Накануне в Перудже (Италия) завершился Четвертый международный фестиваль журналистики. На фестиваль приехали около 400 журналистов из Америки, Англии, Бельгии, Бразилии, Индии, Испании, Италии, Катара, Колумбии, России, Франции и других стран.
Дискуссия о современной российской журналистике неожиданно стала одним из самых массовых мероприятий фестиваля. Более 100 журналистов пожелали узнать о специфике работы российских коллег (на дискуссию, в частности, приехали руководитель общественной организации "Мир", журналист Лидия Юсупова и заместитель главного редактора "Новой газеты" Виталий Ярошевский). Организаторы дискуссии — ассоциация журналистов Перуджи — не ожидали такого аншлага: не хватило наушников для синхронного перевода, и к некоторым динамикам прислушивались несколько человек. В анонсе значилось: "Быть журналистом в России сейчас опаснее, чем во времена холодной войны".
Два часа участники и гости дискуссии говорили о том, что журналисты и общество в России разделены непроницаемой стеной. Что если журналиста убивают — официозные СМИ будут настаивать на любом мотиве убийства, кроме профессиональной деятельности погибшего. Что журналистский цех расколот, и большая часть российских медийщиков обслуживает государство. Что основные каналы информации контролируются. "В России очень легко замолчать любую информацию, просто не показав ее по телевизору", — говорит сотрудник RAI Regional и представитель Annaviva Андреа Рискасси* (* "Анна жива" — итальянская ассоциация памяти Анны Политковской).
Каждый выступающий старался подчеркнуть, как важна для российских журналистов поддержка международного журналистского сообщества: "Если иностранные журналисты на всех встречах с российской властью будут поднимать, например, вопрос о неэффективной системе расследования преступлений, то, возможно, через некоторое время будет раскрываться больше дел. Любой вопрос, касающийся прав человека, страшно портит настроение нашей власти. И российским лидерам не удастся договориться с вами, иностранными журналистами, даже если найден общий язык с лидерами ваших стран".
Лидия Юсупова рассказывала о новейшей специфике работы журналистов на Северном Кавказе: "Сейчас в Чечне наряду с обычными зачистками появляются зачистки по профессиональному признаку: в отношении журналистов и адвокатов. Но насколько я могу судить по работе моих коллег из "Мемориала", всегда можно дать знать миру, что происходит. Это сопровождено с риском, с трудностями, но возможно".
Итальянцы наотрез отказались верить, что в России существуют неофашизм и национализм: "Это просто невозможно после Второй мировой войны, которая принесла России столько страданий!" Российские журналисты объяснили: популярные лозунги "кругом враги" и "ты должен встать с колен", транслируемые российскими массмедиа, частью россиян воспринимаются слишком буквально: выгнать всех приезжих "к чертовой матери". Власть только начала задумываться, что же делать с фашистами, которые останутся в стране, даже когда ее покинет последний иностранец.
Участники дискуссии возлагают большую надежду на Рунет, где начинает развиваться гражданское общество, "не скованное рамками цензуры и самоцензуры", блоги и другие новые медиа, которые не являются подконтрольными власти. Н