Медиановости /
Медиасреда

4 октября 2020 23:43

«У меня есть убеждения, понимаете?»

«У меня есть убеждения, понимаете?»Фото: facebook.com/slavirina

В Нижнем Новгороде главный редактор независимого издания Koza.press Ирина Славина подожгла себя напротив здания полиции. Не позволила себя спасти случайному прохожему. В своей смерти обвинила Российскую Федерацию. Расследования случившегося требуют журналисты, политики и общественники. Рассказываем, что было до и после.

Около 15-30 2 октября в МЧС в Нижнем Новгороде поступило сообщение о возгорании на улице Горького, напротив здания ГУ МВД. Первые новости в СМИ сообщали, что некая женщина подожгла себя. Очень быстро стало понятно, что это была Ирина Славина – создатель, директор и главный редактор независимого нижегородского издания Koza.Press.

Telegram-канал Baza в тот же день опубликовал видео с камер наружного наблюдения. На записи видно, как вспыхивает огонь, занимается одежда, как случайный прохожий пытается его потушить, но Ирина отгоняет мужчину, а потом уже поздно… Журналистка умерла на месте.

Ее последняя запись в Facebook: «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию».

За день до случившегося дома у Славиной прошел обыск.

1280x1024_Славина-обыск.png

Примерно в это же время обыски состоялись еще у нескольких человек – заместителя председателя нижегородского регионального отделения партии «Яблоко» Алексея Садомовского, бывшего координатора штаба Алексея Навального в Нижнем Новгороде, а сейчас журналиста «МБХ медиа» Дмитрия Силивончика, действующего координатора нижегородского штаба Алексея Навального Романа Трегубова, гражданских активистов Юрия Шапошникова и Михаила Бородина, а также у предпринимателя, вискария нижегородского храЛММа летающего макаронного монстра Михаила Иосилевича. В отношении последнего заведено уголовное дело, которое и стало причиной обысков. Дело возбуждено по статье 284.1 УК («Осуществление деятельности на территории Российской Федерации иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности»). Следователей заинтересовало не вискарианство Иосилевича в макаронной религии, а то, что в начале сентября в принадлежащем ему помещении («То самое место») проходили лекции для наблюдателей на выборах от партии «Яблоко». Как сообщала Koza.Press, по версии следствия, организаторами лекций были активисты «Открытой России», признанной в России нежелательной организацией. Ранее Иосилевича уже дважды штрафовали за похожие мероприятия, в общей сложности на 15 тысяч рублей.  

Примечательно, что сами лекции устраивал штаб независимых кандидатов совместно с экспертами движения в защиту прав избирателей «Голос».

«В Нижнем Новгороде… «Отрытка» и «Объединенные демократы» не организовывали мероприятий, в том числе наблюдения на выборах, которые вменяют Михаилу [Иосилевичу] как противоправные. Мы вообще не работали в этом году в Нижнем», - прокомментировали в «Открытке» прошедшие 1 октября обыски.

Позже исполнительный директор «Открытки» Андрей Пивоваров отметил, что и Ирина Славина никакого отношения к «Открытой России» не имела.

Тем не менее прошедший обыск, судя по всему, стал для нее «спусковым крючком» для принятия рокового решения. После обыска Ирина постаралась предупредить знакомых, что ее телефон изъят, просила удалить чаты, в которых она участвовала – очевидно, опасалась, что силовики заинтересуются ее контактами.

Вечером того же дня она писала: «Если бы они таки не явились ко мне, значит, всё это время я *** какой-то занималась. Ведь так? Теперь понимаю, что всё было не зря. Всем огромное спасибо за ту поддержку, которую вы оказываете мне. Ваша капитанская дочка».

В одном из интервью супруг Славиной позже отметил, что в ночь на 2 октября она не так и смогла уснуть. Знакомые отмечали, что она была подавлена, необычно немногословна. Но новость о гибели Ирины шокировала всех. При всех сложностях, с которыми ей приходилось бороться, для окружающих она оставалась жизнерадостной и позитивной.

