Заместитель главного редактора газеты «Спорт-Экспресс» Владимир Гескин рассказал, почему в редакции так много проблем. Интервью с ним Юрию Дудю опубликовано на портале Sports.ru. Здесь приводятся выдержки из него.
– В четверг редакция опубликовала письмо, в котором попросила сменить собственника. И? Оно на что-то повлияло?
– Понятно, что это обращение было несколько наивным. Когда люди доходят до крайнего состояния, что они обычно делают?
– Совершают глупые поступки.
– Например. Или пишут письма, которые кому-то могут показаться наивными. Публикуя этот призыв, мы хотели, чтобы нас услышали, хотели достучаться до общественности, до коллег. Это письмо перепечатали все, но в основном ограничились информацией, какого-то реального резонанса я не заметил. Ладно ты — в тот же день, когда пошли новости о том, что у нас происходит, позвонил мне и спросил: «Что случилось? Я стервятник, хочу поговорить с вами». Ты-то хоть стервятник, а остальные…
Единственное, что было: обсуждение в интернете. Некоторые писали: «Идите найдите деньги и начните выпускать свою газету!» Возможно, мы бы так и сделали, если бы не одно «но». Почти 25 лет назад я уже уходил и начинал делать другую газету. Эта газета называется «Спорт-Экспресс». Уходил, понятно, не один — среди тех, кто основал новую газету, были, к примеру, Елена Вайцеховская и Сергей Родиченко, которого сейчас тоже пытаются сократить. Это наш ребенок. И оставлять его просто так мы не хотим.
– Со стороны ваше письмо выглядит так: три года назад у вас были многомиллионные — причем в долларах — долги, у вас проходили унизительные собрания, запись которых потом была в открытом доступе; потом пришел добрый владелец, который подхватил газету и платил ее сотрудникам зарплату; все были рады и молчали; когда страну накрыла новая волна кризиса и собственник решил сократить расходы, редакция забыла все хорошее и написала письмо о том, что такого руководителя надо гнать вон.
– А теперь, как вижу это я. К сожалению, продажа газеты в 2012 году была выполнена поспешно. К тому же, если ты покупаешь автомобиль, то должен потратить деньги не только на его покупку, ты должен купить еще и бензин — иначе он не поедет. Это как раз наш случай. Был куплен автомобиль, но дальнейших инвестиций не было. Вместо них была постоянная оптимизация. Сократили добрых сто человек — не только журналистов, конечно, но журналистов сократили резко. Сдали в аренду один из этажей, отменили почти все командировки на соревнования (вот скажи, что за спортивная газета без командировок?). И еще, и еще…
Затем у нас стали урезать зарплаты на 25 процентов. Мы просили руководство не сокращать хотя бы тем, у кого зарплата меньше 40 тысяч, потому что сокращать еще и ее — это совсем стыдно. И наконец, поступило новое указание: снизить расходы на редакцию на 1 миллион рублей в месяц. Это огромные деньги, и это очень много людей: разговоры о том, что в «Спорт-Экспрессе» большие зарплаты, — миф.
– В отделе футбола «Спорт-Экспресса» работало 27 человек. Зачем инвестировать в такую толпу? Для чего она нужна?
– 27? Так это когда было? 15 лет назад. В последние годы — много меньше. Они нужны нам, потому что прежде мы не признавали диванную журналистику. С первых дней существования газеты жили по правилу: на всех событиях, о которых пишем, должен присутствовать наш репортер.
Кроме того, скажи: прошлый год для нашего спорта был богатым на события и соответственно рекламу?
– Две трети года — да. Олимпиада и чемпионат мира прошли, а потом всю осень все сосали лапу. Потому что санкции, кризис, падение потребительского, а за ним и рекламного рынка.
– А я считаю, что зарабатывать в такой год, как прошлый, спортивная газета обязана! Раньше в год чемпионата мира и Олимпиады это делать удавалось. Сейчас — нет. Соответствующие службы эти кампании провалили. И им это сошло с рук.
Мне тяжело расставаться с каждым сотрудником «Спорт-Экспресса», многие — часть нашей семьи. Конечно, какая-то оптимизация была нужна. Но должны быть пределы. Настал момент, когда оптимизировано все, что можно. Как профессионал я понимаю: если сокращать еще, газета нормально выходить дальше не сможет.
У одного из хозяев «Спорт-Экспресса» есть любимая фраза: «Надо достичь дна». Так вот я считаю, что дно уже достигнуто. А они считают, что еще нет.
– Правда ли, что во время нынешней революции в «Спорт-Экспрессе» Борис Левин звонил министру спорта Виталию Мутко с просьбой вступиться за уникальный творческий коллектив?
– Левин по заданию редакции готовит интервью с Мутко под рубрикой «Фром май харт», он с министром регулярно на связи. А звонил ли с просьбами… Мне это неизвестно, но даже если звонил — что в этом плохого?
