Медиановости /
Петербург

16 марта 2020 09:22

Свежая пресса родом из 90-х

Свежая пресса родом из 90-х

14 февраля у Гостиного двора требовали пересмотра приговора по «делу “Сети*”», 26-го пикетировали в память о Борисе Немцове, 8 марта стояли участники акции феминисток, а 12-го на плакатах были лозунги против «обнуления» президентских сроков. Еще иногда мимо проходят марши, крестные ходы, демонстрации и карнавалы. Десятки лет за всем этим наблюдают продавцы газет, распространители коммунистических, православных, ведических и разных других изданий, которые больше ни у кого в городе и не найти. Эти люди со своими вечными тележками, обвешанными «свежей прессой», слились с Невским, стали его неотъемлемой частью, явлением, без которого уже не представить «Гостинку». Но кто они? «Лениздат» поговорил с, пожалуй, последними из них.

История

Еще лет пять назад на Невском у Гостиного двора стоял целый ряд продавцов газет, их набиралось человек пять-шесть в хорошие дни. А в начале 1990-х распространителей было и вовсе больше сотни.

- Стояли от главного входа в универмаг и до дверей метро, толкались локтями, - говорит старожил Гостинки. - Торговля газетами здесь – это прямое порождение перестройки. Первые продавцы тут появились примерно в 1989 году. Они были определенной направленности – перестроечники, либералы, рыночники. Развели большую активность и вскоре, с 1990-го, здесь же появились продавцы и других газет – патриотического направления, коммунисты, социалисты.

Так в Ленинграде – Петербурге образовался свой небольшой гайд-парк в самом центре города. Рядом стояли демократы, коммунисты, националисты (в том числе баркашовцы).

Распространители не только торговали прессой, они приходили с флагами, плакатами, раздавали листовки и рассказывали прохожим каждый о своем. В 1990-м на Невской линии Гостиного двора начался большой ремонт, продлившийся до 1997-го. Универмаг огородили сплошным забором. Возле него и выстроились продавцы прессы, на нем же клеили листовки, газеты, плакаты.

- Было очень весело с этим забором, - вспоминает наш собеседник.

Газеты, книги и немного вечных вопросов.

Газеты, книги и немного вечных вопросов.

Личности

- Я однажды вышел со станции метро «Приморская», вижу – стоит человек, продает газеты, рядом другие. Я посмотрел их газеты и понял, что вот его газету хочу взять почитать. Это было издание «Комментатор». Их первый номер вышел в феврале 1990 года, и они сразу заявили: «Мы против рыночной экономики». Я стал отслеживать эту газету, а потом увидел там объявление: «приходите, кто хочет сотрудничать». Я и пришел. Начал распространять газеты в январе 1992 года. Сначала продавал их на разных станциях метро, тогда это было можно. А с лета 1992-го я начал работать тут, на Невском, - рассказывает продавец.

Шинель, ушанка. 28 лет у Гостиного двора.

Шинель, ушанка. 28 лет у Гостиного двора.

Итого на Невском он уже 28 лет. До того был обычным советским гражданином, успел поработать в приличной конторе, уволиться, не согласиться с перестройкой и тем, что печатали в СМИ начала 1990-х. Он в ушанке и шинели, правда, «не советской, уже российского образца». Он не любит кафе, называет Петербург Ленинградом. Его ужасно раздражают уличные музыканты, которые напротив орут песни «Сплина», Шнура и Би-2 (наш герой вообще подозревает, что это «позорище крышует комитет по культуре»). «Имя ты моё услышишь из-под топота копыт», - отшутился он строчкой из советской песни на просьбу представиться, предпочел остаться анонимным.

Песня, кстати, про казачку Катю. Но женщин среди распространителей газет на Гостинке уже нет. Одна из последних, торговавшая социалистическими изданиями и раздававшая брошюры, умерла не так давно. Теперь на Невском распространителей осталось совсем немного. Трое основных - наш аноним, его еще менее разговорчивый коллега с самым большим ассортиментом и ни больше ни меньше председатель «Сталинского комитета Ленинграда» Иван Метелица, который на Невском с 1993-го. В том же году он закончил школу, поступил в герценовский институт и занялся восстановлением комсомола. До 2012-го и своих 35 лет был секретарем Ленинградской организации ВЛКСМ.

