13 июля комитет по печати покинул один из самых либеральных чиновников культурного блока – заместитель председателя комитета по печати Алексей Буцайло. По странному совпадению, дата его увольнения совпала с подписанием конкурсной документации на издание правительственной газеты "Петербургский дневник". В интервью Лениздат.Ру экс-чиновник рассказал о возможных причинах своего увольнения и несостоявшегося назначения.
- Алексей, вы работали в комитете по печати дважды. В период с 2003 по 2005 год занимали пост начальника отдела медиапроектов, в 2012 году пост - заместителя председателя. Как на ваш взгляд, за это время трансформировалась роль комитета в формировании информационной политики города?
- К сожалению, вынужден констатировать, что за прошедшие годы роль комитета в отношении СМИ и информационной политики была достаточно нивелирована. В 2005 году руководство комитета действительно имело вес в медиасообществе. Тогда комитет активнее влиял на сообщество, постоянно взаимодействовал по ряду направлений. Сейчас взаимодействие носит эпизодический характер. По моим ощущениям, изменилось и отношение сообщества к комитету.
- Большинство конкурсов, проводимых комитетом по печати в 2012 году, в том числе по поддержке районных СМИ, распределению грантов и соцрекламе, были перенесены на более поздний срок по сравнению с тем, как это происходило при прошлом руководстве комитета. С чем это связано?
- Да, есть такое — конкурсы в этом году объявлялись, скажем так, несколько позднее, чем в прошлые годы. Основная причина тому – изменение законодательства, в частности, N 94ФЗ, который регулирует процедуру размещения госзаказа.
Если бы конкурсы на распределение грантов СМИ и соцрекламы проводились по той же схеме, что и в прошлых годах, получателями средств могли бы стать только некоммерческие организации. А среди редакций городских СМИ и среди организаций, которые занимаются рекламой, некоммерческих организаций практически нет. Соответственно, возникла необходимость вносить корректировки в документацию, что потребовало определенного времени.
- В качестве причины вашего увольнения руководством комитета по печати неофициально (в кулуарах) называется ненадлежащая подготовка конкурсов по распределению грантов СМИ. Согласны ли вы с этим?
- Да, мне рассказывали коллеги об этом. Если, действительно, про меня такие слухи запускались, то это может вызывать исключительно удивление. Конкурсная документация по распределению грантов СМИ была подготовлена в соответствии с требованиями законодательства, объявление о проведении конкурса было своевременно размещено на сайте комитета по печати и вскрытие конвертов с заявками было проведено в соответствии с регламентом.
К сожалению, я уже не принимал участие в процедуре подведения итогов конкурса — я уволился из комитета 13 июля, а итоговое заседание конкурсной комиссии проводилось 16-го. Возможно, там возникли какие-то вопросы, но насколько мне известно, заседание прошло в соответствии с регламентом и выделенные на поддержку СМИ финансы были распределены.
Если бы имела место ненадлежащая подготовка документов, конкурс должны были отменить. Этого не произошло.
- Как бы вы тогда обозначили истинные причины вашего ухода? Как они были сформулированы вашим руководством?
- Откровенно скажу, у меня уже некоторое время было ощущение, что пора покидать комитет. Но хотелось вначале закрыть ряд вопросов, например, закончить проведение конкурса по грантам СМИ. Но мой руководитель меня опередил. Причина озвучена мне не была. У меня есть некоторые предположения, но точная причина мне неизвестна.
В частности, я обратил внимание на то, что распоряжение комитета по печати о проведении конкурса на издание и распространение "Санкт-Петербургского дневника" и "Петербургской фотохроники" датировано 13 июля. По странному совпадению, именно 13 июля было последним днем, когда я работал в комитете. Изначально под распоряжением должна была стоять и моя подпись — я курировал разработку конкурсной документации. При этом я никогда не скрывал своего скептического отношения к проекту перехода "Санкт-Петербургского дневника" в ежедневный формат. В итоге, на документе стояли визы всех сотрудников Комитета, имеющих отношение к его разработке, кроме моей. Окончательный вариант конкурсной документации я не видел, она утверждалась без моего участия.
- По некоторой информации, руководство комитета по печати предлагало вам занять пост заместителя генерального директора ОАО "Петроцентр" Владимира Гронского в обмен на увольнение по собственному желанию из комитета. Так ли это?
- Не совсем так. Мне действительно был предложен руководством пост заместителя директора "Петроцентра". 11 июля меня вызвал Александр Лобков и предложил перейти на работу в "Петроцентр". Формулировка была следующая "Сегодня перед комитетом стоит важная задача – переход на выпуск "Петербургского дневника" в ежедневном режиме. Надо, чтобы вы этим занялись". Я согласился, потому что, повторюсь, и так планировал увольняться из Комитета. Тогда председатель потребовал, чтобы я, не откладывая, написал заявление на увольнение с 13 июля, что я и сделал.