– Из вашего открытого письма торчит мысль: журналисты не виноваты, что газета достигла дна. Вы и правда считаете, что не виноваты?
– Я знаю, что лично я виноват всегда и во всем. В той ситуации, которая сложилась сейчас, — тоже. Потому что не воспользовался своим авторитетом, чтобы этого не случилось. Журналисты тоже виноваты — потому что терпели, терпели, терпели.
– Я о другом. Журналисты не виноваты в том, что стали плохо работать?
– Что такое «плохо работать»?
– Когда-то газета была интересной. Сейчас, если ее развернуть рядом с комнатными растениями, они наверняка завянут. Ну, а если вчитываться в некоторые материалы, из глаз начинает идти кровь.
– Когда я читаю некоторые материалы Sports.ru, у меня даже не из глаз течет кровь, а из других мест. Ты считаешь, что «Спорт-Экспресс» неинтересен, я считаю иначе. Тем более что у нас собран блистательный журналистский коллектив. Могу долго перечислять.
– То есть вы не согласны, что газета за последние годы стала хуже?
– В чем-то хуже, в чем-то — лучше. Сокращения не могли не сказаться на контенте. Хорошо еще, что до их начала у нас появились новые интересные журналисты…
– Это кто, например?
– Дима Зеленов. Володя Иванов. Филипп Папенков.
– Вы не назвали Дмитрия Симонова. Специально?
– Конечно… Хотя… Какой без Симонова «Спорт-Экспресс» последних лет?
– Вы не назвали его, потому что он не поддерживает бунт редакции, так?
– Скажем так, последние события заставили меня усомниться в его человеческих качествах. Не секрет, что у нас в редакции наступил раскол. Несколько человек — их можно пересчитать по пальцам — поддержали владельца. Все остальные оказались против. Этот раскол, инициированный владельцами, — самая большая трагедия. Как бы теперь ни сложились дела, как бы все это ни повернулось, я не представляю, чтобы две группы — меньшевики и большевики — в будущем смогли работать вместе.
– «Спорт-Экспресс» командировал на Олимпиаду в Сочи 18 человек, на чемпионат мира в Бразилии — 7. Это бешеные деньги. Зачем так много? Учитывая, что кризис тогда был ощутим любым, кто хоть иногда отвлекается от чтения ленты спортивных новостей.
– Наверное, в этом есть и моя вина, ведь я был руководителем нашей бригады в Сочи. Но была идея — осветить эти Игры максимальным объемом и максимально качественно. Это было сделано. Но под такое освещение необходимо было заключить соответствующие рекламные контракты. Мы были уверены, что найдем финансирование под то, что мы запланировали в Сочи. И я думаю, что можно было такое финансирование найти. Оно найдено не было.
– То есть снова виновато руководство?
– Я не сказал, что виноваты они. За работу с рекламодателями отвечают конкретные люди. И это касалось не только Олимпиады, но и чемпионата мира. Да, командировки на такие соревнования — большие деньги. Но эти турниры для спортивной газеты или спортивного сайта — чрезвычайно хлебная вещь, чрезвычайно. Просто нужно грамотно работать. Думаю, этого не было сделано.
– Топ-менеджмент «Спорт-Экспресса» не очень молод и очень консервативен. Не кажется ли вам, что в этом и есть причина того, что «Спорт-Экспресс» достиг дна? Время меняется, а люди, которые его делают, — нет.
– Ну почему я «очень консервативен»? Откуда ты это взял? Если бы наши хозяева сказали: «Вот данные. Пришла пора отказаться от бумажной версии и ударить всей массой по интернету», — я бы посмотрел на эти данные и, может быть, согласился. Но никто мне ничего не показывал! Почему я тогда должен верить?
Повторяю: методы могут быть абсолютно разными. Мы можем отказаться от выпуска газеты. Но тогда мы лишим развлечения многие тысячи старперов — специально для тебя произнес это слово, — и не только старперов, а очень даже молодых людей, которые любят почитать газету, которым именно бумага нужна. На самом деле лучше, чтобы было хорошо и интернету, и газете. Но для этого нужно, чтобы одни журналисты работали на газету, другие — на интернет. И чтобы это все не сокращалось, как шагреневая кожа.
– Во время предыдущего бунта в «Спорт-Экспрессе» вы поддержали гендиректора Ивана Рубина. Он проиграл и оставил газету. После этого вы остались в редакции, но, как говорят, были поражены в правах. Это правда?
– Кто говорит? Конечно, нет. Хотя я действительно поддерживал Рубина. Я очень хорошо знаю Ивана Георгиевича, в нем много хорошего и немало нехорошего. Мазать его одной черной краской могут дураки. Все мы — и черные, и белые. Я знаю примеры, когда он выручал: например, давал деньги на операции сотрудникам.
– Куда вы пойдете работать после 10 июня?
– Я сделаю все, чтобы остаться в «Спорт-Экспрессе». Как это возможно? Возможно. Как — увидим.