РИА "Новости" публикует интервью с автором сериала "Школа" Валерией Гай Германикой.
— Валерия, как появилась идея сделать сериал "Школа"?
— Этим летом мне позвонил генеральный директор Первого канала Константин Эрнст, позвал меня познакомиться. Он сказал, что восхищается моим творчеством, моими фильмами. Сказал, что хочет, чтобы я ему сделала такой проект про школу, про детей и про проблемы. У меня выбора не было, поэтому я согласилась.
— Не было выбора?
— Да. Я очень хотела снимать кино. Я полтора года ничего не делала, приходилось сидеть без работы. И то, что мне предложили, мне очень понравилось.
— Заказчики сериала оказывают какое-то влияние на сценарий и идею проекта?
— Нет, они хотят сохранить авторство. Чтобы я сама все придумала и сделала, мне очень важна эта свобода. На меня не давят, не просят что-то вырезать, поменять или затереть. Я могу делать все, что хочу. Когда началась шумиха, они мне позвонили, сказали, чтобы я не расстраивалась и занималась своей работой.
— Как вы относитесь к скандалу, который развернулся вокруг вашего сериала?
— Сегодня четвертый день пошел, как страна с колен поднимается, и я на этот вопрос стараюсь не отвечать. Если честно, то к тому, как отреагировали на сериал зрители и критики, я хорошо отношусь. Мне мои старшие товарищи всегда говорили, что искусство должно потрясать или развлекать. Сейчас четвертый день развлекается вся страна.
— Когда начинались съемки ”Школы”, была ли у вас уверенность в том, что сериал выстрелит?
— Успех картины зависит от твоих отношений с реальностью. Когда ты снимаешь осознанно и с любовью, то кино само идет к тебе в руки, все складывается само собой. Это же драматургия жизни. Тебе остается только грамотно сформулировать пространство внутри кадра. Главное — интересоваться своими персонажами, по-настоящему их любить и понимать. Кино получается, когда ты не с надменностью, не с гордостью подходишь к персонажам, а когда относишься к ним как к себе самому. Это же мой диалог с миром.
— Как проходит съемочный процесс? Есть ли напряжение на площадке?
— Я снимаю по 15 сцен в день из разных серий, в таком режиме мы уже четвертый месяц. Съемки ”Школы” начались еще в сентябре. Сегодня был такой случай: у нас просто уже пресса пролезает во все щели, мы же рассекретили место событий. И человек из газеты увидел, как мы расцеловались с директором, что нас не выгоняют. Он был в шоке, что мы с ней вместе чай пьем и торт едим. В школе, где проходят съемки, пока все спокойно: у нас реальные дети снимаются в массовке, они помогают нам. Мы понимаем, что в любой момент нам могут отказать в этой территории. Но пока ничего такого не происходит.
— Торт для директора школы — это единственный подарок?
— Вы знаете, сейчас столько ложной информации уже везде просочилось. Говорят, что мы им купили новые компьютеры, а директору машину — RAV4. Нет, не было такого.
— Как вы думаете, нужен ли такой, достаточно жесткий, радикальный сериал?
— Это не мне решать, надо или не надо. Это вопрос к продюсерам сериала. Меня пригласили работать над этим проектом. Наверное, если выбрали меня, то именно таким и должен быть сериал.
— Валерия, для кого вы снимали сериал — для учеников или родителей? Кто должен увидеть "Школу"?
— Для меня важно, чтобы ”Школу” посмотрели мои близкие: родственники, коллеги, друзья и учителя. Они все очень мной гордятся. Так приятненько.
— Связан ли фильм с Годом учителя?
— На самом деле я про Год учителя только вчера узнала.
— Есть ли у вас точка зрения на то, что сейчас происходит с российским образованием?
— Я не в курсе, что происходит с образованием в России. Я даже понятия не имею, что такое ЕГЭ и как это происходит. Но то, что сейчас говорят по телевизору в связи с нашим проектом, о реформах образования… Мне кажется, дело не в реформах, а в человеческих отношениях. Нужно восстанавливать диалог между людьми.
— Школа, в которой вы учились, похожа на то учебное заведение, которое вы показываете в сериале?
— Я училась в двух разных местах: сначала в лицее, потом по своей инициативе перешла в обычную школу. Я помню ощущение панического страха, когда директор шел по коридору. Это было очень страшно. Я в этот момент просто вжималась в стенку. Я до сих пор не понимаю, зачем учителя нам ставили двойки. Моих друзей родители лупили за эти двойки. В те годы я жила в атмосфере ужаса и страха.
— Это отразилось в сериале?
— Я не хочу, чтобы все выглядело так, как будто я вымещаю свое зло. Я не отыгрываюсь ни на ком. Я не показываю, что учителя — суки. В сериале на самом деле очень меланхоличное отношение между учителями. Только, может быть, они говорят не тем языком, которым говорят в кабинетах других школ.