Две темы, которые активно обсуждались зарубежными СМИ в эти дни, тесно связаны с проблемами российских школ. Во-первых, теракт в Беслане, унесший жизни более 300 человек, показал несовершенство системы безопасности учебных заведений. Во-вторых, несмотря на то что с начала Второй мировой войны прошло больше полувека, до сих пор существуют различия во взглядах на события предвоенных и военных лет. Что не может не отразиться на трактовке истории, которую преподают в российских школах и вузах.
Польская "перезагрузка"
1 сентября в польском городе Гданьск прошли памятные мероприятия по случаю 70-летия начала Второй мировой войны. До сих пор интерпретация войны и ее причин остается яблоком раздора и продолжает воздействовать на современную политику. Как пишет The Christian Science Monitor, многие поляки, прибалты и жители других постсоветских республик требуют от Москвы в связи с этой годовщиной однозначно порвать с советским прошлым и извиниться за пакт Молотова-Риббентропа, по секретным протоколам к которому Германия и СССР разделили Восточную Европу. В российской трактовке, поясняет американское издание, советско-нацистский пакт - защитный шаг, предпринятый после сделки 1938 года западных союзников с Гитлером в Мюнхене, где Чехословакия была передана Германии в обмен на непродолжительную иллюзию мира. Также звучат обвинения в адрес Польши, которая была, по утверждению России, союзником нацистской Германии и соучаствовала в расчленении Чехословакии за год до начала войны.
Поэтому совершенно естественно, что все внимание иностранных СМИ было приковано к выступлению премьер-министра России Владимира Путина. Накануне памятной церемонии европейские издания гадали, какие слова произнесет в Гданьске российский премьер: станут ли они знаком примирения или, напротив, продолжением словесной эскалации, наблюдающейся в последние недели в Москве. Главный вопрос, интересовавший все СМИ без исключения, - извинится ли Путин за то, что Сталин сообща с Гитлером расчленил Польшу? Большинство журналистов было уверено, что этого не произойдет. Так, корреспондент The Times Роджер Бойз заявлял, что "судя по лавине откровенной пропаганды и сомнительных исторических открытий, исходящих из Москвы в последние три недели, такой жест маловероятен". Хотя, журналист не отрицал, что российский премьер готов обсудить на переговорах со своим польским коллегой Дональдом Туском массовое убийство поляков в Катыни в 1940 году. Энн Эпплабум из The Washington Post была убеждена в том, что Путин "вполне может постараться вписать пакт Гитлера и Сталина в контекст эпохи, сравнив его с другими дипломатическими решениями". Восхваление агрессии Сталина в отношении соседей Советского Союза помогает российской правящей элите "обосновывать агрессию России против ее нынешних соседей - по крайней мере, в глазах российского общества", заявила журналист.
Кремль стремится построить новую идентичность, пытаясь защищать сталинский режим и навязывая собственную интерпретацию истории. "В политике, как и в жизни, попросить прощения часто бывает всего труднее", - пишет The Independent, также сомневаясь, что Путин принесет извинения полякам.
Журналисты оказались правы. "Путин прошел по краю и не извинился перед Польшей" – под таким заголовком вышла статья в Christian Science Monitor. В годовщину нападения нацистов на Польшу российский премьер-министр похвалил поляков за героизм, но не извинился за последовавшее нападение России и за убийство двадцати тысяч польских офицеров.
В то же время все издания подчеркнули, что и в своем выступлении, и в открытом письме, опубликованном в польской газете, Путин сказал больше, чем во всех ранее звучавших официальных заявлениях, назвав нацистско-советскую сделку "аморальной". По мнению большинства журналистов, после выступления российского премьера в Гданьске можно говорить о начале новых отношений между Москвой и Варшавой.
Тем не менее, в Польше, где национальные чувства в связи с траурной датой обострены до предела, статья Владимира Путина вызвала сдержанную реакцию. Как отмечает The Financial Times Deutschland, по словам пресс-секретаря польского правительства Павла Граса, российский премьер выбрал новый тон, однако его интерпретации исторических событий не полностью совпадают с "польской правдой". По мнению консервативной Rzeczpospolita, позиция Путина - это смесь "жестов примирения и несгибаемой верности старой и новой лжи".