Мы договорились, что в понедельник, 16 июля, состоится встреча, на которой буду присутствовать я, Александр Лобков и Владимир Гронский (генеральный директор ОАО "Петроцентр" - прим. ред.) и где будут решены все технические вопросы. Но эта встреча так и не состоялась. Более того, когда я 16 июля приехал в Смольный забрать свои вещи из кабинета, выяснилось, председателем Комитета запрещено выписывать мне пропуск в Смольный и мои вещи мне вынесли к проходной. Соответственно, я посчитал, что свободен от обязательств и стал работать над другими проектами.
- Если не секрет, чем сейчас занимаетесь?
- Фрилансом. Занимаюсь PR-сопровождением медийных проектов. А также экспертным проектом "Наш город". (www.nashgorod.su). Это независимая дискуссионная площадка, объединяющая представителей политических элит города. Проект крайне интересный и я с удовольствием им занимаюсь.
- Вы проработали в комитете по печати пять месяцев. Как вы оцениваете итоги своей работы на посту?
- На самом деле я проработал там несколько дольше – я пришел еще в январе, но некоторое время работал без официального оформления. Но оценивать результаты своей работы мне крайне сложно. К сожалению, то, что я хотел бы сделать для медиа-сообщества, практически не было сделано по независящим от меня обстоятельствам.
В то же время мной и моими коллегами по комитету был сделан ряд шагов в разных направлениях. Те же районные газеты – все-таки удалось принципиально изменить ситуацию. Во всех районах города конкурсы прошли без скандалов, как ранее. Много времени и сил было потрачено на организацию Санкт-Петербургского книжного салона – по оценкам специалистов, он прошел на высоком уровне. Могу точно сказать, что работать эти полгода пришлось немало.
- Вы отметили - "к сожалению, то, что я хотел бы сделать для медиа-сообщества, практически не было сделано". А что конкретно вам хотелось бы изменить? Какие перемены нужны, на ваш взгляд, медиаотрасли?
- Сегодня у отрасли есть ряд проблем, которые нуждаются в решении. В первую очередь, необходимо наладить получение СМИ информации о деятельности госорганов. Кроме того, существуют проблемы с системой распространения печатных СМИ в городе. В Петербурге невысокий процент покрытия населения точками распространения печатной продукции. Что, в итоге, приводит к падению тиражей СМИ, а пресса не попадает к читателю. К сожалению, этот проблема так, как и некоторые другие, не нашла конкретного решения.
- Насколько, по вашему мнению, первые лица города прислушиваются к СМИ? Речь идет, в первую очередь, о губернаторе Георгии Полтавченко и вице-губернаторе Василии Кичеджи.
- К сожалению, я, в силу своих полномочий, не имел возможности обсуждать публикации в СМИ с губернатором города. Но то, что Василий Николаевич Кичеджи внимательно оценивает публикации и реагирует на них – это точно. Собственно, его оперативная реакция на статью в "Коммерсанте" о его возможном увольнении – подтверждение этому (статья вышла 9 августа - прим. ред.).
- Каким СМИ, на ваш взгляд, на сегодняшний день удалось выстроить дружеские отношения с правительством Петербурга? В чем это проявляется?
- Дружеские отношения СМИ и администрации — это изначально нонсенс, не только для Санкт-Петербурга, но и для любого другого региона. Журналисты не могут и не должны дружить с властью, их задача — отражать действия власти на своих страницах или в сюжетах. И отражать объективно.
Если говорить о том, какие СМИ готовы были всегда оперативно отражать новости, инициируемые комитетом по печати, то их не так много. В первую очередь, конечно, подведомственные – это телеканал "Санкт-Петербург" и газета "Петербургский дневник". Все независимые городские СМИ тоже отражали наши новости, но либо если это были важные городские события (вроде Алых парусов или Книжного салона), либо после определенных уговоров с нашей стороны.
- Я говорю о договоренностях несколько иного порядка. Так, первый визит Василий Кичеджи нанес в Агентство журналистских расследований, Георгий Полтавченко отвечал на вопросы читателей "Комсомольской правды", а не какого-то иного издания. В то же время "КоммерсантЪ" вице-губернатор сравнил с желтой прессой. Делит ли, на ваш взгляд, правительство городские СМИ на два лагеря – "своих" и "чужих"?
