Мнения /
Интервью

31 июля 2019 10:56

«Сначала обещают разбить камеру. Потом снова зовут снимать»

«Сначала обещают разбить камеру. Потом снова  зовут снимать»Фото: NevexTV

«NevexTV» – петербургский YouTube-канал, созданный журналистами Татьяной Маршановой и Дмитрием Волобуевым. Их видео с разгона оппозиционной колонны 1 мая посмотрели более трех миллионов человек. А несколько дней назад на канале появилось сообщение о том, что YouTube перестал монетизировать выложенные видео. К этой новости прилагалась короткая приписка: «Сдаваться даже не думаем. Останемся независимыми». 

Корреспондент «Лениздата» встретилась с семейной парой и узнала про историю создания канала, цензуру YouTube и почему герои роликов сначала угрожают операторам, а потом зовут опять снимать. 

«Невский экспресс»

–  Как вы решились начать делать свое независимое СМИ? 

– Дмитрий: Когда-то давно я начал заниматься дикими проектами в области медиа, так получилось исторически. Никто ничего подобного не делал. Я, например, очень давно начал в России цифровое эфирное вещание, то, на что сейчас переходит вся страна. Потом мне это изрядно надоело, я забросил это дело. А вообще я занимаюсь всю свою сознательную жизнь новыми методами доставки медиа. Я понимал, что все традиционные методы при смерти: это вопрос времени. Стало понятно, что будет работать новая модель, и было интересно над ней поработать. Так получился NevexTV.

– Вы увидели эту модель в YouTube

– Дмитрий: Нет, сначала это был свой хостинг. 

– Татьяна: YouTube тогда был маленький и слабенький, а мы сразу снимали в HD. На хостинге NevexTV появился в 2008 году, на YouTube перебрались в 2010. 

– Дмитрий: Мы с самого начала приняли решение работать в HD, когда YouTube еще  не знал, что это такое. Потом он подтянулся и мы решили, что проще перейти  на него. Он дал ту самую модель, по которой мы очень долго работали: YouTube начал продавать рекламу на нашем видео. Мы ничем не заморачивались: наше дело – недорого сделать популярный канал, потому что ютубовские деньги маленькие. Мы работали вдвоем, иногда привлекали необходимых нам фрилансеров. Эта модель была эффективна до 22 июня этого года. 

– Как вы искали формат? На вашем канале – не только политика, а еще и философия от Михаила Веллера, филармония, шоу про автомобили.

– Татьяна: Мы были универсальными. Мы начинали с кинорецензий: человек писал авторскую кинорецензию, еще один озвучивал, а я нарезала красиво кадры из фильма и трейлеров. Тогда это было можно, потом все переехало в YouTube и стало нельзя – чужой контент. А потом мы сделали портал, который должен был освещать новости Питера. «Невекс» – сокращение от «Невский экспресс». Первое видео, которое мы сняли сами – ночь победы «Зенита» на Еврокубке в 2008 году.  Мы пошли и сняли, как все целуются, лезут в камеру. 

 – Дмитрий: Так получилось. А филармония – мы долгое время жили на Невском, над филармонией. Однажды зашли и начали снимать. 

 – Как вы определяете, что снимать?

 – Татьяна: В этом и фишка – ловить и почувствовать. Это нельзя объяснить словами, это какая-то аналитическая чуйка. С годами это чувство обострилось. 

– Дмитрий:  70-80% материала мы не публикуем, потому что зритель привередливый, если его кормить любой гадостью, он обидится. Он за это нас и любит. Однажды 31 июля 2010 года, например, мы пошли к Гостиному двору, и там подвернулся прапорщик милиции Вадим Бойко. Мы сняли, как он орал на участников акции. Он получил после нашего видео прозвище «жемчужный прапорщик». На «Эхо Москвы»сделали шоу «Бунт хорьков», потому что он там кричал – «хорьки, а кому еще?»и бил бедного дизайнера по лицу. Наутро мы проснулись знаменитыми. Вдруг оказалось, что мы умеем снимать движуху, и мы снимали ее все лучше и лучше. Все остальное отошло на второй план, а политические вещи у нас получились. 