А бороться было с чем и за что. Редакцию «Козы» и саму Славину за пять лет существования издания не раз штрафовали, возбуждали дела, требовали и запрещали.

В июне 2020-го Славину мировой суд оштрафовал на 65 тысяч по ч.9 ст. 13.15 КоАП (распространение фейка) за мартовский текст о руководителе академии самбо в Кстове, который, по данным издания, заболел коронавирусом, но продолжал контактировать с людьми. Решение планировалось обжаловать.

В феврале 2020 Ирину вызвали в прокуратуру из-за публикации про правозащитный центр «Мемориал». На бланке объяснения журналистка написала, что считает происходящее «охотой на ведьм».

В октябре 2019 года Славину одну из первых в России оштрафовали по статье о «неуважении к власти» за пост в Facebook. В нем она писала о том, что в селе Шахунья установили памятник Сталину. Журналистка предложила переименовать поселок, изменив пару букв в названии. Штраф составил 70 тысяч рублей.

В июле того же года был еще один штраф – на 5 тысяч.

1280x1024_штраф.png

В январе 2017-го неизвестные проколи Ирине колеса машины. Это стоило семье около 40 тысяч рублей. Поводом для недовольства тогда стала оценка Славиной крушения Ту-154 Минобороны в Черное море. Тогда погибли военные, артисты ансамбля Александрова, журналисты, Елизавета Глинка (доктор Лиза), члены экипажа – всего 92 человека. Славина тогда написала: «Страшная трагедия. Ужасная потеря. Но мысли крутятся вокруг слова возмездие. Не дали поплясать на костях». Чуть ниже в комментариях она уточнила, что имела в виду погибших в ходе войны сирийских детей.

1280x1024_дети.png

«Подумаешь, штраф», «Это только деньги», - пишут сейчас в соцсетях. Но для журналистки и ее семьи каждый штраф был ощутим. «Козу» цитировали, читали, ее материалы были значимы для региона. Но бешеной прибыли они не приносили. Как рассказывала сама Ирина, рекламы на сайте почти не было. Выживать помогали донаты (к маю 2020-го они составляли примерно 25 тысяч в месяц). Читатели же собирали средства на штрафы. И тут еще нужно понимать, что Koza.Press – это практически личный проект, где Славина была и директором, и редактором, и журналистом.

Ирина создала его в 2015-м. Она по образованию филолог, успела 10 лет проработать в школе. В 2011-м устроилась в правительственную «Нижегородскую правду», как Славина сама это называла – «на побегушках у губернатора». Потом было еще два издания. Итого: три увольнения за то, что писала лишнее. Подробно о журналистике и о себе Ирина писала в мае 2020-го, когда «Козе» исполнилось пять лет: «Тащить свое СМИ приходилось, подрабатывая в других редакциях. Ни разу в жизни я не взяла ни копейки, чтобы опубликовать в «Козе» какую-то новость или статью, хотя заплатить предлагали не раз. Ни один рекламодатель не смог пропихнуть в «Козу» публикацию без пометки «на правах рекламы». Да, приходится отказываться от денег, если это противоречит моим принципам и закону. У меня есть убеждения, понимаете? Что бы ни лгали обо мне».

Себе создательница «Козы» выписывала минимальную зарплату. Писала по 10 эксклюзивов в день. Еще когда-то успевала варить с мужем сыр, вязать на продажу и для себя. Изъятие техники в ходе обыска для журналистки могло стать серьезным ударом, поводом, последней каплей…

Хоть следственный комитет и отрицает связь обыска (в шесть утра со взломом двери) у свидетельницы по делу с ее самоубийством.

«Сообщения в ряде средств массовой информации о том, что смерть погибшей связана с проведением у нее накануне гибели обысков, не имеет под собой никаких оснований. Она была свидетелем и не являлась ни подозреваемой, ни обвиняемой в рамках расследования уголовного дела, по которому проводились указанные следственные действия», - сообщили в СК 2 октября.

А в Facebook быстро раскопали ее пост годичной давности.

В день гибели Ирины сайт «Козы» несколько часов был недоступен. Позже он возобновил работу. На главной странице опубликованы сообщения, касающиеся только Ирины.

