2000 охранников.
Если это правда, то лучше бы этих охранников занимали на премьерном показе: я смотрел премьеру (на сеансе в 20 часов) в компании примерно человек двенадцати, а с шестичасового сеанса вышло и того меньше народу. Похоже, не повёлся обыватель на рекламу, да и немудрено: во-первых, бомбить электорат какой бы то ни было рекламой сразу после выборов просто недальновидно. Во-вторых, новодел сам по себе – это нечто вроде большого рекламного ролика, где в клиповой манере так и мелькают бренды, товарные знаки, вывески, логотипы, и так далее. Добро бы неизбежные пиво и водка: но задушевные разговоры на кухне, сопровождаемые "ненавязчивым" показом на камеру "любимой марки" майонеза, опошляют любую сцену – чувство меры продюсерам явно изменило. Подкраситься героини могут только лишь после того, как зритель рассмотрит марку их косметики. Дошло до какого-то курьёзного абсурда: стоило днём почитать и посмотреть новости о том, как губернатор Петербурга и другие официальные лица торжественно открыли первую очередь российского завода "Тойота" в Шушарах, а чуть позже и сам президент Путин обласкал рукой радиатор первой российской Camry, – как тут же видишь в "Иронии судьбы-2" (премьеру которой назначили именно на 21 декабря!) навязчивую "контекстную рекламу" той же модели.
Единственное, что греет душу – так это рассказы о том, что фильм как минимум два года не покажут по ТВ. Дай-то Бог: наш телеэфир и так безобразно переполнен рекламой.
Кто сказал: мол, "продолжения" писать нельзя? Конечно, можно! Артур Конан-Дойл и тандем Ильфа и Петрова даже воскрешали своих главных героев. И кто скажет, что это было плохо? Тут главный вопрос: кто именно пишет продолжение и зачем. Рязанов, Брагинский и Таривердиев (их смело можно назвать соавторами) создавали кино о людях и для людей – получился тончайший лирический и добрый шедевр, уже более тридцати лет пользующийся любовью миллионов зрителей; фильму даже установлена мемориальная доска. Рязановская "Ирония", если угодно – добрая сказка для взрослых. А к историям, которые можно закончить фразой: "Они прожили очень долго и счастливо и умерли в один день" продолжений обычно не пишут.
Однако в новом фильме на смену искусству пришёл гламур – со всеми вытекающими последствиями. С самого начала у создателей нового фильма не всё в ладу с логикой: герои Брыльской и Мягкова когда-то почему-то расстались (впрочем, в финале новой ленты они вновь обретают друг друга), а "новая" Надя (довольно блеклая роль Елизаветы Боярской) – дочь Нади и Ипполита; за отсутствием московской невесты Лукашина Гали она воплощает стервозность последней. Чем уж она полюбилась Лукашину-Хабенскому (который, как выясняется в конце, попал в квартиру не случайно, а вызвал слесаря, чтобы открыть замок!), вообще непонятно. Из окна стандартной новостройки на 3-ей улице Строителей, дом 25, видна "Аврора". Нелепостей много, перечислять их просто скучно. Становится жаль актёров старой гвардии, оказавшихся в роли свадебных генералов на то ли каких-то дискотечных поминках, то ли "кислотных" торжествах в честь своей замечательной работы тридцатилетней давности.
Как и у всякого человека, воспринимающего гламур без кавычек и на полном серьёзе, у Тимура Бекмамбетова есть персонажи, но нет личностей; иногда есть приколы, но совершенно отсутствует драматургия. Самая "крутая придумка" нео-сценаристов заключается в том, что пьяны все практически с самого начала: непросыхающий Дед Мороз (Михаил Ефремов); четыре милиционера, от сержанта до майора – разумеется, лыка не вяжут. Колошматит с похмелья и Хабенского, большую часть фильма вынужденного клонировать слова и поступки Мягкова из "прошлого" фильма; не пьян, но в упоении своим актёрствованием пребывает Сергей Безруков в пусто-картонной (но очень ему подходящей) роли провинциального выскочки Ираклия. Трезв только Лукашин-старший – от того, видимо, и парится (с пьющими "правильные" сорта водки и пива) героями Ширвиндта и Белявского, расхаживая по бане и заходя в парилку в верхней одежде и пальто.
В общем, новый фильм – это лучшая иллюстрация бессмертных слов Ипполита: "Как скучно мы живем! В нас пропал дух авантюризма, мы перестали лазать в окна к любимым женщинам, мы перестали делать большие хорошие глупости". Боюсь показаться пессимистом, но сдаётся мне, что "Семнадцать ДОЗОРОВ весны" Эрнста-Бекмамбетова уже не за горами.