 – У вас есть еще какие-то идеи по другим проектам?

– Дмитрий: Могу сказать про одну идею, которая, думаю, получится. Я подумал, может быть, лекции платные почитать. Кто может научить так работать на улице и снимать видео в таком качестве, с такой эффективностью размещать его в YouTube, если не мы?

Руководитель NevexTV Татьяна Маршанова на интервью с Владимиром Познером

Фото: Татьяна Маршанова / Facebook.com
Руководитель NevexTV Татьяна Маршанова на интервью с Владимиром Познером

«YouTubeпревратился в желейных медведей»

– Вы сказали, что модель с YouTube перестала работать. Что случилось?

– Татьяна: YouTube превратился в желейных медведей, скоро там ничего не будет. 

– Дмитрий: Теперь на YouTube ничего нельзя делать. Если ты хочешь окупаться и зарабатывать на рекламе, нужно отказаться от политики. Это мир розовых пони и желейных медведей, все радостные и счастливые, ни одной морщинки не может быть на светлых лицах. Тогда, может быть, YouTubeначнет продавать рекламу на вашем канале.

– Как вообще руководство YouTube это сформулировало? 

 – Татьяна: они приняли новые правила, потому что рекламодателям не нравится контент, который может быть потенциально опасным, кого-то обидеть. Не было писем, нам 22 июня сразу забанили монетизацию. 

– Дмитрий: Без предупреждения. YouTube стал монополистом и стал безобразным с точки зрения сервиса. Огромное количество людей, но никто ни за что не отвечает. У них один ответ: «Алгоритм так решил, система так решила». Буквально в понедельник нам прилетело неожиданное для YouTube в своей откровенности письмо: «специалист по политике присвоил вашему каналу красную метку». 

– Специалист по политике? Какой политике?

–  Дмитрий: Как хотите, так и понимайте! Поэтому монетизация отключена на всём.

– Вкладка «Тренды» на вас не влияет? 

– Дмитрий: Еще как влияет. Видео, которое мы загрузили этой ночью,  уже в трендах,  120 тысяч просмотров. Но оно не монетизируется. Поэтому мы сейчас сидим и думаем, как нам организовать монетизацию, потому что у нас почти 210 тысяч подписчиков, это большая аудитория. Канал стал даже лучше для подписчиков: теперь видео не прерываются рекламой. 

– Татьяна: Зрителям это нравится гораздо больше, чем когда реклама есть.

– Дмитрий: Мы к этому не очень готовились, честно сказать, но теперь нужно запустить процесс монетизации. Может быть, более традиционный, может быть, какой-то другой. Есть новый тип медиа, и наш канал – один из первых, который работал по такому новому принципу, если мы говорим про политические СМИ. Но надо уметь работать за копейки. У нас в этом плане очень хороший дуэт: Татьяна – человек творческий, я – человек технический. Я придумал, как можно за три копейки получать результат, который с точки зрения качества картинки отвечает требованиям самого привередливого «Первого канала». В последнее время мы все стараемся делать на телефон, как это ни смешно. У меня в маленькую сумочку помещается оборудование, с которым я могу сделать интервью, выставить прекрасный свет, записать очень качественный звук. Я собственный продукт смотрю на большом телевизоре. 

Последнее независимое СМИ

– Хорошо. Но это техническая сторона, а творческая... у вас в описании канала указано, что вы –  «последнее независимое СМИ».

– Дмитрий: Надо же было что-то написать!

 – Татьяна: В общем-то так и есть. Если посмотреть страницу с нашими последними видео, сразу понятно, что мы – независимое СМИ. Там есть все от и до. 

– Дмитрий: С точки зрения политики у нас весь спектр. Мы, наверное, единственный канал, где сажали на одном диване Андрюшу Пивоварова (координатор «Объединенных демократов» – прим. ред.) и Колю Бондарика (известный петербургский националист – прим. ред.). Вряд ли кому-то еще это удавалось. 

–Так создавалось «Эхо Москвы».