Иван Метелица с газетами, которые он выпускает, и сборниками своих статей.

Иван Метелица с газетами, которые он выпускает, и сборниками своих статей.

- Я оценил так, что это (площадка у Гостиного двора – ред.) была основная точка патриотического распространения, были и другие, но это центральная, где можно было работать с аудиторией и даже проводить пикеты с символикой. При Ельцине это разрешали. При Путине все прекратилось.

Газеты

И на заре перестройки, и сейчас у Гостиного торгуют изданиями, которые не найти в обычных киосках. Их туда либо не берут, либо у издателей нет средств на распространение через большие сети.

- Если вы верите в свободу слова, мне вас очень жаль, - философски замечает продавец в шинели.

У многих газет с Гостинки вообще «нелегкая судьба». Например, популярная у покупателей «Пятая газета» потому «пятая», что предыдущие четыре, выходившие, сменяя друг друга, с 1996 года, были закрыты решением суда за экстремизм. «Пятая» пока держится, выходит тиражом 3-5 тысяч экземпляров. Хотя «Дуэль», которая была первой, на пике славы имела и по 18 тысяч.

В прежние годы на Невском можно было купить «Лимонку» (пока ее тоже не запретили в 2002-м за экстремизм), «Молнию» (исчезла после смерти издателя – Виктора Ампилова), петербургское, довольно антисемитское и националистическое «Наше отечество» Евгения Щекатихина (он умер в 2005-м, и вместе с ним не стало и газеты, до этого почти не вылезавшей из судов и споров).

- Была популярна «Народная правда» – прокоммунистическая, она еще выходит, но очень редко. Была «Ярь» – языческого плана. Она давно запрещена, - вспоминает продавец-старожил. - Бывали и провокации. К одному нашему продавцу как-то подошел парень и предложил продавать газету ярого профашисткого толка. Коллега по неосторожности взял. И только парень отошел, скрылся в метро, моментально у лотка выросли милиционеры: «А что это за газеты?» - и забрали продавца в отдел.

По словам распространителя, иногда прохожие спрашивают у него «Майн кампф» Гитлера.

- Но поскольку он в индексе запрещенной литературы, его у нас нет. Мы на рожон не лезем. Все, что продаем, законно, - добавляет собеседник.

Сегодня у каждого продавца примерно по 10-15 наименований газет.

Сегодня у каждого продавца примерно по 10-15 наименований газет.

На тележках распространителей можно найти прохановское «Завтра», проправославный «Русский вестник» (в судах также не раз разбирались дела против редакции и редактора), коммунистические «Советская Россия» и «Хочу в СССР». Как это все сочетается?

- Сочетается это в связи с общностью аудитории. Часть сторонников КПРФ читает не только «Советскую Россию», но и «Русский вестник». Зюганов же тоже говорит о державности. Но те православные газеты, которые мы продаем - это не официальная РПЦ, с официальной церковью у нас отношения прохладные, - признает Иван Метелица.

Сам он, кстати, не только продавец. Он издает газеты – «Русская революция» и «Слово Чести». И публикуется в других «патриотических» изданиях.

- Печать печатают, а гонораров давно нет. В 1990-е – в начале нулевых крупные московские издания, типа «Завтра» и «Советской России», еще платили, а теперь и они перестали, - говорит Иван.

За идею, а не за гонорары, приходится публиковаться ему и в городском «Новом Петербурге». И его же продавать, чтобы немного заработать.

 Деньги

- Мы тут никаким предпринимательством не занимаемся, на «Мерседесы» не зарабатываем. Если вы пришли по наводке налоговой инспекции, то передайте им, что здесь ловить нечего, пусть ловят на дачах, где лежит по 18 тонн золота, - говорит наш аноним.

Давно уже не за деньги он и его коллеги стоят у Гостиного двора с прессой. Главное, что они верят в то, чем занимаются.

- Сейчас, с учетом падения тиражей газет и количества покупателей, это уже не рентабельно и прожить на это нельзя. Если работать хотя бы половину дней в неделю и получать за это меньше 10 тысяч в месяц… По нынешним ценам это несерьезно, - говорит Метелица.

