28 августа не стало Виктории Валентиновны Морозовой, обозревателя газеты "Санкт-Петербургские ведомости", члена Союза журналистов. На страницах газеты она вела авторскую рубрику "Нравственный аспект", редактировала полосы "Благое дело" и "Ближний круг". Прощание с Викторией Морозовой прошло 5 сентября тихо, в узком кругу родных, сообщили в Петербургском союзе журналистов.
Виктория Морозова родилась 23 декабря 1961 года в Ленинграде. Окончила факультет журналистики ЛГУ. В 1979 году пришла на работу в "Смену". В разных отделах редакции она проработала почти двадцать лет. В 1983 –1986 году работала на Сахалинском телевидении, вела авторские программы, снимала сюжеты для программы "Время". Затем вернулась в газетную журналистку – с 2004 года была обозревателем отдела социальной политики в "Санкт-Петербургских ведомостях".
Самое счастливое время осталось там, в начале 90-х, на Фонтанке, в "Смене", в прокуренном кабинете 222, где Вика Морозова была хозяйкой, ну, уж точно, старшей по звездочке. Прямой взгляд из-под очков. Строгая. Иногда очень строгая. Кто ее знал плохо, считал, что с ней трудно. А всё было совсем не так. И просто, и очень весело.
"Почему-то сейчас вспоминаются подробности, которые, казалось бы, не имеют прямого отношения к тому делу, которым Вика занималась много-много лет. Что у нее был отменный музыкальный вкус и приличное профессиональное музыкальное образование (хотя на моей памяти она никогда не писала о музыке). Хорошее чувство юмора. А еще, что она была страшной аккуратисткой — и надо было видеть, как гоняла она Гошу Урушадзе за вечный бедлам на его столе. - Рассказала телеведущая, режиссер-документалист Ника Стрижак. - Было в ней еще то, что обычно за годы работы в творческих коллективах теряют легко — бескомпромиссность.Не нравились люди — не общалась. Не нравилась тема — не писала, а если приходилось, то ломала себя страшно и корила долго. Работала она обстоятельно и медленно. Любила темы трудные. Крутила материал и так, и этак, прежде, чем сесть писать. Оттого нередко была для начальства корром неудобным, несговорчивым, трудным на подъем. Но читателю это было неведомо. И правильно. Он получал качественную историю, глубокий материал, продуманный, прожитый, проверенный. Как и должно быть в серьезной журналистике".