- На мой взгляд, этого нет. На просьбы определенным образом "подсветить" городские события откликаются только правительственные СМИ – телеканал "Санкт-Петербург" и "Петербургский дневник". Тональность остальных СМИ в отношении правительства определяется редакционной политикой. Такого, чтобы СМИ, как это бывает в некоторых регионах, по сигналу приезжали снимать и писать, в Петербурге нет.
- Условно политику Смольного по отношению к СМИ можно разделить на два периода. Изначально правительство откликалось на инициативы медиасообщества по реформированию отрасли (как в случае с районными СМИ), было более открытым. Сейчас наблюдается обратная тенденция. С чем связана эта перемена?
- К сожалению, у меня нет объяснений этой тенденции. Когда я только пришел в комитет, моим руководителем, действительно, ставились определенные задачи, направленные на улучшение отрасли. Например, когда я затянул с подготовкой ответа Союзу журналистов на запрос о районных газетах, это вызвало большой негатив у председателя комитета.
В дальнейшем ситуация, действительно, изменилась. Возможно, были какие-либо указания сверху по этому поводу, но мне про это доподлинно неизвестно.
- Как бы вы охарактеризовали отношение Смольного и конкретно комитета по печати к Союзу журналистов? Отсутствие на церемонии "Золотое перо" губернатора Полтавченко, промедление в ответе на вопрос, останется ли здание на Невском за Союзом – это лишь то, что лежит на поверхности.
- В данном случае мне кажется, что это попытка коллег найти интригу там, где ее нет. Губернатора действительно не было на "Золотом пере". Но был первый вице-губернатор Игорь Борисович Дивинский. По поводу здания на Невском – ситуация забавная. Кто-то запустил утку о том, что журналистов могут выселить из Дома журналистов. При этом никаких заявлений по этому поводу со стороны администрации города не было. Эта ситуация в целом напомнила шутку "Сама придумала – сама обиделась". Поэтому и реакция со стороны Смольного была неоперативной – надо же было вначале понять, о чем вообще идет разговор.
Но вообще отношения Смольного и Союза я бы назвал рабочими. Был запрос от Союза по поводу районок – вмешались и решили. Был вопрос по поводу атриума в Доме журналистов – было проведено совещание с комитетом по строительству и представителями Союза, на котором были даны все разъяснения. Представители Союза входят в состав конкурсных комиссий комитета и активно работают в них.
- Помимо комитета по печати, за блок СМИ в Петербургском правительстве отвечает аппарат пресс-службы губернатора Георгия Полтавченко, возглавляемый Андреем Кибитовым, и пресс-служба вице-губернатора Кичеджи, которой руководит Юлия Стрижак. Какое влияние эти структуры оказывают на работу комитета по печати?
- У каждого подразделения Смольного свои обязанности. Юлия Стрижак в первую очередь занимается информационным сопровождением деятельности вице-губернатора. Андрей Кибитов и руководимая им пресс-служба занимаются оперативным сопровождением деятельности губернатора. Комитет по печати занимается совершенно другими вопросам. Разумеется, все мы занимались работой со СМИ, поэтому регулярно взаимодействовали и координировали свои действия.
- Приходилось ли вам сталкиваться с "деликатными", "личными" просьбами со стороны представителей аппарата Смольного?
- Смотря что называть "деликатными просьбами". Были определенные пожелания, не относящиеся к прямым обязанностям. Но мне в этом случае нечего стыдиться. Например, накануне Пасхи председателем комитета по печати Александром Лобковым мне было передано указание вице-губернатора Кичеджи донести до жителей города информацию о том, что в Смольном соборе состоится первое со времен революции пасхальное богослужение. Разумеется, донесение такой информации никак не входило в мои служебные обязанности. Но отказаться я не мог не только потому, что это было указание руководства, но и потому, что это имело и определенное социальное значение.
Еще один пример – акция "Белый цветок", организованная Детским хосписом. Эта акция была направлена на сбор средств для больных раком детей. Василий Николаевич тогда поручил по возможности широко осветить в это в СМИ. Поддержка этой акции никак не могла быть отнесена к обязанностям комитета по печати. Но мы – я имею в виду себя и начальника отдела медиа-проектов комитета Елену Шанину – постарались добиться при выполнении этого поручения максимального результата.
- Почему правительственный холдинг "Петроцентр", получивший 113 миллионов на переход в ежедневный формат, медлит с проведением конкурсов для своих нужд?
