Медиановости

5 июля 2008 13:21

Владимир Вяткин: для фотографа, у которого нет воображения, нет будущего

"Я тот самый Вяткин, как сказал Китаев" - с таких слов началась встреча с преподавателем факультета фотожурналистики МГУ Владимиром Вяткиным. Мероприятие состоялось в рамках международного фотосеминара "Профессия - фотография", который в эти дни проходит в Петербурге.

Сейчас Вяткин, проработавший 40 лет в РИА, разочарован в фотожурналистике, которую "усыпили телевидение и Интернет". По его мнению, ее необходимо омолодить. Он бросил все свои силы на преподавание фотографии: "Моя задача научить людей писать о фотографии, разбираться в ней".

По мнению Вяткина, будущее российской фотографии лежит в открытых аукционах, как на Западе, в коммерческой основе фотоискусства.

Сейчас, по словам фотографа, "время пулеметчиков", а он – снайпер. Владимиру Вяткину достаточно сделать несколько кадров, в то время как, например, Сергей Максимишин открыто признается, что снимает сотнями кадров в день. В то же время Вяткин про себя говорит, что не владеет ПК и Интернетом, не знает английского языка, "да и возраст уже не тот".

Сегодняшний Вяткин занимается фотосериями, "которые не интересны сейчас. На одну фотосерию может уйти два года, шесть лет или даже сорок". Действительно, это целая жизнь, фотограф проходит со своими героями через десятилетия. Так, над фотоисторией "Девушки, рыбы и птицы" Вяткин работал на протяжении двадцати лет.

Отдельная часть творчества отдается спорту, где раскрываются порой невидимые простому зрителю эмоции: смех, слезы, радость, горе - фотоистории "Юношеские игры с мужским характером" про Чемпионат мира по американскому футболу и про соревнования по мотогонкам.

Честный альбом "Чечня" ломает стереотипы о войне. В войне Вяткина нет места шокирующим фотографиям, полным крови и насилия, в них лишь простые истории, например, о солдате, потерявшем ноги от обморожения, а не от военных действий.

Всем коллегам Владимир Вяткин пожелал "видеть то, что не видел никто". Он отметил, что для фотографа, у которого нет воображения, нет будущего.