Медиановости

15 мая 2008 13:47

Суд над телефонным правом

Во вторник, 13 мая, в Дорогомиловском районном суде Москвы, где рассматривается иск о защите чести и достоинства сотрудника администрации президента Валерия Боева к теле- и радиоведущему Владимиру Соловьеву, первый заместитель председателя Высшего Арбитражного суда РФ Елена Валявина дала показания о том, что упомянутый Боев пытался оказывать на нее давление при рассмотрении конкретного судебного дела. Механизм такого влияния, согласно ее пояснениям, основывается на том, что истец "присутствует как представитель президента на заседаниях Высшей квалификационной коллегии судей, где может обнародовать определенные материалы, от него зависит также скорость назначения судей на должности". (О том, что Боев "командует Высшим Арбитражным судом", Соловьев упомянул в своей программе на радио "Серебряный дождь" несколько месяцев назад.)

В любом судебном деле есть содержательная сторона, а есть вопрос о доказательствах: даже если все вроде бы понятно, при отсутствии доказательств обвинительный приговор вынесен быть не может. Система принятия судебных решений, в народе называемых "заказными", в целом понятна. Она основывается на сложившемся порядке назначения судей "президентом": сам он, разумеется, с сотнями кандидатов в судьи не знакомится, анкеты отбирает и кладет ему на стол некая аппаратная структура. Теперь из показаний г-жи Валявиной мы узнали, что она называется: "Управление по кадровым вопросам и государственным наградам", а конкретнее — г-н Боев, но, вероятно, не только он и не он там главный. Более точно трудно сказать, поскольку работа "Управления по государственным наградам" в этой области полностью непрозрачна. Этого довольно, чтобы в каждом суде, от районного до высших, было по одному или по несколько судей, которые так или иначе что-то должны г-ну Боеву или кому-то из его коллег: они-то и рассматривают те дела, которые в народе называют "заказными".

Схема понятна всем, кто имеет дело с судами, но пока наши догадки о ней не опирались ни на какие процессуально закрепленные доказательства. Теперь они есть. Но сразу возникает закономерный вопрос: что же судьи раньше-то молчали (за редким исключением вроде судьи Ольги Кудешкиной, чья карьера закончилась печально), ведь давление на суд со стороны высокого чиновника — это преступление? Тут надо понимать следующее. Во-первых, теле- и радиоведущий Соловьев никогда не претендовал на то, что он самостоятельно добывает какую-то информацию, то есть информацию о коррупции в арбитражных судах несколько месяцев назад ему кто-то "слил". Во-вторых, матерый чиновник из администрации президента защищает не столько собственное достоинство, сколько сложившийся порядок, и он никогда не решился бы на публичный судебный спор, если бы не был уверен в обычном молчании судей. Наконец, маловероятно, чтобы заместитель председателя ВАС РФ нарушила это молчание, не согласовав свой шаг в той же администрации президента (но какого?).

Отсюда вывод: в высших эшелонах судебной власти готовятся (хотя не факт, что будут произведены) кадровые перестановки. На это же косвенно указывает и возведение Ларисы Брычевой, начальника Главного государственно-правового управления президента, дополнительно в ранг помощника Дмитрия Медведева. Брычева известна в достаточно узких кругах, но там уж она хорошо известна, и порядок, сложившийся в "Управлении по государственным наградам", по каким-то причинам ей, вероятно, не нравится.

Приведут ли вероятные перестановки в руководстве судебной системы к радикальному улучшению ее деятельности? Разумеется, нет. Тут нужны не столько кадровые, сколько системные решения. Два наиболее очевидных: нужны большая прозрачность в назначении судей и изменение порядка распределения дел между судьями, который на сегодняшний день почти полностью зависит только от воли председателей судов. Н

Леонид Никитинский, обозреватель "Новой"