- На сегодняшний день, по моей информации, "Петроцентр" не получил ни копейки из этих средств, они остаются на балансе комитета по печати. Дело в том, что просто так перечислить средства со счета комитета на счет коммерческой организации, даже подведомственной, невозможно. Необходимо проводить конкурс в соответствии с законом. Я видел объявление о начале конкурса, который продлится до 27 августа. На 28 августа назначено вскрытие конвертов, еще пару дней потребует экспертиза заявок. Потом, по регламенту, надо будет проводить заседание конкурсной комиссии – то есть раньше 30 августа официальное решение принято быть не может, иначе контролирующие органы могут задать вопросы.
И вот только после этого ОАО "Петроцентр" может объявлять свои конкурсы, которые тоже потребуют времени на проведение. В случае нарушения этого порядка действий опять же могут появиться вопросы у прокуратуры и других органов.
- И все-таки. В прошлом, 2011 году "Петроцентр" получил деньги на "Санкт-Петербургский дневник" и "Петербургскую фотохронику" в конце января. В нынешнем - с опозданием на девять месяцев, в начале сентября. Даже принимая во внимание то, что "Петроцентр" сначала объявлял, а потом отменял конкурсы для своих нужд и даже мартовскую корректировку бюджета, получается, что к началу лета деньги на "Санкт-Петербургский дневник" у комитета были. Что стоит за промедлением в их распределении?
- Это технические проблемы, интриги здесь нет. Потребовалось время на подготовку новой конкурсной документации. По сравнению с прошлым годом, она претерпела серьезные изменения. Надо было переписать положения из-за изменений в законодательной базе, изменить конкурсные условия в связи с переходом газеты на новый формат.
- Почему не была проведена масштабная реформа конкурса по распределению субсидий на издание и распространение районных СМИ? Комитет пошел навстречу просьбе Союза журналистов по усовершенствованию конкурсной процедуры и взял на себя функцию контроля. Однако бюджетораспределителями остались, как и прежде, районные администрации. С чем связана эта нерешительность?
- Этот вопрос достаточно долго рассматривался в разных подразделениях администрации города, в том числе, в комитете по печати, комитете по работе с исполнительными органами власти и, разумеется, в аппаратах вице-губернаторов Игоря Дивинского и Василия Кичеджи. Решение, к которому пришли в итоге, известно – распорядителями бюджета остаются администрации районов. Районные администрации имеют технические и человеческие ресурсы для контроля за исполнением бюджета редакциями районных газет, а комитет по печати в силу недостаточного кадрового состава не смог бы в полной мере взять на себя решение этих вопросов.
Тем не менее, нами была проведена работа, направленная на то, чтобы конкурсные процедуры стали более прозрачными и не вызывали возражений со стороны профессионального сообщества. В составы конкурсных комиссий в районах были включены представители комитета по печати и Союза журналистов. В результате – таких споров и скандалов, как в прошлые годы, в этот раз мы не наблюдаем. Так что я считаю, что принятое в итоге решение вполне удовлетворяет всех.
- Намерен ли комитет по печати стать бюджетораспределителем в следующем году, как и было обещано?
- Делать прогнозы на будущее — дело не совсем благодарное. Но искренне сомневаюсь, что ситуация будет отличаться от этого года. Если по итогам года будет понятно, что существующая сегодня схема распределения средств удовлетворяет все стороны, то вносить изменения, наверное, все же нецелесообразно.
- В конце июля свой пост покинул генеральный директор телеканала "Санкт-Петербург" Андрей Мокров. Не является ли ваше увольнение и увольнение руководителя городского канала звеньями одной цепи?
- Я допускаю это. За две-три недели до моего ухода из ведомства руководство комитета регулярно интересовалось, как я оцениваю работу Андрея Мокрова на своем посту. Я отвечал, что оцениваю положительно. Несмотря на то, что городской канал не стал идеальным, я отметил положительные изменения – была сформирована стабильная сетка вещания, в лучшую сторону изменилась информационная политика канала. С моей точки зрения, это заслуга Андрея Мокрова, о чем я и говорил Александру Лобкову. Однако мои слова вызывали негативную реакцию у председателя комитета. Думаю, это могло стать причиной моего увольнения. Незадолго до моего ухода председатель вызвал меня и стал расспрашивать, общаюсь ли я с Андреем Мокровым вне работы и как я давно с ним знаком. На что я ответил, что до своей работы в комитете не был с ним знаком и наши отношения строятся только на профессиональном уровне.
- Алексей, а вы бы вернулись к работе чиновника, если бы поступило соответствующее предложение?
- Для себя я размышлял над возможностью такого сценария. И пришел к выводу, что вряд ли. Я убедился, что мне интереснее заниматься проектами, связанными с медиа. Конечно, все зависит от конкретного предложения, но в целом, работа в Смольном принесла мне определенное разочарование — я действительно, надеялся повлиять на положение СМИ. Однако это сделать не удалось.