8 сентября отмечается Международный день солидарности журналистов. Праздник был установлен в 1958 году решением IV конгресса Международной организации журналистов (МОЖ). Нередко в петербургских СМИ отмечают, что в городском медиасообществе слабо проявляется солидарность. Лениздат.Ру поинтересовался у коллег, что могло бы способствовать единению журналистов Петербурга и есть ли в этом необходимость?
Виктор Черногуз, корреспондент службы информации "НТВ — Санкт-Петербург":
— Идея неформальных объединений, конечно, хороша, но вряд ли она будет иметь какой-то успех. Потому что журналисты, как правило, очень занятые люди. У нас есть "Золотое перо", День попугая, возможно, это некие сплачивающие мероприятия, но вряд ли они сильно помогут объединению. Люди увидят друг друга один раз на этом празднике, а потом увидятся на нем же только через год, и все. Существует также пресс-клуб "Зеленая лампа" и различные журналистские центры, но лично я не могу сказать, что часто там бываю.
На самом деле все журналисты города друг друга знают. Наша телевизионная журналистская среда — это люди, которые знакомы друг с другом и находятся в хороших отношениях. Понятно, что радийщиков, газетчиков мы знаем меньше. Но это естественный процесс. Скорее всего, журналистам необходимо какое-то дополнительное место для общения, но я не представляю, как это можно организовать. Если у кого-то есть интерес пообщаться с коллегой, он и так может это сделать, набрав его номер. И нет большого смысла участвовать в крупных мероприятиях, где журналисты или друг друга не знают, или находятся в прохладных отношениях.
Олег Яхонтов, собкор федеральных радиостанций "Маяк" и "Вести FM" в СЗФО:
— Такие вещи, как корпоративная солидарность, выстраиваются обычно годами, и на Западе это лучше понимают, чем в России. Хотя в Петербурге, по мнению многих людей, которые работали также и в Москве, корпоративной солидарности больше. Но до идеала нам далеко. Очень часто люди, даже работающие в одной компании, не помогают друг другу. Может быть, начальству огромной структуры это удобно для того, чтобы как-то удерживать свою маленькую вертикаль власти.
Было бы здорово создать неформальный клуб журналистов. В 80-е годы, например, было сообщество журналистов, которое постоянно собиралось в ресторане Дома журналистов на Невском проспекте. Когда люди сидят за одним столом и выпивают, то в работе им будет очень сложно поругаться. Дело, конечно, не в употреблении спиртных напитков, а в том, что они неформально общались, и это была их инициатива, их желание. Ведь самая крепкая инициатива идет снизу. Возможно, нужен спонсор, который создал бы некий ресторан, к примеру, где журналисты могли встречаться после работы. Сегодня этого явно не хватает. На западе такие клубы существуют. Например, в Копенгагене в одном кафе собираются журналисты, в другом — молодые политики. И это не гостиная "Единой России" или оппозиционный круг, а очень демократичное кафе, куда может зайти любой.
Дмитрий Ратников, редактор портала "Карповка.Нет", корреспондент "Санкт-Петербургских ведомостей":
— Сейчас общение журналистов в основном происходит на уровне знакомых. Я думаю, стоило бы организовать встречи, где матерые журналисты делились бы опытом с молодыми коллегами, рассказывали бы им, как получать информацию, контакты.
Объединению журналистов сегодня мешает конкуренция среди изданий. Однако представителям СМИ было бы логично объединяться в сюжетах общегородского масштаба, проводить какую-то единую линию, чтобы решить важную для города проблему. Профильные журналисты, которые, к примеру, занимаются историко-культурным наследием, все-таки связываются друг с другом, делятся информацией, чтобы потом можно было ее использовать вместе. Но часто для журналиста главное, чтобы не утекла информация, как можно быстрее дать ее в своем СМИ и только потом делиться какими-то подробностями с коллегами. Или журналисты помогают друг другу с информацией, если их материал не был опубликован по звонку из Смольного или по какой-то другой причине. Нельзя, конечно, утверждать, что это плохо. Но когда дело касается общегородских проблем, журналисты должны объединяться. В первую очередь, по-моему, они должны кооперироваться по профилю.
Дмитрий Циликин, журналист:
— Я, честно признаться, не вижу проблемы в недостатке солидарности среди журналистов и в том, что у них, например, нет площадки, где они могли бы неформально общаться. Если два-три человека хотят общаться друг с другом, они эту площадку найдут: это может быть чья-то квартира, или парк, которого еще не коснулась уплотнительная застройка, или кафе, или интернет. Тем более, мне кажется, что существует перепроизводство журналистов. И по моему ощущению — особенно кризис это показал — журналистская солидарность существует только в одном: в стремлении работать и зарабатывать деньги. Получается, они солидарны не друг с другом, а друг против друга. Потому что на всякое рабочее место, на всякую зарплату претендует большее количество людей, чем необходимо. Поэтому не могу сказать, что журналист журналисту друг товарищ и брат. Я думаю, что такая уж это профессия и таковы люди, которые ей занимаются, что объединить их может только какая-то угрожающая ситуация.
Но мне кажется, что горизонтальные человеческие связи умных и профессиональных людей устанавливаются сами собой и не требуют никаких организационных усилий. Допустим, меня восхищали тексты философа Александра Секацкого и литератора Самуила Лурье, я не был знаком с ними, но целенаправленно искал этого знакомства, которое в итоге состоялось. До сих пор я имею удовольствие и честь пользоваться их дружбой. И если бы существовала какая-то организация или площадка для общения журналистов, она бы мне никак не помогла. Мне было достаточно восхищения их текстами и желания редактора получить такие же материалы на свои полосы. Вот и вся солидарность.
Другое дело, что должна быть какая-то солидарность в вопросах профессиональной безопасности. Если на мероприятиях, подобных Маршу несогласных, журналиста избили или разбили ему камеру, безусловно, журналистское сообщество должно быть едино и солидарно в протесте против этого. Также, если человек работал в этой профессии всю жизнь и получает ничтожную пенсию, необходима журналистская солидарность для того, чтобы ему помочь. Это очевидные вещи. А что касается профессиональной духовной солидарности, то у меня есть большие сомнения относительно ее необходимости.