Положительно отмечая тот факт, что Путин назвал пакт Молотова-Риббентропа "аморальным", The Financial Times в то же время предостерегает читателей от того, чтобы воспринимать этот дипломатический жест российского премьера как признак "какого-то фундаментального пересмотра взглядов на сталинское прошлое". "Россия далека от честных дебатов о Сталине", поскольку признать его диктатором для большинства россиян значило бы поставить под вопрос советскую победу над фашистами, и "путинская авторитарная элита" этим "бессовестно пользуется", говорится в статье английского издания.
Россия нуждается в таком диалоге, в котором оценка героического триумфа советского народа над нацистской Германией была бы отделена от оценки личного поведения Сталина. Историкам надо предоставить свободу, в особенности - на телевидении. Но на это мало надежды, особенно теперь, когда появилась уголовная статья за "фальсифицирование истории", резюмирует The Financial Times.
Однако Москве рано или поздно придется признать, что в свое время она приложила руку к злоключениям Польши, полагает The Independent в редакционной статье. С этим замечанием согласен постоянный автор Die Welt Рихард. "Москва должна взять с нас пример и найти мужество взглянуть на ошибки собственного прошлого", -считает Херцингер.
Забытые из Беслана
Еще одно скорбное событие, связанное с 1 сентября, - теракт в осетинской школе. Все зарубежные издания, обратившиеся к этой теме, отмечают, что даже через 5 лет после трагедии в Беслане так до конца и не выяснены обстоятельства, повлекшие за собой кровавые события.
По словам Сусанны Дудиевой, возглавляющей комитет "Матери Беслана", несмотря на все обещания, Владимир Путин не довел до конца расследование тех событий. Дудиева и ее соратники говорят о политике намеренного затягивания, проводимой властью.
Боль здесь смешивается с горечью недовольства, поскольку многие считают, что Кремль по-прежнему утаивает причины трагедии, покрывая руководство спецслужб, пишет The Times. Генеральная прокуратура так и не опубликовала свой отчет. К ответу не призвали ни одного представителя силовых структур, хотя обнаружены секретные документы министерства внутренних дел, которые показывают, что чеченские террористы предупреждали руководителей о возможном проведении операции с массовым захватом заложников за две недели до теракта. Приказ об усилении мер безопасности в школах региона был также проигнорирован, - подчеркивает издание.
Британское издание поддерживает немецкий еженедельник Focus. Журналист Борис Райтшустер отмечает, что родственники погибших чувствуют себя брошенными на произвол судьбы и ставят под сомнение официальную версию трагедии.
Танковый и минометный обстрел школы, захваченной боевиками, начался, когда там еще находились сотни заложников, возмущается сопредседатель ассоциации "Голос Беслана" Элла Кесаева. Ни один из руководителей операции не был привлечен за это к ответу, более того, некоторые из них были награждены орденами. Кесаева и многие другие убеждены, что для государства важнее было не спасти заложников, а уничтожить террористов. В подтверждение они ссылаются на практически полное отсутствие переговоров с захватчиками, что могло бы спасти хотя бы часть заложников.
Также родственники погибших ставят под сомнение официальную версию, согласно которой штурм школы начался после того, как террористы взорвали фугас: они утверждают, что знаком к его началу послужил минометный обстрел здания извне. К ответственности привлечен был лишь единственный террорист, захваченный живым. Из этого бесланцы делают вывод: власти больше заинтересованы в сокрытии обстоятельств теракта, чем в их расследовании, заключает Focus.
По оценке французского журналиста Мари Жего, для российской столицы захват заложников в Беслане - забытая трагедия. В своей статье в Le Monde Жего пишет, что телевидение обходит годовщину трагических событий, официальных мероприятий по этому случаю не предусмотрено. Возможно, продолжает издание, президент России Дмитрий Медведев ничего не знает об отчаянных усилиях, предпринимаемых родителями жертв, чтобы встретиться с ним.
"Нет никакого прогресса. Они не хотят ничего расследовать, не хотят ничего делать, - говорит председатель комитета "Матери Беслана" Дудиева, - если мы не усвоим уроки того, что произошло, никто из нас не сможет чувствовать, что он в безопасности. Мы не можем быть уверены в том, что не произойдет новый теракт".
Чему научил День знаний 2009 года, покажет время. Главное, помнить, что историей должны заниматься историки.
Обзор подготовлен по материалам зарубежных изданий The Financial Times, The Independent, The Times, а также информационных сайтов InoPressa.ru и ino.СМИ.Ru.