Сериал "Школа" Валерии Гай Германики, показ которого закончился на прошлой неделе, безусловно, войдет в историю российского телевидения. 69 серий этого телевизионного проекта стали событием нынешнего телесезона. Да и не только. Уже лет десять ни одна программа, фильм или сериал не вызывали такой бурной дискуссии, такого невероятного резонанса, как "Школа". Мнения резко разделились за и против показа этого сериала на самом массовом канале страны — "Первом". Свое мнение о "Школе" высказывали даже президент Медведев и премьер Путин. Когда такое было...
Что уж говорить о разного уровня чиновниках, депутатах и просто миллионах учителей и родителей, которые в большинстве своем категорически не приняли "Школу". Их можно понять — показ жизни 15-летних подростков в большинстве эпизодов "Школы" выглядит на телеэкране настолько жестко, неприглядно и реалистично, что порой охватывает ужас, что не дай бог твой собственный ребенок живет вот такой абсолютно закрытой и непонятной для родителей жизнью... А еще и учителя в "Школе" показаны не в самом лучшем свете... И кому же понравится, когда на всю страну показывают твои комплексы, болевые точки, язвы и ситуации, из которых трудно найти выход, а иногда ты просто не знаешь, как это сделать...
Идея создания и показа "Школы" изначально принадлежала гендиректору "Первого канала" Константину Эрнсту. Понятно, что канал рисковал, показывая в своем эфире, да еще сначала в столь массовое время (18.20), такой провокационный сериал. И то, что "Школа" даже при наличии весьма неплохой рейтинговой динамики (а в среднем за день сериал смотрело около 25-27% аудитории, повтор серии был еще и в 23.30), после того как больше месяца была в эфире, осталась там только в ночном показе,— это, конечно же, компромисс и уступка канала. Причем не столько программная, как уверяли на "Первом", сколько, конечно, общественно-социальная. Негативный накал общественного мнения был чрезвычайно сильным, "Школу" хотели запретить к эфиру спустя две недели после показа. И реалии нынешней телевизионно-политической жизни таковы, что и решение о запрете или продолжении "Школы" должен был принимать президент страны. К этому все и шло...
Но сериал в эфире остался, хотя и только около полуночи. На протяжении четырех с половиной месяцев у него была разная аудитория. Его смотрело очень много молодых зрителей от 11 до 34 лет (именно среди них сверстники героев "Школы"). Активны были и молодые люди от 18 до 30, и, как всегда, особенно выделялись женщины. Но и среди тех, кто старше 55 лет, зрителей "Школы" миллионы. Иногда показатели зашкаливали за 30%, иногда резко падали до 7-8%. В Москве сериал смотрели менее активно, чем в других городах страны. Общероссийские показатели, особенно опять-таки у молодой аудитории, были заметно выше. В финале доля тех зрителей, кому до 30 лет, доходила до 22-23% при средней доле 15-16%.
Спад динамики сериала в середине объясним. "Школе" была свойственна проблема многих длинных телепроектов: "зацепить" зрителя в конце недели, в четверг, настолько сильно, чтобы он лихорадочно ждал три дня, когда наступит понедельник, а с ним и продолжение, невероятно трудно, особенно при таком, как в "Школе", наборе героев и сюжетных поворотов. Впервые во время показа телевизионного сериала "Первый канал" активно повел аудиторию и в интернет. В сети каждую серию выкладывали на сутки раньше, чем она шла в эфир. В итоге более 1,5 млн просмотров. При этом получалось, что, предоставляя возможность показать очередную серию в интернете, канал сам у себя уводил потенциальных зрителей. Судя по всему, вовлечь в просмотр не только привычную телевизионную аудиторию оказалось не менее важным.
Молодая девушка Валерия Гай Германика (в мастерски проведенном Борисом Берманом и Ильдаром Жандаревым интервью в программе "На ночь глядя" она впервые предстала не столько эпатажной, сколько глубокой и самодостаточной личностью) в художественной форме показала совершенно нетипичную для современного телевидения картинку средней школы. Но картинку четко простроенную, драматургически выверенную и абсолютно законченную. В чем ей, конечно, помогали и сценаристы, и продюсеры, но прежде всего она сама. Германика в "Школе" доказала, что в настоящий момент она и режиссер высокого класса. Как уж пойдет у нее дальше, сказать трудно. Продюсер "Школы" Игорь Толстунов, на счету которого очень много успешных кино- и телепроектов, рассказывал мне с нескрываемым восхищением о том, как 67-я серия "Школы" (по смыслу психологически очень важная, где одна из главных героинь сериала Аня Носова, находясь в кризисном центре, принимает решение покончить собой) снята одним планом, без единой склейки. Камера работала ровно столько, сколько идет серия, 26 минут. Ну а финал, где одноклассники прощаются на кладбище с трагически оборвавшей собственную жизнь Аней Носовой, вызывает настоящую оторопь от степени натурализма и режиссерской бескомпромиссности. Равнодушным зрителем этой сцены остаться просто невозможно.
На следующий день после окончания "Школы" в студию ток-шоу Андрея Малахова "Пусть говорят" (оно получилось на редкость гармоничным) пришли большинство актеров, снимавшихся в сериале. Это невероятно, но было полное ощущение, что в студии сидят не профессиональные актеры, а их герои: Будилова, Епифанов, Шишкова, Носова, Вера, Исаев, Валентина Харитоновна... Это крайне редкая для телевидения степень отождествления экранных героев с реальными исполнителями. В этом, наверное, и была магия "Школы", которую стоит воспринимать, конечно, как придуманное сериальное произведение, но с высокой степенью достоверного, искреннего авторского изложения. Продолжения "Школы" не будет, она закончилась. Те, кто из нее вышел, уже навсегда вписал себя в телевизионную историю 2010 года. Ъ