Об очередном киноопусе Александра Невзорова "Манежное лошадиное чтение", увиденном пару недель назад в "Закрытом показе", обозреватель "Российской газеты" Юрий Богомолов невольно вспомнил, посмотрев британский научно-популярный фильм "У истоков человечества" с последовавшим за ним "Послесловием".
А, может, не невольно?..
Лошадиная история
Александру Невзорову не впервой рассказывать лошадиные истории и демонстрировать хорошее отношение к домашней скотине. Пару лет назад, если я правильно помню, автор представил на суд зрителя "Лошадь распятую и воскресшую". В тот раз он поведал о крестном пути этого благородного и смиренного существа, наделенного всеми теми христианскими добродетелями, коих так мало осталось в самих людях.
Хомо сапиенс от большого и жестокого ума пользовал лошадку сначала исключительно как тягловую силу в земледелии, затем как средство скорого передвижения - на полях брани. Теперь по большей части - для удовольствия - цирковые трюки, конно-спортивные забавы. И все это еще и прибыльный бизнес.
Уже в новом фильме Невзоров обвинит человечество во вневидовом фашизме, предшествовавшем фашизму внутривидовому.
А в том фильме автор выглядел всего лишь как убежденный и непреклонный правозащитник лошадиного достоинства, в попрании которого человек дошел до сущего озверения. Пафос картины был в этом. И как раз тогда мне показалось, что фильм Александра Глебовича - не просто гуманистическое начинание, но что это начало нового вероучения, в чем-то соотносимого с христианством.
Новое кино Невзорова, пожалуй, подтвердило это подозрение. Оно - про способность лошади к чтению, да еще на латинском языке.
Про умственные способности этого добродушного существа давно известно. О них еще писал Джонатан Свифт, чей герой Лемюэль Гулливер однажды совершил путешествие в страну Гуингмию. И он был восхищен, впечатлен и очарован спокойным благородством населяющих ее гуингмов. Там он убедился, насколько лошади человечнее человеков и в личной, и в общественной жизни.
Вернувшись в Великобританию, Гулливер купил двух жеребцов, организовал им райскую жизнь. "Лошади,- пишет он, - достаточно хорошо понимают меня; я разговариваю с ними по крайней мере четыре часа ежедневно".
Лошадь Свифта, с которой можно обсудить те или иные нравственные проблемы, философские аспекты устройства жизни на Земле, в каком-то смысле это покруче лошади, складывающей слова во фразу на иностранном языке.
А в каком-то смысле распятая и воскресшая лошадь Невзорова - тоже уникум. С ней говоришь по-русски, а она отвечает тебе на латыни, да еще в письменном виде.
И Джонатана, и, похоже, Александра достал род человеческий своей жестокостью, аморальностью и безосновательной гордыней. Но среагировали оба мастера культуры по-разному.
Один сочинил сатирическую книгу.
Другой пытается сочинить альтернативную реальность. И начинает свое жизнестроительство, как водится, с научного обоснования. То есть с открытия, что лошадь тоже сапиенс.
Мозг у нее не меньше, чем у каждого из нас. И структурно он такой же. Извилин поменьше. Но на то есть объективные причины.
Вот, если бы на первых ступеньках эволюционной лестницы Природа одарила бы передние конечности лошади не копытами, а кистью, то ноги стали бы руками и неизвестно, кто бы открыл теорию относительности или хотя бы бином Ньютона...
После таких откровений особенно любопытно было освежить в памяти теорию эволюции человека. Тут-то и подоспел научно-популярный британский сериал "У истоков человечества".
Человеческая история
Фильм наглядный и доходчивый. Почти как латиноамериканская мыльная опера.
...Жила-была любопытная обезьяна лет 80 миллионов назад. В пору засухи на дереве стало не хватать съедобной зелени, и она спустилась на землю, где на четвереньках в густых зарослях саваны бродить в поисках пищи было небезопасно. Чтобы иметь возможность увидеть угрозу издали, ей пришлось встать на задние ноги. Сначала было неловко так передвигаться. Но по прошествии пары миллионов лет привыкла, и жизнь ее покатилась дальше.
Авторы нас познакомили с возможной проматерью Люси. Милая обезьяна с поредевшим волосяным покровом. Вокруг нее увиваются прочие энергичные и достаточно суматошные обезьяны, у которых там что-то между ног болтается. Люси вдобавок ко всем тяготам бытия еще и забеременела. Возможно, поэтому не смогла одолеть быстрое течение реки и утонула. Значит, праматерь наша не Люси.
Тем временем некоторые обезьяны стали что-то соображать и изготавливать орудия, которые помогали им добывать пропитание и обороняться от тех, для кого они могли стать сами пропитанием и т.д. То были уже "хомо габелис" - человек умелый, от которого уже было рукой подать до "хомо сапиенса" - человека мыслящего. К тому же чувствующего, предчувствующего и что-то понимающего.
С пониманием того непреложного факта, что жизнь предельна, что есть граница, за которой начинается небытие, явилась потребность в чем-то бессмертном. И мир стал срочно населяться идолами, божками и богами.
Потребность в морали породила глобальные религии.
За пределами сериала осталась сопутствующая истории человеческой цивилизации конкуренция того, что требует веры, с тем, что дает знание. Но не за пределами канала "Культура", который не упустил возможности внести некоторую ясность в это противостояние.
В рамках "Послесловия" образовался "круглый стол", за которым мы увидели ответственных представителей разных конфессий и авторитетных ученых. Вел дискуссию Александр Архангельский, умело сглаживая одни противоречия и обостряя другие. Та и другая стороны к самому сериалу отнеслись сдержанно снисходительно.
Ученые слегка иронически отнеслись к тому, как авторы сериала упростили всю историю цивилизации. А у служителей культа претензии оказались посерьезней. Оно и понятно: теория эволюции от обезьяны к человеку находится в некотором противоречии с учением о божественной природе человека. К дарвинизму религиозные мыслители со временем как-то притерпелись. Но все равно в его столь осязаемом присутствии им было не очень уютно. Дарвинизм в "картинках" выглядел слишком реалистично.
С веками тем не менее верующим ученым, как, впрочем, и современным образованным клерикалам, приходится раздваиваться.
Но, увы, никуда не исчезают сами противоречия, в щелях которых заводятся какие-то странные мутации сектантских верований и наукообразного бреда вроде Лошади Невзорова, распятой, воскресшей и читающей на латыни.