Медиановости

11 апреля 2013 19:54

От "Яблочного пуя" – к запретам на все

От

Публикация журналом "Коммерсант-Власть" избирательного бюллетеня с надписью "Путин, пошел на ***!" 13 декабря 2011 года стала, по устойчивому мнению, отправной точкой борьбы чиновников за нравственность в СМИ. Владелец "Коммерсанта" Алишер Усманов осудил "нецензурщину" внутрикорпоративно - уволил главного редактора журнала Максима Ковальского с формулировкой "за мелкое хулиганство". Спустя чуть более года власти закрепили запрет законодательно: закон о нецензурной брани в СМИ был подписан Владимиром Путиным 8 апреля. Согласно документу, публикация бюллетеня стоила бы журналу изъятия тиража и/или штрафа.

С одной стороны, увольнение Ковальского за публикацию нецензурного бюллетеня в иллюстрации к материалу "Яблочный пуй" положило начало продолжающейся по сей день массовой волне увольнений журналистов, получившей в медиасреде название "гребаной цепи", включающей на сегодняшний день более 20 звеньев. В их числе генеральный директор ИД "Коммерсантъ" Демьян Кудрявцев, генеральный директор "Коммерсантъ-холдинга" Андрей Галиев, главный редактор радиостанции "Коммерсантъ-FM" Алексей Воробьев, редактор "Коммерсантъ-Online" Елизавета Голикова, обозреватели "Коммерсантъ" Арина Бородина и Олег Кашин, главный редактор "Газета.Ру" Михаил Котов и многие другие.

С другой стороны, эта история с "пуем" окружным путем привела к появлению целой серии законодательных инициатив, которые могут кардинально изменить жизнь российских медиа. Закон о запрете нецензурной брани в СМИ – первый в списке. На разных стадиях готовности находятся законопроект о создании Высшего информационного суда, который будет штрафовать журналистов за нарушение этических норм, а также законы о запрете СМИ указывать национальность преступников и приводить иностранные заимствования. Комитет по информационной политике Госдумы обещает разработать поправку в Гражданский кодекс, закрепляющую в законе статус "спецсубъекта", который заградит звезд шоу-бизнеса и политиков от внимания прессы. С таким предложением в середине февраля выступило трио шоуменов: Григорий Лепс, Валерий Меладзе и Стас Михайлов.

Учитывая темпы работы законодателей, стоит серьезно задуматься над тем, каким будет медийное "завтра".

Нецензурная цензура

У законопроекта - девять соавторов. Первыми заняться лексиконом СМИ решили депутаты-единороссы Сергей Железняк, Дмитрий Вяткин и Роберт Шлегель. К ним присоединились коллеги по фракции Тамерлан Агузаров, Ростислав Гольдштейн, Владимир Крупенников и Вячеслав Позгалев, а также справедливороссы Илья Пономарев и Леонид Левин. В декабре 2012 года с инициативой похожего законопроекта, правда, предусматривающего штрафы за нецензурную брань не только в СМИ, но и в книгах, а также при проведении зрелищных мероприятий выступил режиссер Станислав Говорухин – глава предвыборного штаба Путина на выборах 2012 года. Но его инициатива не получила развития.

Труд "думцев" умещается на одной странице. Законопроект, наложивший запрет на распространение нецензурной брани в СМИ, вносит изменения в статью 4 Закона Российской Федерации "О СМИ" "Недопустимость злоупотребления свободой массовой информации". Теперь наравне с материалами, пропагандирующими порнографию и культ насилия и жестокости, запрещено и распространение "материалов, содержащих нецензурную брань".

Президент РФ Владимир Путин поставил подпись под документом 8 апреля. На следующий день закон был опубликован в "Российской газете". Документ вступит в законную силу ровно через 10 дней, 19 апреля.

Закон дополняет также статью 13.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях "Нарушение порядка изготовления или распространения продукции СМИ" частью 3, устанавливающей административную ответственность за изготовление или распространение продукции СМИ, содержащей нецензурную брань. Нарушение буквы закона будет караться денежным штрафом: для физических лиц он предусмотрен в размере от 2 до 3 тыс. рублей, для юридических — от 20 до 200 тыс. Также поправкой предусмотрена "конфискация предмета правонарушения". В случае с печатными СМИ - это изъятие тиража из розничной продажи, радио и телевидение – запрет на повторную трансляцию нецензурного сюжета. Если "нецензурщину" опубликует интернет-СМИ, доступ к странице с запретным словом, вероятнее всего, будет закрыт провайдерами.