– Дмитрий: Вы очень правильно поняли. Мы крепко дружим с «Эхо Москвы» и много с ними работаем. Мы два с половиной года делали видеоверсию шоу Невзорова.

 – Татьяна: Это возрождение Невзорова состоялось во многом благодаря нам. 

– Дмитрий: Мы делали это достаточно долго, пока не прозвенел первый звоночек со стороны ютуба. На Невзорова обиделся американский роскомнадзор, как мы считаем. Он тогда поглумился над тупыми американцами, и весь Невзоров попал у нас в черный список, на нем отключилась вся монетизация на YouTube. Тогда это отразилось только на Саше Невзорове, и мы перестали его снимать, потому что проект стал убыточным. Сейчас все наши видео, даже не загруженные в систему, уже  в черном списке. 

Видео NevexTV с первомайской демонстрации посмотрели более трех миллионов человек

Фото: YouTube / NevexTV
Видео NevexTV с первомайской демонстрации посмотрели более трех миллионов человек

«Менты в большинстве своем нормальные люди»

– Как сложилась сама концепция того, что у вас нет корреспондента? 

– Дмитрий: Меня раздражало, что выходит какой-то дядя и объясняет мне, как я должен понимать то, что я вижу. Но я не совсем идиот и соображаю, что является белым, что – черным. Я хочу увидеть это сам, я хочу увидеть первоисточник.

–  Но и без «теледяди» все можно смонтировать под таким углом, что и дядя не нужен будет.

– Дмитрий: Конечно, можно. Но понимаете, поэтому одна из наших самых сильных сторон – это съемки движухи. Как первого мая в этом году, например. 

– Это одно из самых популярных видео у вас.

– Дмитрий: Ну, три миллиона триста тысяч просмотров. Это типичное для нас видео. Человек может посмотреть, сколько людей было с одной стороны, с другой, вообще общий дух происходящего, кто первый начал, как развивалось. Вы знаете, была такая история про протест 6 мая 2012 года на Болотной площади. Мы его снимали. Наше видео, которое посмотрели не так много людей, миллиона полтора, участвовало почти во всех процессах по «болотным делам», причем с двух сторон: как со стороны защиты, так и стороны обвинения. Мы этим немножко гордимся, ведь это значит, что мы сделали объективную картинку, которая показывает, и как некоторые особо отмороженные товарищи провоцировали полицию, и как полиция превысила полномочия. Мы стараемся. Все, с кем мы работали когда-либо, сначала обещают набить нам морду, потом разбить камеру, потом...

 – Татьяна: …А потом зовут снимать опять!

– Что насчет этической части?

– Дмитрий: Мы для себя выработали позицию. Они же осознанно вышли, поэтому пусть не отворачиваются от камеры. А мы постараемся не снимать их лица, если не получится – извините. Мы не можем себе позволить игнорировать то, что происходило. 

Как работает этот внутренний цензор? Вы же наверняка приходите на митинг и кого-то поддерживаете. 

– Татьяна: Мы уже как врачи. 

– Дмитрий: Включается внутренний цинизм: одни, другие, третьи. Мы сняли 2010 год, «жемчужного прапорщика», и первая мысль была – сейчас к нам придут менты и они будут нам мстить. Для нас это было неожиданно, но оказалось, что они в большинстве своем нормальные люди. У нас очень специфическое отношение к питерской полиции. По моему опыту, они не воспринимают людей как правонарушителей. 

– Татьяна: Задержанных на политических мероприятиях не воспринимают как врагов. 

– Дмитрий: Они живут в этом же городе, в этой же стране. Их жены ходят в те же магазины, дети – в ту же школу. 

 – Татьяна: Они стоят в сторонке. Курят и обсуждают те же экономические проблемы. 

– Дмитрий: Когда я прихожу на митинг,  я не слушаю. Я наизусть знаю, что там скажут, уже тошнит. Отойдешь в сторонку – там стоит ОМОН, курит, и они обсуждают между собой те же вещи. Я понимаю: у них такая работа.

Беседовала Дарья Фокина