К месту гибели журналистки уже 2 октября нижегородцы начали приносить цветы и свечи. Их ставили на той же скамейке, где сидела Ирина. Это городская скульптура – композиция со скульптурами городового, милиционера и полицейского. Как минимум дважды мемориал уничтожали, зачищая от цветов и свечей.

3 октября на том же месте прошел небольшой митинг. На него пришли и дети Ирины – сын и дочь. Они стояли с плакатом «Пока моя мама горела заживо, вы молчали». В Facebook девушка написала: «Я добьюсь справедливости, мама».

Акции памяти прошли в Москве (там у представительства Нижегородской области также появился мемориал), Новосибирске, Волгограде. В Петербурге 3 октября Славину вспоминали на акции «Маяк Памяти» у Гостиного двора (там же говорили о Белоруссии и событиях в Хабаровске).

Главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов обратился к генеральному прокурору РФ Игорю Краснову с просьбой проверить возможность возбуждения уголовного дела по статье о доведении до самоубийства (статья 110 УК РФ). Аналогичное заявление готовят в СЖР. Этого же просят представители постоянной комиссии по свободе информации и правам журналистов и постоянной комиссии по гражданским свободам и гражданской активности СПЧ России.

«На фоне участившегося нарушения профессиональных прав и преследования журналистов и гражданских активистов случай самоубийства Ирины Славиной выглядит крайней, но по-своему закономерной формой протеста против тех, кто призван охранять закон, но целенаправленно нарушает его по отношению к журналистам», - говорится в их обращении.

Еще радикальнее об этом говорят в «Профсоюзе журналистов»: «Наша организация уверена, что в произошедшем имеются явные признаки преступления, предусмотренного 110 ст. Уголовного кодекса РФ (доведение до самоубийства). Мы требуем провести расследование».

«Я предприму все усилия для того, чтобы расследование обстоятельств, приведших к трагедии, было на контроле на самом высоком уровне», - пообещал глава Нижегородской области Глеб Никитин.

ПосмотретьэтупубликациювInstagram

ИринаСлавинадобровольноистрашноушлаизжизни. Я не могу в это поверить. Есть ситуации, когда лишние пустые слова просто неуместны. Но я решил для себя, что промолчать и не выразить человеческое отношение к произошедшему просто не могу. Хотя бы потому что я знал Ирину лично. Мы общались по разным поводам. С самого начала моей работы в регионе она задавала неудобные вопросы. Я отвечал честно, и, думаю, поэтому в итоге мы общались конструктивно и по-человечески! Знаю, что со взаимным уважением. Как-то Ирина предложила мне поехать вместе с ней в отделение паллиативной помощи в 30-ой больнице. «А давайте вместе посмотрим, как там на самом деле?!» - так звучало ее предложение. В результате в паллиативном отделении был сделан ремонт и закуплено оборудование. Потом была дискуссия о судьбе березовой рощи в Верхних Печерах, где хотели построить торговый центр. Ее позиция по этому вопросу помогла сохранить зеленую зону. Именно за профессиональную журналистскую работу и неравнодушие в 2019 году вручал ей официальную благодарность губернатора (именно этот момент на фото). Она была ярким и неравнодушным человеком. Я предприму все усилия для того, чтобы расследование обстоятельств, приведших к трагедии, было на контроле на самом высоком уровне. Впервые за время существования моего аккаунта в инстаграме к этому посту не будет комментариев. Не тот случай. Я искренне скорблю вместе с теми, кто не может смириться с уходом Ирины и с той страшной формой ухода, которую она выбрала. Осознаю, что любые слова сейчас будут восприняты по-разному. Но важно не это, а то, какие уроки и выводы будут сделаны. Говорят: любовьсильнеесмерти. Хочу, чтобытакбылоивэтотраз.

Публикацияот ГлебНикитин (@gsnikitin)

Как сообщил в Facebook друг Ирины Славиной, ее тело будет кремировано, на следующий день состоятся похороны. Ориентировочно 6 октября пройдет гражданская панихида и прощание. Сами похороны семья планирует провести в узком кругу.