Уже известно, что заниматься выявлением нецензурной брани в СМИ будет Роскомнадзор. 10 апреля пресс-секретарь ведомства Владимир Пиков заявил общественности, что мониторинг медиа на предмет обнаружения "непечатной" лексики будет производиться ежедневно, анализировать потенциальные случаи нарушения закона будут эксперты-филологи, которые сотрудничают с Роскомнадзором. Ведомство имеет право инициировать административное делопроизводство, так что путь в судебные инстанции будет коротким.

Матер-класс для Роскомнадзора

Точный механизм мониторинга Роскомнадзор хранит в тайне: в ведомстве сообщают, что отслеживать нарушения закона сотрудники будут как с помощью технических способов, так и вручную. При этом неясно, чем будут руководствоваться эксперты при принятии решения о том, является ли выражение нецензурным. О существовании некоего глоссария, которым сотрудники будут подтверждать свои соображения относительно нецензурности применяемых СМИ выражений, неизвестно. Ответ на этот вопрос Лениздат.Ру не удалось получить и от Владимира Пикова, который систематически избегает общения со СМИ. Редакция отправила Роскомнадзору официальный запрос, где требует изложить методологию работы надзорного ведомства.

Да и сами инициаторы закона, похоже, не представляют, как будет работать их "разработка". Например, в комментариях Лениздат.Ру инициаторы закона не смогли однозначно объяснить Лениздат.Ру стратегию поведения редакции в конкретном "языковом случае": публичной ругани Леонида Якубовича в адрес "Аэрофлота". Мнения избранников кардинально разошлись: одни полагали, что СМИ не должны писать об инциденте, другие – что медиа вольны делать все, что вздумается - "нецензурщины" в словах шоумена не было. После подписания закона "думцы" и вовсе оказались недоступны для комментариев.

Вопрос о критериях оценки "нецензурщины" отнюдь не праздный. "Действующее законодательство не содержит самого понятия "нецензурная брань", а также критериев, по которым те или иные выражения могут быть отнесены к таковой, - сообщил в комментарии Лениздат.Ру член Гильдии судебных репортеров Павел Нетупский. Юрист Центра защиты СМИ Галина Арапова отмечает, что проблема не исчерпывается отсутствием юридической формулировки понятия. Его точное определение не могут дать и лингвисты.

Зато опытом проведения лингвистической экспертизы в экспресс-формате с сотрудниками Роскомнадзора и филологами могут поделиться рядовые полицейские, в компетенцию которых входит задержание граждан по статье 20.1. КОАП "Мелкое хулиганство", предусматривающее административную ответственность за нецензурную брань в общественном месте. "Определение тех или иных слов как нецензурной брани является полномочием сотрудников ППС, которые, кстати, не могут дать определение нецензурной брани и зачастую сами "грешат" таким злословием, - отмечает Павел Нетупский. – Да и в протоколах из этических соображений "матерные слова" не фиксируются". Поэтому в деле составления единого глоссария нецензурной брани полиция не сможет оказаться полезной. Стоит также напомнить, что оппозиционеры неоднократно указывали на то, что статья 20.1. КоАП используется полицейскими как повод к задержанию, а то, насколько печатно на самом деле выражался задержанный, особого значения не имеет.

О том, насколько избирательными будут проверки Роскомнадзора, судить рано. В любом случае получить "письмо счастья" от ведомства рискует любое СМИ, решившееся опубликовать на своих страницах "непечатное слово".

За лексикон ответят СМИ

Причем отвечать редакциям придется преимущественно не за свой лексикон. Согласно исследованию, проведенному агентством Public.Ru, чаще всего запрещенная отныне лексика встречается в прямой речи респондентов, в частности, чиновников и депутатов. Не случайно безусловным рекордсменом по частотности нецензурных выражений является журнал "Коммерсантъ-Власть", на страницах которого за последние три года запрещенная лексика встречалась 17 раз. По подсчетам Public.Ru, в среднем каждый десятый выпуск еженедельника был бы изъят в соответствии с требованиями нового закона.