Распространители получают газеты посылками из Москвы, собирают у издателей, некоторые редакции подвозят отпечатанные номера прямо на Невский. Основная торговля приходится на среду, четверг и пятницу, так как ближе к этим дням выходят свежие номера газет. По выходным распространителей на Невском почти не бывает. Каждый день в их тележке примерно сотня-полторы газет. Их продают в среднем по 10-40 рублей за экземпляр. Наценка 5-10 рублей.


Рекорд

 - То ли в 1990, то ли в 1991 году один человек продал за день 3200 газет! Это был рекорд. 1500-2000 в те времена расходилось в среднем у одного распространителя. Сейчас редко и сотню в день удается продать, - признается продавец в шинели.


Продавец читает большую часть своих газет, чтобы рассказать покупателям, о чем пишут издания.

Продавец читает большую часть своих газет, чтобы рассказать покупателям, о чем пишут издания.

Покупатели

Читатели газет, которые продают у Гостиного двора, неумолимо стареют, умирают, теряют интерес к политике. Покупателей становится все меньше.

- Есть постоянные, есть случайные, туристы охотно берут, особенно москвичи, они своих московских газет в столице найти не могут, а про нас уже знают. Иностранцам тоже интересно бывает, - описывает аудиторию аноним.

Продавцы все хотят вычислить закономерность, когда покупатель к ним идет, но ее нет.

- Бывает, стоишь час-два, ничего не взяли, а потом как начинают – берут-берут-берут. А была одна зима, и почему-то по субботам с семи до полдевятого сметали все. Что это было? Непонятно, - задумывается продавец.

Закон

Кого-то удивляет, что продавцы газет десятилетиями стоят в самом центре города и торгуют. Но закон «О СМИ» на их стороне. В нем сказано: «Розничная продажа, в том числе с рук, тиража периодических печатных изданий не подлежит ограничениям, за исключением предусмотренных настоящим Законом». Торговля газетами на Невском под ограничения не подпадает.

Другое дело книги, которые распространители тоже предлагают покупателям. Это не периодика. И за них могут привлечь по статье, как за торговлю без разрешения

- Но выживать как-то надо, люди спрашивают книги, мы и продаем. К тому же, если речь идет о книгах, которые я издаю сам – например, сборники моих статей, где же мне их продавать, как не самому? – недоумевает Иван.

Полиция

- Они (милиционеры и сменившие их полицейские – ред.) относятся к нам так, как им скажет начальство. Скажет гонять, будут гонять, махнет рукой, и они не замечают. При Собчаке были истории, когда он проезжал по Невскому, тыкал в нас пальцем, спрашивал, что это тут развели, и сразу милиция нас разгоняла, - вспоминает аноним.

В 1990-е конфликты с правоохранителями происходили регулярно. Не раз продавцов забирали в отдел, составляли протоколы, несколько раз дело даже дошло до суда, хоть ничем серьезнее штрафа и не закончилось. А бывало и по-другому.

- Нас могли всех разом собрать, посадить в машину и возить часа полтора по городу, а потом отпустить где-нибудь на окраине. Это было что-то вроде психологического давления, - рассказывает Метелица.

По его словам, полиция оставила распространителей в покое после того, как ближайший отдел, работавший в переулке Крылова, закрыли и перенесли на улицу Марата. Это произошло в 2014 году. Иногда, перед крупными проверками со стороны начальства или массовыми акциями на Невском полицейские просят газетчиков свернуть торговлю. Прессу те убирают в сумки и коробки, но с точки не уходят. Многие покупатели и так знают их в лицо, если надо – подойдут и спросят.


Тележки

И транспорт, и торговое место – тележка неотъемлемый атрибут продавца газет. На машинах товар никто из представителей этого общественно-политического класса не возит. Как рассказал Иван Метелица, прежде этот важнейший инструмент агитации и распространения независимого слова приходилось менять примерно раз в полгода. Но в последнее время нагрузка уменьшилась, и теперь одной тележки хватает на год-полтора.


1280x1024_IMG_2956.JPG

Конфликты

Вся активность уже в прошлом. В 1990-е случались и драки, и нападения с ножами. Но до большой крови все равно не доходило. Могли облить газеты пивом, бросить пустую бутылку в продавца, порывались отбирать или просто раскидывать прессу. Еще иногда плевались и ругались матом.

