"Современное телевидение должно предлагать свои услуги любому клиенту, как уличный торговец или проститутка, оно должно быть убедительным, - такое мнение высказал генеральный директор "Первого канала" Константин Эрнст, рассуждая о роли телевидения в современном мире. - Никто больше не будет относиться к нам, как к церкви, куда нужно приходить в определенное время и день... Телеканалы – это не кинотеатры с большими красочными постерами, которым остается лишь озаботиться продажей билетов. Мы будем преследовать людей повсюду, как спецназ". О том, как можно трактовать эмоциональное высказывание Константина Львовича и какую роль на самом деле играет ТВ сегодня, Лениздат.ру спросил у петербургских экспертов.
Андрей Радин:
- Константин Львович с присущим ему юмором довольно красочно высказал свою точку зрения на развитие телевидения и, в первую очередь, на развитие своего телеканала. На мой взгляд, телевидение – это всегда обслуживание. Ведь для того, чтобы оно было прибыльным и окупалось, оно должно предлагать выгодное, актуальное и интересное. Это рынок и надо предлагать продукт, необходимый потребителю. К тому же надо помнить, что есть телевидение коммерческое, а есть государственное. А вот телевидение, которое существует на деньги налогоплательщиков, а не подписчиков, должно быть некоммерческим и нести в массы познавательное, доброе, личное, правильное. То есть, таким образом, государство заботится об обществе, несет общечеловеческие ценности в массы. А коммерческое телевидение критиковать бессмысленно. Оно существует по законам рынка, которые и определяют то, что интересно зрителю. Социальная миссия может быть только у государственного телевидения.
Дмитрий Циликин:
- В словах г-на Эрнста немало лукавства, представляющего собой частичку химически чистого вещества лжи, из которого сделано помянутое Константином Львовичем современное телевидение (во всяком случае, российское). Никакому "любому клиенту" наше ТВ, по примеру проститутки, свои услуги не предлагает. Его единственный клиент — власть, но и ей оно не "предлагает услуги", а ретиво исполняет задания и следует указаниям. На уровне руководителей телеканалов, которые давно и с охотой продали душу дьяволу. Среднее звено телевидения следует указаниям своего начальства, нижнее — приказам начальства среднего. Основная задача людей, работающих на телевидении (как, впрочем, и везде), — получить как можно больше денег как можно меньшими усилиями. А лучше и вовсе без оных. (Впрочем, помимо стяжательства, у некоторых, включая Эрнста, небольшой отдел жизненной программы заполняет тщеславие). Деньги же известно где — в кармане у Путина. Ну, или, выражусь корректнее, у аффилированных с ним структур. Которые телевидение ужинают и его, соответственно, танцуют. Давно уже главный критерий профпригодности на ТВ — не талант, не мастерство, и не, упаси боже, способность генерировать самостоятельные мысли и суждения. Отдельные белые вороны, озабоченные тем, чтобы сделать свое дело по возможности хорошо — не к удовольствию шефа, а чтобы собственная профессиональная совесть не свербила, — лишь подтверждают правило. И где, кстати, спецназовец Эрнст намеревается так уж прямо преследовать людей, если на значительной части нашей необъятной дикой родины принимается вообще один телеканал — Первый?
Леонид Маляров :
- Эрнст преувеличивает. Может быть, он и старается, но у явно него не получается такое агрессивное телевидение, о котором он говорит. Работая на телевидении, всегда есть возможность ненавязчиво проповедовать доброе. Несмотря на рейтинги и погони за прочими страшными вещами. Телевидение вполне может быть образовательным. Социальная миссия важнее, чем коммерческий успех, об этом надо помнить. Думаю, каждый, кто приходит на телевидение, так или иначе пытается воплотить себя, как художник. И это работает.
Татьяна Александрова:
- Бессмысленно заниматься трактовкой фразы, вырванной из контекста. Послушайте речь целиком. Эрнст говорил о том, что телевидение теряет активную молодую аудиторию, которой смотреть ящик попросту некогда. А места в партере занимают пожилые люди, причем, как правило, с низким уровнем образования. Поэтому продолжать рассчитывать на верность зрителя, приходящего, "как в церковь" в "определенное время" – глупо. За качественную аудиторию телевидению придется бороться, и в этой борьбе быть очень убедительным.
Неприятно, наверное, в этом сознаваться, но то, что вы видите в телевизоре, вы же и формируете. Одни – голосуя пультом, другие – ногами. По сути, именно зритель сегодня работает программным директором на ТВ. Не нравится контент – меняйте программного директора. То есть, меняйтесь, зрители! Собственно, Константин Эрнст и рассказывал в Каннах, как усадить у экранов именно тех, кто сформирует новую сетку вещания современного телевидения.