Теперь российские политики будут выражаться печатно. По крайней мере, на страницах отечественных СМИ. Если же журналисты не отцензурируют самостоятельно заявления избранников и донесут их до потенциальных избирателей в первозданном виде, за дело возьмется Роскомнадзор.

Цитирование заявлений респондентов, содержащих нецензурную брань, станет для СМИ настоящей проблемой, отмечает Галина Арапова. "Неважно, в каком виде распространяется сообщение – фотография ли это, видео или журналистская публикация, СМИ несет ответственность за распространение контента, содержащего нецензурную брань, - подчеркивает она. – Правда, непонятно, как Роскомнадзор будет поступать в ситуации, когда цитата написана на иностранном языке. Под действие закона такие высказывания не подпадают".

Согласно новому закону, лозунг "Иди на ***, Путин", выведенный на спине активистки Femen Александры Шевченко, выступившей против Путина на выставке в Ганновере, СМИ приводить не имеют права. Зато выражение Fuck dictator на груди той же девушки в медиа процитировано может быть. Впрочем, российские СМИ заранее начали соблюдать еще не вступивший в силу закон. Цитаты и лозунги активисток Femen многие медиа не озвучили, нецензурные слова на фотографиях заретушировали.

Однако у журналистов есть серьезный козырь в деле цитирования политиков, не стесняющихся в выражениях. Статья 57 закона "О СМИ" гласит, что в ряде случаев редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, представляющих собой злоупотребление свободой массовой информации. В их числе случаи, когда материалы являются дословным воспроизведением фрагментов выступлений должностных лиц на публичных площадках, отмечает Галина Арапова. Фактически по закону подобные высказывания могут быть воспроизведены и без купюр. Впрочем, по мнению юриста, учитывая появление новой законодательной нормы, СМИ лучше подстраховаться и поставить звездочки вместо нецензурного высказывания. "Гораздо хуже ситуация, если пресса будет цитировать не должностное лицо, а, например, общественных деятелей, - отмечает Арапова". На их высказывания статья 57 закона "О СМИ" не распространяется.

Избавить редакции от штрафов за нарушение закона может так называемое "запикивание" и многоточия. На стадии рассмотрения законопроекта его инициаторы - депутаты Госдумы от "Единой России" Дмитрий Вяткин и Сергей Железняк заявляли, что эти меры предосторожности СМИ не помогут. Однако в тексте закона обещания парламентариев отражения не нашли. "Ответственность предусмотрена за распространение нецензурной брани, - комментирует Галина Арапова. - Поставив звездочки вместо запрещенного слова, СМИ лексику не распространяет". Однако она подчеркнула, что ситуация не столь однозначна. "Не исключаю, что конкретный эксперт может настаивать на том, что высказывание понятно, несмотря на запикивание".

Размытость формулировок закона делает норму рычагом давления на СМИ. Очевидно, что изъятие из оборота тиража СМИ влечет существенный ущерб для издателей, отмечает Павел Нетупский. Эксперт полагает, что постановление станет в копеечку не только СМИ, но и налогоплательщикам.

"В финансово-экономическом обосновании к законопроекту утверждается, что его принятие не потребует дополнительных расходов из федерального бюджета, - отметил он. Однако это не так. Оплаты потребует работа экспертов-филологов Роскомнадзора. И не только их".

"Для решения спорных вопросов при рассмотрении дела в суде будут привлекаться эксперты-лингвисты, - прогнозирует Павел Нетупский. - Однако если в результате дело будет прекращено либо к административной ответственности привлечено физическое или должностное лицо, возмещение расходов на лингвистическую экспертизу должно производиться за счет федерального бюджета. Кроме того, в аналогичной ситуации убытки, понесенные СМИ по итогам изъятия из оборота тиражей, за счет, например, недополученной прибыли от рекламы, будут также компенсироваться за счет налогоплательщиков".

Кроме того, как замечает Нетупский, изъятие тиража отмечено в практике Европейского суда по правам человека как акт цензуры. В качестве примера можно привести дела "Салиев (Saliyev) против Российской Федерации" (жалоба № 35016/03), "Юрпер и другие против Турции" (Urper and Others v. Turkey, № 14526/07), решение по которым были вынесены в пользу СМИ.

Алиса Кустикова