- И где-то это продолжалось до лета 1992 года. А вот потом пошла рыночная экономика, либерализовали цены, начались увольнения, невыплаты зарплат, у людей появилась апатия, и с осени нас прекратили рвать на куски. Еще смотрели недовольными физиономиями и плевались, а потом и плевков не стало. Сейчас эта апатия достигла запредельных форм, - считает газетчик-старожил.

«Народ ударился в мещанство», - резюмирует Метелица.

Митинги

Без малого 30 лет продавцы газет у Гостиного наблюдают за политической жизнью города. Это рядом с ними «жемчужный прапорщик» бил дубинкой митингующих 31 июля 2010 года, а в 2011-м ОМОН жестко разгонял массовый митинг. Сейчас там же проходят одиночные пикеты по самым разным поводам – в поддержку Ивана Голунова и Светланы Прокопьевой, против пыток и за пересмотр «дела Сети», против поправок в конституцию и домашнего насилия. 

- Были тут и так называемые марши несогласных, и русские марши, большинство, правда, до Гостиного не доходили, их останавливали гораздо раньше. Дважды только добрались до нас – во время протеста против монетизации льгот и во время первого марша несогласных, самого массового, - рассказывает Метелица.

Но что бы ни происходило – продавцы газет лишь сторонние наблюдатели.

- Одиночные пикеты проходят постоянно. В основном полиция на них реагирует спокойно, но иногда придираются и задерживают. Такое приходилось видеть. А мы стоим, наблюдаем. Что нам остается делать? Отслеживаем ситуацию, иногда в своих публикациях комментируем, - говорит Иван.

Его пожелавший остаться неназванным коллега заметил, на 1 и 9 мая участники демонстраций и шествий нередко останавливаются, чтобы купить у него газету.

- Я помню, однажды продавал 9 мая, стоял до первого часа ночи, и прекрасно брали газеты, даже милиционеры приходили, покупали, - добавляет аноним.

Погода

Когда ни идешь по Невскому мимо Гостиного – там все время сквозняк. Как заметили продавцы газет, когда северный ветер – совсем противно, когда южный – больше задувает на противоположной стороне проспекта. Плюс дожди, снег. Распространители утепляются по максимуму.

- Помню, был случай в сентябре – появился новый продавец. Смеялся над нами, чего это мы по-зимнему одеты, сам в рубашечке, герой такой, стоял. Уже через неделю стоял как все, а еще через одну исчез и больше не появлялся, - вспоминает продавец в ушанке и шинели. - Но если думаете, что мы стоим и каждые полчаса по стакану водки глотаем, то нет. У нас такие были, но все очень плохо заканчивали. Я, например, не пью и не курю.

Перекусить и погреться продавцы ходят в соседние магазины. Товар на время оставляют коллегам. Все давно знакомы – не обманут.

- И что еще очень не нравится – это камни. Тут даже не тротуарная плитка, а огромные гранитные плиты. Из-за веса, из-за артроза я чувству, что на них вредно стоять, они твердые. Если бы просто асфальт лежал, было бы проще стоять, - уверен Иван.

От дождя, снега, палящего солнца и немного от ветра можно было бы укрыться под галереей Гостиного двора. Но оттуда гоняет охрана. Руководство универмага против того, чтобы на его территории стояли люди с газетами.

1280x1024_х_IMG_3068.JPG

Будущее

Сколько еще простоят у Гостиного двора продавцы газет, которые больше никто не берется распространять, сказать трудно. Покупателей становится все меньше. Закрываются и сами издания или уходят в интернет. Все-таки кризис печатной прессы никто не отменял и для них. Новых распространителей тоже уже давно не появлялось.

Наши собеседники со своей работы уходить не планируют и надеются на оживление политической обстановки в стране (хотя последние события явно свидетельствуют об обратном) – тогда, по их мнению, и на газеты спрос должен вырасти.

Впрочем, распространители не исключают, что все может обернуться и против них.

- Приходите, будете с нами работать, - приглашает старожил Гостинки. - Просто берете тележку, газеты, и продаете. Только будьте готовы, что и бутылкой по голове могут ударить. Поменяется политика, и опять нас будут гонять.

Елена Михина

* Запрещенная в РФ организация, признанная террористической