Конституционный суд РФ отказался принять к рассмотрению жалобу гражданина Артура Ануфриева на нарушение его конституционных прав статьей 144 Уголовного кодекса Российской Федерации. Эта статья предусматривает наказания за воспрепятствование профессиональной деятельности журналистов.
3 июня 2021 года Артур Ануфриев и Дмитрий Булыгин прибыли в квартиру жилого дома на Ломоносовском проспекте в Москве. Ануфриев являлся собственником половины квартиры и стремился различными путями принудить соседку к продаже её доли по заниженным ценам. В тот день Ануфриев и Булыгин демонтировали входную дверь квартиры и повредили имущество женщины.
Соседка, в ответ на подобные действия, пригласила домой журналистов телеканала «Россия». Горе-«риелторы» избили сотрудников телекомпании, прервав выполнение редакционного задания. Обоих нападавших оперативно задержали сотрудники полиции.
В августе 2023 года Гагаринский суд Москвы приговорил к 4,5 годам колонии Ануфриева и Булыгина за содеянное. Они были признаны виновными по ч. 3 ст. 144 (воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов), ч. 1 ст. 167 (умышленные уничтожение и повреждение имущества), ч. 1 ст. 179 (принуждение к совершению сделки) УК РФ.
Оказавшись за решеткой, Ануфриев решил поставить под сомнение саму статью 144
Конституционный суд не нашел в действиях журналистов ВГТРК злоупотребления свободой СМИ. В судебном решении подчеркивается, что в частную «включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства».
— В целом никакое насилие не может быть оправдано. Даже если бы потерпевшие не были журналистами — нельзя никого бить и ломать аппаратуру, — отмечает главный редактор Агентства правовой информации Павел Нетупский. — Да, по закону о СМИ журналист обязан ставить граждан в известность о проведении аудио- и видеозаписи, кино- и фотосъемки. Однако, по моему мнению, эти требования могут соблюдаться совершением так называемых конклюдентных действий. Если я на конференции или ином мероприятии с бейджем «Пресса» подхожу к должностному лицу, держу диктофон, представляюсь и задаю вопросы, наверное, очевидно, что ведется запись.
Также закон обязывает журналиста предъявлять редакционное удостоверение или иной документ «по первому требованию». В рассмотренном деле, как я понял, журналистов ВГТРК никто не спрашивал — сразу начали колотить. Не догадаться, что три человека в фирменных жилетках, с профессиональной камерой и брендированным микрофоном журналисты — нельзя. А попытка закрыть объект и сломать камеру свидетельствует, что обвиняемые осознавали факт съемки.
Отчасти в схожей ситуации оказался фотокорреспондент газеты «Коммерсантъ», избитый охранниками обменного пункта за попытку сфотографировать табличку с курсами валют. В том деле обвиняемые не знали, что съемку ведет журналист. На нем не было ни жилетки, ни бейджа, а использование «зеркалки» само по себе о профессиональном статусе сотрудника СМИ не свидетельствует. Поэтому надеюсь, что определение Конституционного суда России повысит шансы на защиту журналистов от насилия.
Павел Нетупский в беседе с Лениздатом подчеркнул, что Конституционный суд впервые рассматривал подобную жалобу.